Веселые и грустные истории про Машу и Ваню - Андрей Колесников

Мне понравился Ванин день рождения. Были Алиса, Саша, Леня, Маша… Хороша была эта Маша, да не наша. Но наша тоже была. Пираты появились в какой-то момент в квартире. Пират и пиратка. Они залезали во все углы и искали бедных детей, которым, конечно, было где спрятаться от них, потому что чья это была, в конце концов, квартира? Ваня потом со смехом рассказывал мне:

– Папа, они нас знаешь где искали? Под ковром!

– Ты не видел, – говорю я, – что они вас еще и в холодильнике искали.

– Папа, – после долгого раздумья сказал Ваня, – по-моему, это были какие-то глупые пираты.

В голосе его сквозило сожаление, что такие еще до сих пор встречаются на просторах Мирового океана.

В результате пираты все-таки дали детям жару. Но и дети им тоже. Надо сказать, что пираты – это больная тема для наших детей. Они посмотрели в кинотеатре «Пиратов Карибского моря-2» – и заболели. Боюсь, это хроническое. Ваня ходит по дому и в детский сад в красной бандане Джека Воробья, до зубов вооруженный пистолетами Джека Воробья и саблей Джека Воробья. Машин бэ-би-берн Катя давно носит только платье, которое носила Элизабет, и оно уже застирано так, что и правда напоминает платье Элизабет по окончании поисков клада на острове.

Пару дней назад к ним уже приезжали пираты. В холле нашего многоквартирного дома был детский праздник в связи с Ваниным днем рождения, и Джек Воробей с Элизабет заглянули, так сказать, на огонек. Там тоже все было, видимо, ураганно, ибо сразу после праздника, когда я приехал, измученными выглядели не только пираты, но даже и два десятка окружавших их детей. Никто, конечно, не замечал меня, стоявшего в куртке посреди холла и старавшегося разглядеть среди пиратов, скручивающих из надувных колбасок каких-то собачек и кошечек, и детей, отчаянно тянущих к ним свои тоненькие ручки, хоть что-нибудь более или менее родное. Потом Ваня дернул меня за рукав куртки и тихо сказал:

– Папа, идем домой.

Так на глазах взрослеющий сын пытается увести на глазах пьянеющего отца из плохой компании, стараясь просто попасть ему на глаза – чтобы стать живым немым укором: «У тебя же дети, пап. Чем мы-то виноваты, а?»

– Ваня, здесь же еще даже музыка играет, – сказал я. – Веселье тут, по-моему.

– Пойдем, – повторил он.

– Надувных собачек дают, – вздохнул я.

– Нам туда, – сказал Ваня.

Он показал кивком головы куда-то по направлению к лифтовому холлу – и я все понял. Абсолютно все.

У двери лифта стояли две тележки, доверху набитые подарками. Такие тележки бывают в супермаркетах. В нашем доме они облегчают жизнь по дороге от машины до лифта. И вот две тележки были, повторяю, доверху набиты подарками. Детей-то на день рождения пришло прилично.

И вот я понял, почему Ваня уходит, не прощаясь, не дожидаясь окончания этого светлого праздника, а также я понял, зачем ему, собственно говоря, нужен я. Он дотащил тележки до лифта и не смог затащить их внутрь.

– Папа, идем! – сказал он, подбежал к одной тележке и вскочил на нее, как будто на подножку уходящего поезда.

Мы зашли в квартиру и разгрузили обе тележки. Ну да, оно того стоило.

– Ваня, – говорю, – ну видишь, как все хорошо. Никто у нас теперь все это не отнимет. Это все теперь наше.

– Это мое, – улыбнувшись, поправил Ваня.

– Ну да, твое, – с сожалением согласился я. – А теперь, может, вернемся к детям, товарищам твоим? Торт-то еще не съели.

Не хотелось бы этого говорить, но следует смотреть правде в глаза. Он глядел на меня как на идиота.

Ну, и конечно, когда я спросил Машу и Ваню, кого бы они хотели видеть на следующий день у себя дома в качестве guest stars для продолжения банкета, они потребовали опять пиратов.