Кукла в его руках - Катя Водянова

Судя по грохоту, монстр кубарем скатился по ступенькам, затем зашипел и бросился на Тиль. Она завизжала, обернулась и закрыла лицо руками.

Секунды шли, но никто так и не тронул Тиль. Она с трудом открыла глаза и заметила здоровенную черную тварь, словно бы сотканную из темного тумана. Одновременно она походила на обезьяну и кого-то из кошачьих, по спине же змеились множественные щупальца.

Тиль тихонько скулила от ужаса, а тварь металась взад-вперед в паре метров и никак не решалась подойти. Что делать? Что делать? Что делать? Где Алистер? Или…

Подозреваемых в одержимости было трое: доктор, Нед и Ал. И на время каждого из нападений у святоши нет алиби.

— Алистер? Алистер, это ты? — пробормотала Тиль. — Успокойся, прошу. Давай ты снова станешь человеком, а я пообещаю себя хорошо вести. Можешь даже отшлепать меня еще раз, только как человек.

Тварь села напротив Тиль и словно бы заслушалась ее речью. Нужно продолжать, вдруг поможет.

— Обещаю вымыть везде полы, а ты знаешь, как я не люблю мыть полы. И трижды протру твой стол дезинфицирующим раствором. А еще выполню все работы в ратуше. И не буду приставать к тебе пару дней. Совсем-совсем. Или буду. Это как ты хочешь. Вообще давай проведем день, как ты хочешь: сходим в церковь, уберемся в доме, выпьем пива…

Тварь шумно втянула носом воздух, фыркнула и побежала наверх. Через минуту снова треснула оконная рама, и Тиль устало повалилась на пол.

Внутри щиколотки все горело и каждое мгновение простреливало болью. Не стоило скакать на ушибленной ноге, кажется, Тиль сделала только хуже. И как она теперь встанет?

— Тильда! Что случилось? — Алистер заскочил в дом и молниеносно подбежал к ней. Невероятная, нечеловеческая скорость. И еще один довод в пользу ее теории.

Тиль хотела ответить, но вместо этого разрыдалась. Слишком больно, слишком страшно, слишком устала она от всего этого. Алистер поднял ее на руки и бережно отнес на диван. Затем он включил свет и ушел в сторону кухонной зоны, вернулся же с несколькими подушечками успокоительной жвачки и стаканом воды. Тиль благодарно кивнула, забросила в рот лекарство и начала жевать, чувствуя, как блаженное спокойствие растекается по нервам. Алистер тем временем взялся за обработку ее ноги. Интересно, как он догадался, где у Тиль болит?

— Теперь этот гель всегда будет вызывать у меня одну ассоциацию, — улыбнулась она, наблюдая за действиями Ала.

— У меня тоже. Впервые бил кого-то ремнем и лечил после этого тоже впервые. Так что случилось?

Тиль пару минут сомневалась, а не стоит ли солгать? Ведь скажи она правду, тогда придется озвучивать и свои подозрения. Алистер тоже молчал, продолжая водить рукой по ее ноге. И на кончиках его пальцев сверкали крохотные бело-голубые искорки. Тиль взвизгнула и резко села, подтянув под себя ноги.

— Что это было?

— Ай, как голове больно, — Ал закрыл рукой правое ухо и отсел на другой конец дивана. — Если обещаешь не визжать, расскажу.

— Хорошо, — кивнула Тиль потихоньку выпрямляя ноги. Удивительно, но боль и припухлость исчезли, щиколотка выглядела абсолютно нормально.

— Это магия. Я немного могу ей пользоваться, хотя это и является грехом с точки зрения церкви.

— А… — Тиль не сразу нашлась, что ответить. Это не святоша, а настоящий многоуровневый квест: чем больше узнаешь, тем больше вопросов появляется.

— Прожил больше полутора лет в Империи, там же обзавелся татуировкой, — он указал на свою грудь, — и узнал кое-что о магии. Теперь расскажи, что случилось, только честно.

Сам бы хоть что-нибудь честно рассказал! Тиль хотела соврать, или ничего не рассказывать, но магия вольта заставила ее говорить откровенно. Воспоминания нахлынули, заставив Тиль сжаться от ужаса и потянуться за новой порцией жвачки. Но Алистер пересел поближе, отобрал успокоительное, затем обнял и прижал к себе. Тиль всхлипнула взобралась к нему на колени и уткнулась носом в шею.

— Он больше не вернется, у одержимого есть всего несколько минут, чтобы принять свою демоническую форму и выпить жертву. После этого он станет сильнее, но наш пока еще никого не тронул. А теперь — спи…

Тиль хотела возразить, что не хочет спать, но глаза закрылись сами собой, и мир исчез.