Алло, Люся, это я! - Виктор Коклюшкин

Недавно говорю своей собачке: «Все-то ты понимаешь, а сказать – не можешь!» Вдруг она говорит: «Могу!» Я обалдел. А она говорит: «Ну что ты на меня уставился, ты на себя посмотри!»

Я глянул в зеркало, говорю: «Почему у меня синяк?»

Она говорит: «Потому что ты вчера у милиционера хотел узнать, который час!»

Я говорю: «Что ж в этом такого?»

Альма говорит: «Ничего, но ты его полчаса спрашивал и обращался к нему: “Дорогая моя”»

Я говорю: «А куда мы вчера ходили?»

Она говорит: «Ты меня гулять вывел, а сам ногу у столбиков поднимал».

Я говорю: «Не помню».

Она говорит: «Ты не помнишь, а соседский ротвейлер теперь заикается. А дворняжки, наоборот, за тобой вчера бегали, думали, что ты их вожак!»

Я говорю: «Да ты сама дворняжка!»

Альма говорит: «Не хами, я в прошлой жизни была княгиней!»

Я говорю: «А кем был я?»

Она говорит: «На конюшне у меня служил!»

Я говорю: «Конюхом?»

Она говорит: «Шариком!»

Я говорю: «Кстати, мне вчера никто не звонил?»

Она говорит: «Звонили из дурдома, спрашивали: почему не заходишь?!»

Я говорю: «А если серьезно?»

Альма говорит: «Серьезно… тебя из собаки превратили в человека, а вчера кто-то крикнул: “Козел!” – ты обернулся!»

Я говорю: «Потому что я вежливый!»

Альма говорит: «Конечно, вежливый… вчера старушку через дорогу перевел, хотя ей нужно было в другую сторону!»

Я говорю: «Я думал – в ту».

«А о чем ты думал, когда дал мне понюхать 10 рублей и оказал: “Ищи”!?»

Я говорю: «Я хотел пойти в театр».

Альма говорит: «Театрал… ты бы хоть раз в церковь сходил!»

Я говорю: «Я дома молюсь».

Она говорит: «Знаем мы твои молитвы: “Господи, дай опохмелиться, а то умру!”»

Я говорю: «А у кого мне еще просить?! Жену попросил принести бутылку пива, ее уже два года нет!»

Альма говорит: «Бабник хренов! Вчера пригласил одну к себе, а когда она согласилась – сам убежал!»

Я говорю: «Мне показалось, что я дома утюг не выключил».

Альма говорит: «Как ты мог его не выключить, если ты его в своей жизни ни разу не включал?! Люди, глядя на тебя, думают, что это куча мусора идет!»

Я говорю: «Не преувеличивай»

Она говорит: «Ну, тогда кучка! А ведь ты человек с высшим образованием!»

Я говорю: «Ну и что… Кстати, ты не помнишь, у кого я вчера занимал?»

Альма говорит: «Конечно, помню! Полчаса стоял у памятника Пушкину и обещал, что отдашь!»

Я говорю: «Ну и что?»

Альма говорит: «Ничего! Он сказал, что ты у него уже пять раз занимал и не отдаешь!»

Я говорю: «Он меня с кем-то перепутал».

Альма говорит: «Это ты перепутал: вчера пришел участковый, а ты говоришь: “Товарищ генерал! Войска для парада построены!” И показываешь на меня!»

Я говорю: «Врешь!»

Альма говорит: «Сукой буду!»

Тут зазвонил телефон. Я снял трубку, гордо говорю: «Человек слушает!»

Женский голос говорит: «Опять напился!»

Тут я все понял, хотел прогнать Альму, а потом подумал: «Что с нее взять, одно слово – собака!»

Купить собаку

В прошлую субботу Николай Петрович встретил своего приятеля Сергея Ивановича. Они, как известно, живут в одном доме, но с работы возвращаются с разницей в 15 минут и поэтому видятся в год раз пять-шесть, изредка – семь.

Сергей Иванович стоял на улице у столба и читал какое-то объявление.

– Ты что – меняться надумал? – строго спросил Николай Петрович.

– Ну что ты! – смутился Сергей Иванович. – Просто вот… собаку хочу купить.

– Собаки бывают разные, – глубокомысленно поведал Николай Петрович. – Бывают которые для охоты, а бывают – кусаются.

– Ну, ты меня знаешь, – сказал Сергей Иванович, – я этого не потерплю! Чуть что, сразу: «К ноге! На место!»

– Ты так командуешь, – сказал Николай Петрович, – что тебя ни одна собака не послушает. Ты командуешь, ну… ну… извини, конечно, ну… как все равно взаймы просишь! Ты командуй уверенно: «На мес-то!» Чтоб она тебя уважала. Ну-ка, попробуй.

– Да как-то неудобно, так вот ни с того ни с сего, – сказал Сергей Иванович.

– А когда будет с того с сего – ты не сумеешь, – убежденно произнес Николай Петрович. – Ну-ка, давай, давай смелее!

– Ко мне! – крикнул Сергей Иванович.

– Не, не пойдет, – уверенно определил Николай Петрович. – В твоем голосе не чувствуется уверенности в своем праве на команду.

– Как это не чувствуется? – обиделся Сергей Иванович. – Вот, слушай внимательно, я еще раз крикну: «Ко мне! Ко мне!»

– Знаешь что, – сказал, подумав, Николай Петрович. – Ты только не обижайся, но я скажу правду.

– Говори, – разрешил Сергей Иванович.

– Эта собака тебя не любит, – сказал Николай Петрович.

– Почему?! – опешил Сергей Иванович.

– Потому что собака – друг человека, а ты: «Ко мне, ко мне!» – передразнил Николай Петрович. – Ни ласки, ни теплоты в голосе – одно желание покомандовать, власть свою показать. Ты уж извини, что я вот так правду в глаза…

– Может быть, сахару ей дать? – предложил Сергей Иванович.

– Чтобы зубы у нее болели? Вот поэтому я и говорю: не лю-бит! – сокрушенно вздохнул Николай Петрович. – Они, животные, ведь все-е чувствуют.