Супердевушка - Сергей Владимирович Соболев

–Как вы смеете! Я дипломат! У меня неприкосновенность! Вы будете жестоко наказаны! Я этого так не оставлю!

–Шеф, давай!

Шеф (а человеком с птицей на плече, державшим свободный конец цепи был именно он) слегка отпустил цепь, в результате чего покрышка с прикрепленным к ней ножом немного опустилась и теперь проносилась сантиметров на двадцать ближе к лицу китайского посла.

Хельга (женщиной, ведущей допрос, была именно она) продолжала:

–Я повторяю свой вопрос. Куда вы спрятали бомбу?

–Я не буду отвечать на ваши вопросы. Не прятал я никакой бомбы. Вы очень рискуете сейчас развязать мировой кризис! Я позабочусь о том, чтобы вы всю оставшуюся жизнь жалели о содеянном!

Посол продолжал ругаться, но уверенности в его голосе несколько поубавилось. Хельга была неумолима:

–Шеф, опускайте.

Покрышка опустилась еще на несколько десятков сантиметров.

–Все же, несмотря на вашу многословность, вы так и не ответили на мой вопрос: где бомба?

–Давайте договоримся. Сейчас вы меня отпускаете, разбираете свою ужасную конструкцию и делаете все возможное, чтобы никогда не попадаться мне на глаза. А вы, господин посол (Лю Цин обратился к американскому дипломату, раскачивающему покрышку), вы в самое ближайшее время подаете в отставку и уезжаете к себе домой. В этом случае я постараюсь сделать вид, что ничего не было, что это просто дурацкая шутка!

–Я рада, что вы начали диалог, тем не менее, нам нужно направить его в нужное русло. Шеф!

И покрышка опустилась еще на двадцать сантиметров. Теперь, в нижней части траектории своего полета, она пролетала менее в чем в метре от головы китайского посла.

–Я действительно не знаю ни о какой бомбе. Я приехал сюда повеселиться. Наша страна не заинтересована сейчас в обострении отношений с Америкой.

–Шеф, продолжайте.

Шеф собирался опустить покрышку еще немного, но на мгновение рука сорвалась, и он едва успел ухватить самый конец цепи. Острие ножа в этот момент проскочило в считанных сантиметрах от носа Лю Цина, ветер, гонимый пролетающей покрышкой зашевелил волосы на его голове.

–Ладно, я все скажу. Умоляю, поднимите нож. Я хочу жить!

–Хорошо, шеф, подними немного. А вы, господин Цин, рассказывайте.

–Я действительно ничего не знаю о бомбе. Но я, конечно, прибыл сюда с не совсем добрыми намерениями. Мы с нашими спецслужбами решили воспользоваться приглашением на вечеринку в своих корыстных целях. Я установил несколько жучков и видеокамер в вашем посольстве.

–Где они?

–Один жучок в горшке с цветами в холле, еще один под диваном в гостиной, видеокамера в туалете и еще одна в переговорной. Ради бога, уберите нож!

–И… Занавес!

На некоторое время китайский посол ослеп от яркого света, включенного Хельгой.

Покрышка с ножом тут же была убрана, веревки, которыми был связан Лю Цин, разрезаны. Заботливыми руками шефа и американского посла он был поднят со стола на ноги. Хельга резко сменила тон общения: до этого момента она говорила строгим низким голосом, заставляющим пробежать мурашки по спине, то теперь ее речь стала торжественной, как будто она рекламировала какой-нибудь моющий пылесос или блендер.

–Поздравляю вас! Вы стали жертвой нашего розыгрыша: вы на несколько минут оказались на месте героя одного из рассказов великого Эдгара По!

–У вас жестокие розыгрыши. Меня одного так разыграли? – у китайского посла все еще тряслись руки и дрожал голос. Он не верил, что все закончилось.

–Нет, что вы. Мы всех так разыгрываем. Вы держались молодцом. Другие на вашем месте кричали и плакали.

–Правда? Ну, я же гражданин великой страны. Я готов умереть за нее с улыбкой.

–В память об этой шутке, возьмите, пожалуйста, вот этот томик Эдгара По. Мы, правда, не нашли книгу на китайском языке, но на языке оригинала читать все-таки правильнее – Хельга протянула китайскому дипломату книгу, которую незадолго до этого очень удачно тиснула с книжной полки в посольской библиотеке. Книга была не новая, но во вполне приличном состоянии и для подарка годилась.

–Спасибо, – ответил Лю Цин, – вы знаете, я тоже вас немножечко разыграл. Конечно, вы понимаете, что на самом деле никаких жучков и видеокамер я не подкладывал. Я просто хотел над вами подшутить.

Говоря эти слова, Лю Цин виновато опустил голову, глазки его воровато бегали по полу туда-сюда. Потом он попытался улыбнуться, но улыбка выглядела жалкой. Все (Хельга, шеф и американский посол) сделали вид, что ему поверили. (Кстати, после вечеринки в тех местах, на которые указывал Лю Цин во время допроса, действительно нашли различные шпионские приспособления).

–Теперь я пожалуй пойду – продолжил Лю Цин – мне не помешает снять стресс с помощью двух-трех рюмок виски.

С этими словами он вышел из подвала, оставив искателей террористов в глубокой задумчивости. С одной стороны, они исключили из списка еще одного подозреваемого. Но с другой стороны, времени оставалось все меньше, а террорист так и не был найден. До кульминации праздника осталось всего полчаса. Все эти мысли в различных вариациях бродили в головах наших бесстрашных охотников за террористами. Молчание прервал Шеф.

–Боюсь, что нам все же придется объявить тревогу и эвакуировать людей из здания.

–Нет, это невозможно – возразил американский посол – во-первых, это может послужить сигналом для террориста заранее взорвать бомбу, во-вторых, какой это будет удар по престижу Америки! Получается, что мы, борясь с терроризмом по всему миру, не можем найти бомбу у себя дома – в одном, отдельно взятом доме!

На некоторое время снова воцарилось молчание, которое прервала Хельга:

–У меня есть гениальный план. Подействует безотказно!

–Ну давай, не тяни, рассказывай – поторопил ее шеф.

–Итак, мы находим запись звука тикающих часов и включим ее в комнате, где собрались гости. Звук будет совсем тихим. Некоторые гости подумают, что им это кажется, другие решат, что это где-то тикают часы. В общем, невинные люди не обратят на этот звук особого внимания. А вот террористу этот звук напомнит тиканье часовой бомбы. Этот звук будет постоянно напоминать ему о его миссии и на уровне подсознания у него проснется совесть. После этого он наверняка передумает делать свое черное дело и, может быть даже, прилюдно покается.

–Гениально! В смысле, полная ерунда! Где вы взяли такую чепуху! Где вы видели кающихся террористов. Если это тиканье и вызовет у него какое-нибудь желание, то скорее всего это будет желание взорвать бомбу поскорее. К тому же, у нас осталось всего полчаса, за которые надо еще найти часы, записать их тиканье и пробудить совесть террориста! Я подозревал, что от вас не будет никакой пользы, но этот бред превзошел все мои ожидания. Вы тут делайте, что хотите, а я пойду в свою жилую комнату, подальше отсюда, обдумаю сложившееся положение – возмущенный посол вышел из подвала.