Эльдорадо - не награда - Алексей Лютый

– Якут! – подсказал Жомову мой хозяин.

– А ты откуда знаешь? – совсем оторопел омоновец, но тут, наконец, сообразил, что над ним просто издеваются.

– Что-то я не пойму, вам поприкалываться, что ли, захотелось? – обиженно поинтересовался он. – Поп, а в едовище получить не желаешь? Разве трудно объяснить, что на этой фотографии изображено?

– Кецаль – это такая птица из мифологии майя, ацтеков и тольтеков, – начал было объяснять Попов, но Ваня не дал ему договорить.

– Так бы сразу и сказал! А то я думаю, откуда у индейцев евреи могли быть? – рассудительно предположил он. – Хотя, Сеня, от вашего брата всего ожидать можно, – мой хозяин, хлопнув себя по лбу, застонал, но Жомов внимания на это не обратил. – Слушай, Поп, а на хрена тебе этот кецаль? – Не зная, что ответить на этот вопрос, Андрюша просто открыл рот, да и остался так сидеть. А вот мой Сеня просто зашелся в истеричном хохоте, едва не подавившись куском тушенки. Жомов бросился ему на помощь и, хлопая по спине, как это у него обычно получается, едва не сломал Рабиновичу хребет. Хозяин мой кашлять и смеяться мгновенно перестал, и неизвестно, не кончилось ли бы спасение поперхнувшегося отправлением его в реанимацию, если бы я вовремя не оттянул от Сени Жомова, схватив зубами за штанину. Пока Ваня от меня отбивался, интересуясь, не очумел ли я, Рабинович смог окончательно прийти в себя и спросил Жомова:

– Вань, скажи честно, часто у тебя после ночного дежурства клинические обострения острой умственной недостаточности бывают?

– То есть ты всегда дебил или только когда не выспишься? – перевел Сенину фразу Попов и тут же получил по загривку. – Ты чего, Жом, офонарел? Сеня на тебя наезжает, а тумаки, как обычно, мне достаются?!

Я отчетливо видел, как Ваня, скрипя шестеренками, пытается решить, дать ли еще раз Попову по загривку или попробовать придумать какой-нибудь достойный ответ. Еще неизвестно, до чего бы додумался наш бравый омоновец, но в этот момент произошло событие из ряда вон выходящее. Точнее, некогда бывшее для нас обычным, но за истечением срока давности немного позабытое. В общем… Да что я тут говорю!

ХЛО-ОП!!!

И после этого звука в комнате возник не кто иной, как наш давний знакомец – эльф Лориэль. Для тех, кто начитался Толкина и насмотрелся по «видаку» «Властелинов Колец», сразу скажу, что далеко не все эльфы рослые красавцы, под стать Леголасу и прочим его сородичам из этой бессмертной трилогии. Мы эльфов самого разного калибра в свое время видели, и тот, про которого я только что упомянул, относился к толкиновским эльфам точно так же, как сувенирная модель автомобиля к оригиналу в пропорции 1:48. И этот маленький наглец сейчас висел прямо над центром стола, бешено размахивая своими чешуйчатыми крылышками, видимо, отобранными у какой-нибудь стрекозы.

– Хлеб-соль, люди добрые, – проговорил Лориэль, шокировав нас этими словами еще больше, чем своим появлением. Впрочем, эльф тут же положение исправил: – Чего уставились, козлы, мать вашу? Думаете, я сам вас жутко рад видеть? Или мне неприятностей с вами всегда мало было? Опять водку жрете? Вот, мать вашу, работнички! Скажите, менты в вашей вселенной чем-нибудь кроме распития спиртных напитков занимаются?

– Ага. Занимаются. Они еще эльфов бьют, – обрадовал Лориэля Жомов и попытался на деле доказать правоту своих слов, ловя эльфа огромной пятерней.

Естественно, ничего из этого не вышло. Омоновец хоть и был необычайно быстр для своей комплекции, но по скорости реакции маленькому эльфу явно уступал. Промахнувшись, Ваня грохнулся грудью прямо на стол, сметая с него всё. В том числе и бутылки.

Попов, увидев такое безобразие, взревел от досады и запустил вилкой с тушенкой в главного виновника этого погрома. Не в Жомова, конечно же, а в Лориэля. Ну а поскольку особой меткостью он никогда не отличался, то промазал. Зато точно попал в Сенину парадную фуражку, спокойно стоявшую до сего момента на буфете.

Сеня страшно обиделся на друга за порчу казенного имущества и хотел было влепить ему в лоб за такое свинство, но в дело вмешался я. Осознав, что пора это безобразие прекращать, я истошно заорал благим матом. Мой лай действие свое возымел, и все трое друзей мгновенно остановились, выискивая глазами эльфа. А тот преспокойно сидел на люстре.

– Ну что, может быть, теперь-то вы спросите, с чем я к вам пожаловал? – ехидно поинтересовался эльф, и моим ментам пришлось согласиться с разумностью этого вопроса.