Белорусы в европейском Сопротивлении - Владимир Платонович Павлов

В. Ульбрихт особо подчеркивал заслуги мюнхенского антифашистского подполья, которому удалось установить «тесные связи с широкоразветвленной организацией военнопленных советских офицеров Братское сотрудничество военнопленных. Эта организация в свою очередь имела контакт с английскими, французскими, югославскими и польскими военнопленными. Она объединяла несколько тысяч по-военному организованных и частично вооруженных приверженцев. Самые значительные опорные пункты ее находились в Баден-Бадене, Эрфурте, Гейдельберге, Карлсруэ, Кемптене, Маннгейме, Мюнхене, Нюрнберге, Раштатте, Веймаре, Вольфене и других городах. Объединенный центр обеих организаций стремился подготовить большие акции против нацистского господства и гитлеровской войны»[512].

В дни, когда Красная Армия вела контрнаступление на войска Паулюса под Сталинградом, в Мюнхене был создан специальный лагерь для военнопленных советских офицеров, захваченных главным образом под Севастополем и на подступах к Сталинграду. Этот лагерь был создан на маленькой пристанционной Шванзеештрассе, между тюрьмой Штадельгейм и Восточным кладбищем. Официально он именовался офлагом, или рабочей командой 3185 шталага VII А в Моосбурге. Первые пленные начали поступать в него в ноябре 1942 г. В лагере их сводили в бригады, или колонны, которые затем «сдавались в аренду» владельцам мюнхенских предприятий или направлялись на разборку зданий, разрушенных англо-американской авиацией.

Несмотря на строгую полицейскую слежку за колючей проволокой рабочей команды 3185, в лагере развернулась подпольная антифашистская работа.

Е. А. Бродский предполагает, что идея создания подпольной организации была занесена в мюнхенский офлаг из главного лагеря военнопленных VII военного округа в Моосбурге. Огромный шталаг VII А, в котором содержались многие тысячи военнопленных, был центрально-распорядительным лагерем Верхней Баварии. Этому шталагу были подчинены многие десятки мелких лагерей – рабочих команд, разбросанных по территории Верхнебаварского и Нижнебаварского военных округов. В шталаге находились военнопленные, захваченные на Восточном фронте и в африканской пустыне, летчики сбитых над Германией самолетов и моряки с затопленных или подорванных гитлеровцами кораблей. Здесь были советские люди и югославы, поляки и французы, англичане и американцы, индийцы и южноафриканцы. В 1943 г. в шталаг стали прибывать первые партии военнопленных итальянцев[513].

Вопреки строгому запрету комендатуры лагеря военнопленные из разных стран тайно поддерживали контакты друг с другом. Именно здесь в ожидании отправки в рабочие команды они сговаривались о способах связи, совместно строили различные планы борьбы с врагом, стремились запастись хотя бы вырванной из школьного учебника картой южной Германии, добыть соль и спички, чтобы при первой возможности бежать с гитлеровской каторги.

Трудно с исчерпывающей полнотой установить инициаторов создания Братского сотрудничества военнопленных или круг лиц, входивших в состав его руководящего ядра. Их имена и фамилии были известны лишь очень немногим людям, которые в абсолютном большинстве, по-видимому, погибли. Полиции не удалось раскрыть все тайны подпольной организации и выяснить действительную роль некоторых ее активных участников, установить истинные имена многих из них.

В одной из инструкций, распространяемых этой организацией, говорилось: БСВ является тайной революционной организацией всех военнопленных, основывающейся на программе и утвержденных положениях.

В целях осуществления свержения фашистского гитлеровского правительства БСВ поставило перед собой задачу совместно с Коммунистической партией Германии организовать внутри Германии и союзных с ней стран вооруженную борьбу всех военнопленных – граждан Польши, Франции, Югославии, Чехословакии, Англии, США и СССР.

БСВ действовало на основе установленной организационной схемы и согласно структуре проводило свою работу, направленную на нанесение экономического ущерба, разрушение или ослабление экономической мощи врага (его потенциала, резерва, армии).

Разложение противника в его собственной стране облегчало решение задачи, оказывало помощь коалиции, Советскому Союзу в достижении победы над врагом и одновременно содействовало свержению Гитлера, крушению фашистских капиталистических доктрин оси, разгрому гитлеровских фашистских гнезд в Европе[514].

Членами БСВ могли быть как военнопленные, так и гражданские лица, независимо от возраста и национальности, преисполненные решимости и стремления бороться за уничтожение фашизма. Но инструкция в то же время напомнила всем активистам подпольного Братства, что «лица, проявившие себя в политико-моральном отношении нейтральными или неустойчивыми, не только не должны быть членами БСВ, но и не должны даже знать о существовании организации»[515]. Важным был также тезис о том, что среди членов БСВ необходимо развивать дух товарищеской выручки и взаимопомощи, что всевозможную поддержку нужно оказывать прежде всего арестованным и больным. Лица, не имеющие специальных заданий уполномоченного ячейки, не только не должны были рассказывать военнопленным других лагерей и команд о БСВ, но и обязаны были хранить в строгой тайне сам факт его существования. В заключении инструкции говорилось, что «при каждом совете групп создается товарищеский суд. Он состоит из трех человек, которые являются членами БСВ. Все постановления и решения суда имеют силу закона и должны неуклонно и точно выполняться»[516].

Советским патриотам в Австрии, стремившимся объединить свои усилия по борьбе с врагом с аналогичными усилиями передовых людей альпийской республики, приходилось часто сталкиваться с теми же трудностями, с которыми встречались советские борцы антифашистского Сопротивления в самой Германии. Здесь, особенно в горном Тироле, укрываясь от налетов союзнической авиации, размещалось немало военно-промышленных предприятий германских концернов. Все они широко использовали подневольный труд военнопленных, а начиная с лета 1942 г. и труд так называемых восточных рабочих. Уже с первых дней пребывания в лагерях советские патриоты выступили застрельщиками сопротивления врагу. Их первые усилия направлялись на сплочение верных Родине людей, бескомпромиссную борьбу с теми, кто встал на путь предательства и измены.

Активность патриотов приносила свои результаты. Участились случаи неповиновения лагерному начальству и побеги. Уже в сентябре 1942 г. в лагерях Ландека и Имста возникли тайные группы советской молодежи, стремившейся бежать из неволи и пробиваться на родину.

Летом 1943 г. окончательно сложился еще один центр патриотического подполья в Тироле. Он возник в лагере принудительного труда, созданном фашистами в селении Бах на трансальпийской магистрали, соединяющей Южную Германию с Северной Италией через Флексенский и Решенский перевалы. Патриотический актив в Бахе возглавил П. И. Короп. В интересах патриотического дела ему удалось завоевать доверие лагерного начальства и он даже получил право ограниченной свободы передвижения в районе строительных работ. Эта возможность позволила П. И. Коропу установить связи с советскими людьми в лагерях Рейтте. В Бахе удалось наладить выпуск нелегальных листовок и изготовление подложных пропусков на право выхода из лагеря. Листовки воспроизводили содержание сводок Совинформбюро, призывали саботировать работу и при первой возможности бежать в горы для партизанской борьбы.

В материалах полицейских расследований отмечается, что в районе Имста обнаружено партизанское убежище. В материалах названо много имен и фамилий советских и австрийских антифашистов, совместно действовавших против гитлеровцев в Имсте и его окрестностях. Партизанские группы из советских людей, бежавших из лагерей военнопленных, существовали во многих местах в альпийских лесах.

Возникновение этих альпийских партизанских групп