Эльдорадо - не награда - Алексей Лютый

А правительственные войска тем временем начали атаку. Издав дикий, непередаваемый вопль, они сломя голову бросились вперед. Я скосил глаза на нашего собственного полководца и увидел, как Жомов поморщился от столь неорганизованного способа ведения боевых действий.

Тольтеки, хоть и уступали по численности правительственным войскам, держались куда более достойно. Они не бросились навстречу карательным силам, спокойно оставаясь на месте. А когда войско ацтеков приблизилось к ним на сотню метров, лучники повстанцев дали залп по атакующим. Особого вреда, правда, это не принесло, поскольку подавляющее большинство стрел просто не долетело до противника, а дальше всё повернулось совершенно неожиданно.

– Вон он! – крикнула Тлала, указывая рукой куда-то в сторону Теотнуакана, и, повинуясь ее сигналу, Жомов бросил вперед своих солдат.

Построившись почти правильным клином, гвардейцы Чимальпопоке устремились в направлении, заданном богиней. Я, Сеня, Шипинуаль и Капелькуаль помчались следом, но, опережая нас, вперед унесся поповский крик. Встав во весь рост на телеге и сложив ладони рупором у рта, Андрюша нараспев заорал во всё горло:

– Кецалькоатль! Остановись! Мы идем!!!

К нашему счастью, Попов со своей телегой располагался на небольшом холме, и фронт его звуковой волны прошел над нашими головами. У гвардейцев, правда, их пернатые шапки с маковок посдувало, но в остальном наши силы обошлись без потерь. А вот войскам правительства и мятежной армии пришлось куда как круче. С одной стороны, ацтекам повезло. Андрюшин крик остановил почти весь второй залп стрел, направленный в них. Ну, а с другой – кому приятно оглохнуть и свалиться в пыль после жуткого вопля? Для тольтеков плюсов и вовсе не было. И залп до цели не дошел, и в стройных рядах мятежников образовалась широкая брешь, которую, впрочем, почти мгновенно заполнили резервные силы.

– Ну ты и дурак, Попов, – констатировал мой хозяин и заорал на застывших гвардейцев Чимальпопоке: – Что стоите, олухи царя небесного? Марш вперед!

Может быть, в другое время Ваня и возмутился бы тем, что Сеня взялся командовать чужими солдатами, но сейчас было не до этого. Все трое ментов как один хотели остановить грядущее побоище, а для этого нужно было в максимально короткий срок добраться до Кецалькоатля. Именно поэтому Жомов поддержал Рабиновича, тоже прикрикнув на солдат. И гвардейцы побежали.

Неизвестно почему, но войска правительства, увидев нас, ликующе завопили и понеслись вперед так, словно им под хвостом скипидаром намазали. Проделанный Поповым коридор в рядах ацтеков сомкнулся почти так же быстро, как и в войсках мятежников, и через минуту перед нами стояла сплошная стена из спин. Гвардейцы древками копий принялись дубасить солдат направо и налево, но, судя по всему, пробиться сквозь плотные ряды попросту не могли. Мы завязли!

– Подождите! – пискнул Горыныч и начал совершать свой извечный ритуал подготовки фокусов.

Когда все три головы Ахтармерза оказались сплетены в косу, он перестал вращаться и, упав головами в направлении выбранного нами маршрута, совершил то же самое чудо, что могли в его исполнении лицезреть евреи на берегу Красного моря. Горыныч, словно тогда воду, в этот раз энергетическим тоннелем раздвинул в стороны войска, освобождая нам дорогу. В этот коридор мы и рванули.

Если честно, я ожидал, что энерголуч Горыныча пронзит насквозь оба войска, но силенок у Ахтармерза хватило только на одно. Выскочив из-за спин правительственных войск, мы оказались на пустом пространстве, а прямо перед нами пятилась назад армия мятежников. Впрочем, пятилась она только до того, пока мы не выскочили на свободное место. Увидев нас, тольтеки с дикими воплями резко развернулись и бросились внутрь разоренного города. Мы оторопело застыли.

– Не понял. Что это за ерунда? – удивился омоновец. – Этот Чималь, который по попке, говорил же, что если Уицилопочтли не появится, тольтеки его армию разобьют, а они драпают, как шведы под Полтавой.

– Стоя-я-ять! – вместо ответа на этот вопрос вновь заорал Андрей.

Не знаю, на что он рассчитывал, но остановить в панике отступавшую армию даже таким воплем было невозможно. Тольтеки только ускорили бег, исключая, конечно, тех воинов, которые после Андрюшиного крика оказались неспособны к передвижению. А правительственные войска, окрыленные новым успехом, с дикими воплями бросились вдогонку за мятежниками. Впрочем, последние знали закоулки города куда лучше, чем ацтеки, и кроме сбитых поповской звуковой волной людей карательным силам схватить никого не удалось. Исчез и Кецалькоатль!

– Ну, спасибо тебе, Андрюша, – сердечно поблагодарил криминалиста мой хозяин. – Век не забуду этого твоего доброго дела! Нашли Кецалькоатля, называется.

– А я-то тут при чем? – обиделся криминалист.

– Орать меньше надо было, – вздохнул Рабинович и опустился на пожухлую траву. – Вот теперь точно приехали. Конечная станция. Поезд дальше не идет.

– А при чем тут мой крик-то? – не успокаивался Попов, который отчаялся ничуть не меньше, если не больше других.

– А то ты сам не знаешь, как твои вопли первый раз на всех действуют, – устало буркнул Сеня. – Напугал ты Кецалькоатля. Он, бедолага, наверное, решил, что тут десяток Уицилопочтли сразу на бой прибыло.

– Какой же он на фиг бог, если одного крика испугался?! – чуть не плача, заявил Попов.

– Да уж какой бы ни был, а нам именно этот и нужен, – ответил мой хозяин.

Андрей отвернулся и ушел к телеге инспектировать наши припасы. Его вид еды всегда успокаивал, поэтому и нельзя нашего криминалиста осуждать за такие банальные занятия в столь трудный для отчизны час. Остальные толпились около моего хозяина. При этом Тлала даже стала поглаживать его по плечу, чтобы как-то успокоить. Вот только Рабинович этих поглаживаний, кажется, не заметил.

В любое другое время сей факт меня бы только обрадовал, но сейчас отсутствие у Сени подобного рода внимания говорило лишь о том, в каком тяжелом положении мы оказались. Все наши надежды были направлены именно на эту встречу с Кецалькоатлем, и вот теперь всё снова повисло на волоске. Время шло. Оберон мог начать действовать в любую минуту, а у нас против него не было оружия. Более того, мы оказались заперты в этом мире и полностью не способны как-то влиять на ход событий!

В общем, счастливым не выглядел никто. Даже Капелькуаль с Ачитометлем, хотя и не знали истинного положения дел, глядя на нас, приуныли. Я оглянулся по сторонам, чтобы посмотреть, как на случившееся реагирует наш самый подозрительный член команды – Шипинуаль, но нигде этого маленького пройдохи не нашел. Поэтому отправился его разыскивать и вскоре нашел там, куда ацтеки сгоняли пленных мятежников, контуженных Поповым во время отступления. Ни вид ацтеков, ни плотоядная ухмылка Шипинуаля мне абсолютно не понравились, и я пошел оповестить об этом своего хозяина. Однако Сеня поначалу никак на мои возгласы не отреагировал, и лишь когда я потянул его за рукав, удивленно посмотрел на меня.

– И чего тебе надо? – спросил он так, будто мог понять, что я ему объясняю.