Обязан выжить - Николай Дмитриев

— Куда повезем? — по-деловому спросил Виктор, одновременно нажимая стартер.

— На Монополевую, — быстро сказал дядя Викентий и пояснил: — У него записка в кармане… С адресом на ту улицу. У черта на куличках…

— Подходит!

Дом по указанному адресу оказался длинной трехэтажной махиной. Фасад выходил прямо на улицу, а правее за углом начинался глухой переулок, который круто спускался куда-то вниз в сторону от магистрали. Загнав «опель» в этот проулок и поставив его в самом начале спуска, Виктор с дядей Викентием обогнули дом, немного постояли на улице, а потом отошли к подъезду и осторожно заглянули вовнутрь.

— Вроде тихо…

Дядя Викентий посмотрел сквозь лестничные марши наверх. Там, похоже на третьем этаже, горела электрическая лампочка, и ее отсвет кое-как освещал ступеньки.

— Точно, тихо, — согласился Виктор и заключил: — Возвращаемся…

Они вытянули уже остывшее тело из машины и, подтащив к самому углу, положили так, что казалось, будто «Петрищенко» ударился головой именно здесь. Когда все было сделано, Виктор неожиданно предложил:

— А что если мы пошумим тут малость? Вроде как драка, а?..

Пару секунд дядя Викентий обдумывал предложение и согласился, от себя добавив:

— Только не здесь. Давай в подъезде…

Почти не прячась, они вернулись к дому, зашли в тот же подъезд, и уже там Виктор, прикрыв на всякий случай парадное, поднялся на один марш. Потом с криком: «А, собака!.. Стой!.. Стой!..» — затопал сапогами, сбегая вниз ступеньками по-ночному гулкой лестницы.

В свою очередь дядя Викентий громыхнул дверями и завизжал каким-то старческим фальцетом:

— Ты до кого ходыв?.. Га?!. До кого?!

Наделав шуму на весь подъезд, дядя Викентий и Виктор, изо всех сил топая сапогами, выскочили на улицу и бегом понеслись за угол. Тут дядя Викентий, заметив, что в некоторых окнах вспыхнул свет, неожиданно нагнулся, выхватил из кобуры пистолет «Петрищенко», вложил ТТ в ладонь погибшего и пару раз нажал на спуск.

Тишину ночной улицы разорвал грохот выстрелов, и дядя Викентий кинулся к «опелю», едва успев остановить Виктора, который уже собрался запускать мотор.

— Стой! Давай тихо… Вручную…

Они дружно навалились, и «опель», сдвинувшись с места, неслышно покатился по булыжнику плохо различимого в темноте спуска…

* * *

Возле длинного дома по улице Монополевой суетились военные. Пожилой седоватый следователь, присев на корточки, тщательно осматривал булыжник проезжей части и тротуар, в то время как остальные молча наблюдали за его действиями. Так продолжалось довольно долго, до тех пор, пока из подъезда не вышел помощник следователя и не присел рядом с начальником.

— Ну, что тут?

— Да вроде проясняется, — следователь вытер испачканный палец, которым только что щупал тротуарный бордюр, и, будучи педантом, добавил: — Кажется…

— А что, есть сомнения? — судя по тону, помощнику все давно было ясно.

— Сомнения всегда есть… — следователь выпрямился. — Как у тебя? Что-нибудь есть?

— Признаться, мало, но все-таки… — помощник хотел выглядеть посолиднее и, докладывая, встал смирно. — Одна жиличка, как дверьми грымнули, за окно посмотрела. Заметила, как двое пробежали. Вроде впереди кто-то цивильный бежал, а сзади, вроде как за ним, военный. Но описать не может, темно было все-таки…

— Конечно, темно, — согласился следователь и, уже начисто вытирая платком ладони, заметил: — Однако увидела. Другие тоже должны были на выстрелы среагировать.

— Они и среагировали, — помощник пожал плечами. — За оружие и к двери.

— Ясно… — следователь вздохнул. — Значит, сюда никто не выходил?

— Никто. Говорят только, патрульные почти сразу прибежали и допытываться начали, где стреляли да кто стрелял, а уж потом на убитого натолкнулись и подобрали.

— Да уж… Лучше бы они его совсем не трогали.

— Почему?

— Понятней было б, — следователь вздохнул, явно сожалея об утраченной возможности, и добавил: — Говорил я с патрульными. Они посмотрели и действовали соответственно. Туда-сюда ткнулись, нет никого, а тут солдатик обратил внимание, что крови нет и пистолет в руке… Может, он и стрелял, чтоб внимание обратить…

— Это что, патрульные так думали? — спросил помощник.

— Нет, это я так думаю, — ответил следователь и рассудительно заключил: — Солдаты что? Раз не подстреленный, значит, просто плохо стало, и, конечно, в госпиталь… А какой уж тут госпиталь…

Именно в этот момент, обрывая рассуждения следователя, совсем рядом пискнули тормоза, и рядом с ним остановился новенький «виллис». Из машины вылез хмурый подполковник и сразу обратился к следователю.

— Ваше мнение?

— Похоже, несчастный случай.

— Может быть, может быть… — подполковник, осматриваясь кругом, повертелся на месте и, только убедившись, что ничего нового он не увидит, добавил: — Я в госпитале был. Они выяснили. От удара. Скорее всего, при падении…

— Да, нелепо… — следователь опять вздохнул и сокрушенно покачал головой. — А у меня, как назло, ни одной зацепки…

— Да нет, — возразил подполковник и вытащил из кармана смятый листок бумаги. — Зацепочка как раз есть. Вот записка, при нем была. Я потому так быстро и примчался сюда.

Следователь торопливо пробежал текст глазами и посмотрел на подполковника.

— Что, неужто просто бытовуха?

— Черт его знает, — подполковник пожал плечами. — Адрес-то этот…

Следователь придирчиво, на этот раз не спеша, перечитал записку и весьма скептично заметил:

— Ну, а как выявится, что она оперативная?

— Тогда, конечно же, мы сами проверим.

— Ясное дело… — следователь сунул записку в карман и, уже просто рассуждая сам с собой, негромко сказал: — Если бы хоть следы от пуль найти, но сами видите…

— То-то и оно, что вижу, — подполковник пренебрежительно фыркнул. — Тут все стены пулями исковыряны, попробуй найди…

Следователь согласно кивнул, а подполковник, сделав пару шагов в сторону и заметив «водителя» с машины «Петрищенко», подозвал его к себе.

— Вы тут не рассусоливайте. И без большого шума, понятно? А то в контору полковник из Москвы пожаловал, что-то серьезное намечается, а это дело, судя по всему, ясное…

Подполковник оглянулся на следователя и, скорее всего чтоб отогнать последние сомнения, спросил «водителя»:

— Его-то когда в последний раз видели?

— В аккурат как с «дядей» пошел. Сказал, у него потом тоже дело…

— Куда пойдет, не говорил?

— Нет. Сказал только, что сам, а мы, значит, чтоб за «дядей» проследили. И еще сказал, если что не так, он «дядю» не выпустит.