Мой дядюшка Освальд - Роальд Даль

— Значит, он свалил всю работу на тебя?

— И мне тоже нельзя было двигаться.

— Это чушь какая-то, Ясмин. Нельзя совокупляться статически.

— Тебе нельзя, а королям можно, — возразила она. — Сейчас ты услышишь такое, что просто не поверишь… я бы и сама не поверила, что такие вещи бывают.

— Какие вещи? — спросил я.

— Я уже говорила, что выбрала шезлонг, обтянутый пурпурным бархатом, — сказала Ясмин.

— Да.

— Так вот, оказалось, что я выбрала верно: этот чертов диван был специально сконструированным полем королевских развлечений. Самое фантастическое впечатление в моей жизни! Внизу под диваном было что-то такое, бог уж там знает, что именно, но какой-то механизм, и когда король нажал специальный рычаг, весь диван стал дергаться вверх-вниз.

— Ты это все выдумала.

— Ничего я не выдумала! — обиделась Ясмин. — Я не могла бы такого выдумать, если бы даже хотела, и ты сам отлично это знаешь.

— Ты действительно хочешь сказать, что под этим диваном была какая-то машина? Ты ее видела?

— Конечно нет, но я отлично ее слышала. Она ужасно скрежетала.

— Это был бензиновый мотор?

— Нет, не бензиновый мотор.

— Так что же тогда?

— Заводной механизм, как в детской игрушке, — сказала Ясмин.

— Заводной механизм! Нет, это невозможно! Откуда ты знаешь, что это был заводной механизм?

— Оттуда, что, когда завод подошел к концу, Альфонсо пришлось слезть и подзавести эту штуку ручкой.

— Не верю ни слову, — сказал я категорически. — Какая там еще ручка?

— Большая ручка, — отозвалась Ясмин, — вроде стартовой ручки автомобиля. И когда он заводил, она размеренно щелкала. Когда заводишь игрушку, всегда так щелкает.

— Господи, — сказал я. — И все равно я не верю.

— Ты мало знаешь про королей, — сказала Ясмин. — Короли — они же другие. Когда им становится скучно, они придумывают способы себя позабавить. Вот возьми этого психа, короля Баварии, который велел пробуравить дырку в сиденье каждого стула у себя в столовой. И вот посреди званого ужина он поворачивал тайный кран, и сквозь эти дырки брызгали струи холодной воды. Очень сильные струи холодной воды, так что гости со всей их роскошной одеждой промокали насквозь. Короли — они психи.

— Так вернемся к заводному дивану. Что в нем такого потрясающего?

Ясмин как раз отпивала шампанское и не ответила сразу.

— Было на нем клеймо изготовителя? Где я могу такой достать?

— А вот я бы не стала его доставать, — сказала Ясмин.

— Почему бы не стала?

— Оно того не стоит, это просто игрушка. Игрушка для глупых королей. Сперва ошеломляет, но и все. Когда Альфонсо запустил диван, я просто ошалела. «Эй! — крикнула я. — Какого хрена тут происходит?» «Молчи, — сказал король. — Разговаривать запрещается!» Снизу донесся жужжащий звук, и вся эта чертова штука стала жутко вибрировать, а заодно и дергаться вверх-вниз. Честно, Освальд, это было словно кататься на лошади по палубе судна, попавшего в шторм. Господи, думала я, только бы не было морской болезни. Но морской болезни удалось избежать, и к тому времени, как он стал заводить эту штуку вторично, я уже попривыкла. Это и вправду напоминало езду на лошади. Нужно двигаться вместе ней. Нужно уловить ритм.

— И это стало тебе нравиться?

— Я бы не сказала, но у этой штуки есть свои преимущества. И главное, ты никогда не устаешь. Для дряхлых стариков самое милое дело.

— Альфонсо только тридцать три.

— Альфонсо псих, — сказала Ясмин. — Раз, когда он заводил пружину, он сказал: «Обычно мне делает это слуга». Господи, подумала я, этот придурок и вправду чокнутый.

— Как ты от него избавилась?

— Это было непросто, — сказала Ясмин. — Видишь ли, он только и делал, что подзаводил эту штуку, а потому ничуть не выдыхался. Примерно через час мне совсем надоело. «Выключайте, — сказала я. — С меня достаточно».

«Мы продолжим, пока я не скажу».

«Не надо так, — сказала я. — Кончай это дел о, завязывай».

«Здесь приказываю только я», — сказал Альфонсо.

Ну что ж, подумала я, вот и заколка пригодится.

— Ты что, так и сделала? Ты и вправду его уколола?

— Еще как уколола, — сказала Ясмин. — Заколка вошла на два дюйма!

— И что тогда?

— Альфонсо подскочил до потолка, завизжал и скатился на пол. «Ты меня уколола!» — крикнул он, хватаясь за свою задницу. Я мгновенно вскочила и начала одеваться, а он голый прыгал вокруг и пронзительно орал: «Ты меня уколола! Ты меня уколола! Да как ты посмела!»

— Потрясающе, — подытожил я. — Чудесно. Великолепно. Жаль, я этого не видел. Крови было много?

— Не знаю и знать не хочу. Но мне он успел надоесть хуже некуда. Я немного озлилась и сказала ему: «Слушай меня, и слушай внимательно. Если наш общий друг узнает — он тебя за яйца повесит. Ты же меня изнасиловал, хоть это-то ты понимаешь?» Мои слова заставили его заткнуться. «И какая тебя муха укусила?» — спросила я уже поспокойнее. Я одевалась со всей возможной скоростью и тянула время разговором. «Ну как ты мог такое сделать?» — крикнула я. Кричать приходилось, потому что диван продолжал греметь. «Не знаю», — пробурчал Альфонсо, опустив глаза; он стал вдруг тихим и робким. Окончательно одевшись, я подошла к нему, чмокнула в щеку и сказала: «Давай забудем, что все это было, забудем?» В то же самое время я быстро сдернула с королевской шишки эту липкую резинку и гордо удалилась.

— Тебя кто-нибудь пробовал остановить?

— Ни одна душа.

— Пятерка с плюсом, — подытожил я. — Ты отлично поработала, а теперь давай сюда эту бумагу. — Ясмин передала мне лист дворцовой бумаги с королевской подписью, и я аккуратно положил его в папку. — А теперь, — сказал я, — пакуй вещички. Мы мотаем отсюда первым же поездом.