Вытхуянцы в Сочи - Дмитрий Стародубцев

Внезапно в дверь постучали. Заглянула одна из работниц Воскерчяна. На ней не было лица.

— Там. там милиция! Ювелир только усмехнулся.

— Скажи им, что я занят, и чтоб они больше мэня не бэспокоили, да!

— Сами скажите! У меня муж безработный и двое детей!

А милиционеры уже входили в кабинет Воскер-чяна:

— Привет, дорогой! Поговорить надо!

— Какое вы имеете право вламываться?! — подскочил Воскерчян. — У вас будэт большая проблэ-ма, да!

— Это у тебя сейчас будет большая проблема!

Ювелир схватил со стола сотовый телефон и набрал какой-то номер. Долго ждал ответа. Милиционеры лишь нагло ухмылялись.

А на другом конце связи зубоскалящий Зебр услышал, наконец, звонок своего мобильника. Он вынул из кармана телефон, глянул на дисплей — кто звонит, скорчил рожу дебила и отключил звук.

Это был один из лучших ресторанов Сочи. Играла живая музыка. Столы, расставленные на открытой галерее второго этажа, были заняты богатой отвязной публикой и ломились от дорогостоящих яств и напитков. Внизу шумела плебейским уличным бытом набережная, чуть дальше накатывали на галечный пляж мягкие волны моря.

— Зайка, кто там тебе всё названивает? — поинтересовалась расфуфыренная, как никогда, Белка.

— Да так, шелупонь всякая! — отмахнулся Зебр. Подоспел официант с напитками и закусками.

Жирафф с досадой уставился в свою тарелку, в которой лежало что-то такое красивое и чрезвычайно аппетитное, но на одну столовую ложку.

— Неужели это и е-е-есть блюдо «Дьявольская мистерия» за тысячу рублей? — Жирафф даже надел очки.

— Ну ты зануда, длинный! Всё тебе не так! Жри давай! — осадил его Зебр и сообщил вытхуянцам: — Сколько Жираффа не корми, а у слона всё равно больше! По любому!

Все с некоторой неловкостью посмеялись, а советник ничего не понял. Впрочем, спустя пять минут и он закатился одиноким смехом.

— Вот тормоз! — сверкнул лучезарной улыбкой Зебр. — Профитроли, шутку надо понимать быстро и при этом не обязательно правильно!

На этот раз советник красноречиво обиделся.

— Что ты попу-то морщишь? — спросил полосатый. — Скушай кактус!

Жирафф покраснел до корней волос. Зебр на всякий случай отодвинулся подальше.

— Последнее время советник сам не свой! — с тревогой в голосе констатировал он. — Надо бы его психиатру показать! А ещё лучше сразу в Москву, в Белые столбы. Там уж ему мозги прочистят. Кстати, я могу его туда отвезти!

Жирафф бросил вилку, вскочил. Резко отодвинутый стул упал за его спиной. Осёл на всякий случай попридержал его за руку.

— А ты. А ты подонок, бездельник, воришка и пустозво-о-он!

— Ой, ой, ой! — картинно развел руки Зебр. — Ваще, такой умный вещь сказал — Цицерон отдыхает! А мысль одна — она прямая, как струна!

— А ещё ты го-о-оль перекатная!

— Кто, я?! Да меня три банка уговаривают взять у них кредит!

— А ещё ты стука-а-ач!

— Это, кстати, наследственное, — пожал плечами полосатый. — Мой предок ещё у Юрия Долгорукого доносчиком работал!

— Всем сесть и успокоиться, — хладнокровно распорядился Бегемот, затягиваясь любимой сигарой. — Едим, пьем.

Жирафф поспешил исполнить указание.

— Правда, мальчики! — поддержала Белка. — Мы же сюда праздник пришли отмечать, а не собачиться! Человек человеку — друг, товарищ и брат!

— Вот это правильно! — закивал Зебр и погрозил Жираффу пальцем: Ты понял, скотина?!

Тут объявился официант и с извинениями забрал у Зебра блюдо. Мол, столы перепутал.

— Эх, надо было хотя бы плюнуть в тарелку! — расстроился полосатый.

А Бегемот уже поднимал свой бокал, желая произнести тост. После продолжительной речи, нашпигованной политическими инсинуациями, он сообщил, что принял решение повысить Жираффа в должности.

— Ура-а-а! Председатель назначил меня ста-а-аршим советником! — возопил длинношеий.

— Поздравляю! — новость явно Зебру не понравилась. — Теперь ты стал старшим козлом отпущения!

— Я не козё-ё-ёл!

Белка первая чокнулась с Жираффом:

— Ой, зайка, я так за тебя рада! Старший советник — это так интимно! Звучит почти как тайный советник!

Вытхуянцы выпили. Зебр заметно разобиделся.

— Милорд! — обратился он к Бегемоту. — Интересно, а мне когда-нибудь что-нибудь обломится?

— Каждому своё… — с философской интонацией отвечал Председатель. — То есть, я хотел сказать, всему своё время!

— Время? Ага, ждать пока неучи всё растащат?! — полосатый показал на Жираффа…

Вечерело. С моря задувал терпкий морской коктейль. Разило Белкиными духами с привкусом ванили.

После пятого тоста улыбчивый рот Зебра окончательно перестал закрываться.

— …Они просто не понимают, — частил он, — что нас легче сразу не пустить, чем потом выгнать…

— Пупсик! — прервала его возмущенная Белка. — У тебя мат через слово!

— Да у меня чаще не получается! — отвечал полосатый. — И вообще, не учи меня жить! Лучше помоги материально!

И он бросил в Белку пробку из-под шампанского. Рыжая не осталась в долгу — метнула прямо ему в лоб несколько слив.

— Хватит, детишечки! — стукнул кулаком по столу захмелевший Бегемот, так сильно, что на столе всё подпрыгнуло. — Вы уже явно вышли за рамки приличия! Вон, уже китайцы смотрят на нас круглыми глазами!.

— Кстати, о Москве! — почему-то вспомнил Зебр. — Вот бы ещё разок туда съездить! А если по уму, то надо купить там квартиру. И прописаться в ней всей Вытхуяндией!

— Не потянем, — покачал головой Жирафф. — Квартиры в Москве жуть какие дороги-и-ие!

Зебр почесал за ухом.

— Ну, тогда давайте арендуем! Одну шикарную квартиру. Будем по очереди всей страной в ней останавливаться. Если хотите, я могу этим заняться. Всё равно кто-то должен обаять хозяев, кинуть риэлтеров, за квартирой приглядывать. Да и делать вид, что там живёт всего один человек. Работа, конечно, тяжёлая, неблагодарная, но что не сделаешь во имя Вытхуяндии!

— А что? Это по-взрослому! — одобрил Бегемот… Зебру наскучило сидеть, он подступил к каменному парапету и, перегнувшись через него, заглянул вниз. По улице густыми потоками слонялись отдыхающие. Сотни магазинов, лавчонок и всяких заведений были в их полном и безоговорочном распоряжении.

— О, тёлки! — полосатый ещё больше перегнулся через парапет. — Девчонки, кто со мной на край света!

Но, видимо, отсюда было не докричаться.

— Матрешки явно требуют долбёжки! — сообщил Зебр сотоварищам.