Большой десант. Керченско-Эльтигенская операция - Андрей Кузнецов

Из 26 самолето-пролетов Me-109, которые зафиксировали наши посты за день, большинство пришлось на Еникальский полуостров. Там и развернулись основные воздушные бои. Поскольку немцы ожидали с утра 20 ноября наше наступление под Керчью, реакция на удары по базе была достаточно вялой. Флот решил перебросить в Камыш-Бурун одну батарею 37-мм автоматов.

В ночь на 20 ноября 3-я группа высадки вновь не посылала катеров с грузами к Эльтигену. Продолжался шторм. Командование ВВС ЧФ пыталось выяснить, сколько же барж осталось в строю после дневных налетов. Преодолевая сложные метеоусловия, одиночные МБР-2 с 17:50 до 08:49 двенадцать раз летали на разведку плавсредств в Камыш-Буруне и в проливе. Шесть из них попутно сбросили по баржам и портовым сооружениям 12 ФАБ-100. В свете сброшенных САБов летчики зафиксировали передвижения 4 БДБ, наземные посты наблюдали в проливе две-три баржи. Штаб ВВС ЧФ дополнительно убедился, что его дневная оценка (выведено из строя не менее 10 БДБ) верна. Как мы знаем, цифра оказалась несколько завышенной.

Утренняя пара «киттихауков» 30-го разведывательного полка, несмотря на отвратительную погоду, в 06:45 обнаружила в Камыш-Буруне все те же 15 БДБ. Несомненно, обстановка требовала продолжать налеты на базу. Но такого количества вылетов, как 19 ноября, сделать не удалось из-за переключения 230-й дивизии на поддержку наступления, а 8-го гшап и 622-го шап — на снабжение плацдарма. По морю уже несколько дней не было переброшено ни килограмма грузов, а бипланы У-2 минувшей ночью смогли сделать лишь 13 самолето-вылетов на сброс. Кроме того, в первой половине дня стоял туман.

Всего за день удалось провести 4 налета: 18(12) самолето-вылетов Ил-2 и 12 — Пе-2. На этот раз каждую группу встречал сильный зенитный огонь. Из шести Ил-2 11-й шад повреждения получили 5, в том числе один штурмовик вышел из строя на 15 суток. Из шести Ил-2 23-го шап от зенитного огня пострадали 4, в том числе один сел на воду у косы Тузла и затонул (экипаж спасся). Пикирующие бомбардировщики избежали повреждений.

Противодействие истребителей свелось к атаке пары Me-109 против штурмовиков. Истребители сопровождения связали их боем и, по донесениям, сбили один «мессер». Пилоты 47-го шап наблюдали прямые попадания в две баржи (использовались бомбы ФАБ-50М-9 и АО-25М-35). Штаб 11-й штурмовой дивизии посчитал, что одна из них сгорела, а вторая повреждена. Во время первого налета Пе-2 летчики наблюдали прямое попадание одной ФАБ-250 в БДБ, во время второго налета — еще одно прямое попадание. Считалось, что обе БДБ потоплены. Второй налет Пе-2 практически совпал с ударом 23-го шап, они прошли с разницей в две минуты. Пилоты штурмовиков доложили об одной потопленной и двух поврежденных БДБ (23-й шап использовал ФАБ-100 и АО-25).

Немецкие документы зафиксировали следующие потери в ходе налетов 20 ноября: F307 — 2 прямых попадания бомб, однако баржа осталась на плаву и не потеряла управления; F386 — 3 прямых попадания бомб, начали рваться боеприпасы, баржа выгорела и кормой села на грунт, к вечеру остов баржи вытащили на берег, но признали не подлежащей восстановлению; F446 — 4 прямых попадания (взяты данные инженера флотилии, как более точные; в ЖБД флотилии зафиксировано 2 попадания), пожар продолжался два часа, сгорело 800 литров топлива, однако машины остались целы. Несмотря на тяжелейшие повреждения, эта БДБ впоследствии была введена в строй. Неизвестное число барж получило повреждения от осколков и пушечно-пулеметного огня, в том числе на F306 был поврежден и выброшен за борт дымовой прибор правого борта.

Любопытно сравнить результаты налетов 19 и 20 ноября.

Легко заметить, что 20 ноября точность бомбометания оказалась в пять раз выше, чем накануне. При этом, очевидно, в среднем попали бомбы большего калибра. Результат оказался соответствующий — 19 ноября ни одна из барж не была уничтожена окончательно, а 20 ноября погибла недавно прибывшая и полностью исправная F386. Параметры цели (число барж и их скученность у заводской стенки) не изменились, а противодействие (интенсивного зенитного огня) заметно возросло. Так в чем же причина успеха 20 ноября? Видимо, в первую очередь в более точной постановке задач. Накануне отмечались проблемы с целеуказанием.

Планировалось применить по Камыш-Буруну и артиллерию, на этот раз с корректировкой самолетом. Ил-2КР (2-й аао) вылетел, но корректировка оказалась невозможной по метеоусловиям.

Налеты на Камыш-Бурун произвели тяжелое впечатление на немцев. Граттенауэр требовал срочного пополнения. Личный состав из-за налетов и обстрелов (в том числе и ночью) лишился нормального сна и отдыха. Отмечалась повышенная нервозность личного состава. Особенно примечательно выглядит жалоба командира 3-й десантной флотилии на то, что баржи вечером 20 ноября удалось «выпихнуть» в дозор только после «энергичного вмешательства всех начальников».

В ЖБД Адмирала Черного моря появилась запись о том, что поддержание блокады ставит под угрозу снабжение немецких войск в Крыму, так как приходится отрывать от перевозок все новые баржи. Еще 6 находящихся в лучшем техническом состоянии БДБ вечером 20 ноября были отправлены из Севастополя в Феодосию для последующего участия в блокаде.

Но пока противник не собирался уводить баржи из Камыш-Буруна. Чтобы немцы отказались от базирования в проливе, их требовалось «додавить», возможно — совсем немного. Но опять вмешалась плохая погода, и налеты на Камыш-Бурун возобновились лишь 26 ноября.

9.4.6. Походы ботов ПВО и бой в Камыш-Бурунской бухте

Днем 20 ноября штаб 3-й группы высадки перебазировался из совхоза Бугас в Тамань с характерной целью — для удобства управления и улучшения контроля за ремонтом плавсредств в Тамани и Сенной. То, что одной из главных задач стал контроль за ремонтом, многое говорит о состоянии 3-й группы высадки.