"Батарея, огонь!". На самоходках против "тигров" - Василий Крысов

Около полудня командир полка собрал офицеров на своем КП, расположенном в бывшем командно-наблюдательном пункте немцев; отступление противника было столь поспешным, что немцы не успели ни заминировать, ни взорвать свои траншеи. Внутреннее обустройство компункта поражало прочностью инженерных конструкций и комфортабельностью: электрическое освещение от аккумуляторов, нормальная мебель, даже походный бар с винами. Мы посчитали все это слишком роскошным по военному времени. Через амбразуры, даже без оптических приборов, отлично просматривалась местность до самого леса — наших исходных позиций, а уж через стереотрубу немцам была видна и вся полоса нашей обороны, от Кругеля до высоты 185.7 включительно.

Майор Либман встал, взглядом обвел всех присутствующих и начал размеренно излагать, периодически поглядывая в свои записи:

— Задачу командования армии мы выполнили, овладев высотой 197.2 и другими доминирующими высотами, с которых противник преграждал нам выход к Западному Бугу. Отбиты все контратаки противника, пытавшегося вернуть эти опорные позиции. Однако потери мы понесли большие. В полку семь самоходок сгорело и почти все повреждены, требуют серьезных восстановительных работ. Потери в личном составе составили около сорока человек. Бригада потеряла почти все танки и завтра уходит на пополнение. Значит, наступать мы пока не имеем возможности. Необходимо за неделю привести в боевую готовность все оставшиеся самоходки и одновременно оборонять занимаемый полком участок. Это означает, что все ремонтно-восстановительные работы придется проводить на огневых позициях, в окопах.

Затем выступил начштаба:

— Товарищи офицеры, каждая батарея придается стрелковому батальону первого эшелона и во взаимодействии с ним удерживает узел обороны батальона. Работать на радиостанциях на весь период оборонительных боев запрещаю. До двенадцати ноль-ноль десятого июля каждому экипажу следует оборудовать, помимо основной, по две запасных огневых позиции. Саперному взводу совместно с саперами стрелковых частей к этому времени создать перед фронтом обороны полка смешанные минные поля.

— Базилевич, ты теперь с успехом можешь выполнять план сдачи металлолома и немецкими танками, и своими сгоревшими самоходками, — пошутил своим хрипловатым голосом комполка, глядя на своего заместителя по техчасти.

Меня передернуло, думаю, и остальных поразила легкость упоминания трагедии последних боев. Не выдержал и Базилевич:

— Не радует меня такая возможность, товарищ майор. Лучше бы сдавать металлолом только немецкими танками или совсем не сдавать, пусть уж меня ругают и наказывают.

На том и закончилась постановка боевых задач командованием полка. С неприятным осадком в душе от последнего диалога.

Закипела бурная работа по восстановлению боевых машин. Без сна и отдыха, круглыми сутками в поте лица трудились специалисты ремонтной базы армии, солдаты и сержанты ремвзвода вместе с офицерами техслужбы и экипажами самоходок. Работали зампотехи батарей и их помощники — механики-регулировщики, в нашей батарее на этой должности был старшина Шпота, который при любой поломке на самоходках — на марше или на поле боя — всегда оказывался тут как тут и своим хитрым набором инструментов и запчастей быстро устранял неисправности, постоянно опережая своего начальника старшего лейтенанта Журбенко.

Целыми днями не уходили с передовой заместитель командира полка по артиллерии подполковник Пригожий и начальник артвооружения капитан Дектярев: тщательно контролировали ремонт орудий и выверку нулевых линий прицеливания, добиваясь точного совмещения осей канала ствола и прицела на дальность восемьсот метров, что обеспечивало попадание снаряда по танку без изменения установки прицела.

«Со всеми воинскими почестями»

Наступило долгожданное утро 17 июля. Наша артиллерия, в отличие от прошлого раза, провела сильную 50-минутную артподготовку, под конец по нескольку залпов сделали реактивные установки «катюша».

Хорошо отремонтированные, словно помолодевшие самоходки легко и бойко пошли в атаку вместе с самоходками СУ-152 тяжелого артполка майора Громова и частями 165-й стрелковой дивизии. Наступали в том же направлении, что 8 июля, — на Парадубы. Но на этот раз пошли на село не фронтально, а обходом с двух сторон. Противник, несмотря на потери, нанесенные нашей артиллерией и авиацией, оказал упорное сопротивление. Из орудий, поставленных в километре за селом, создал плотный заградительный огонь, что заставило нас приостановить атаку и вести огонь с места. Только после двух залпов «катюш» мы смогли продолжить наступление. Воспользовавшись замешательством после залпа, самоходки совершили большой рывок и зацепились за село. Наша батарея со стрелковым батальоном первого эшелона ворвалась на западную окраину. Завязались упорные уличные бои с переменным успехом, переходя на некоторых участках в рукопашные схватки. Но вот в бой вступили батальоны второго эшелона, и немцы стали отходить — частью сил к центру села, остальные — на северную окраину.