Огненное ущелье - Александр Тамоников

— А что ты здесь забыл, Миша?

— Вот, решил сменить позицию. А то вдруг ты один заскучаешь?

— Да, с тобой точно не до скуки будет…

— И я о том же.

— Но ты занял место Соловьева.

— Ничего подобного, он прекрасно устроился рядом, вместе с Гариным. Интересно, как в оставшихся отсеках разместятся американцы? Придется им по трое занимать комнаты, а это чертовски неудобно. А если новый генерал и, естественно, госпожа Крофт займут отдельные номера, то ребятам «Ирбиса» в казарме тесновато будет.

— Тебя это так волнует? — усмехнулся Александр.

— Да нет. Главное, что мы устроились как следует.

— Думаю, ненадолго.

— Вопрос не во времени, а в принципе.

— Ларсен на тебя обидится.

— Пусть сержант Ларсен теперь на свою жену обижается. Я что, обязан забивать ему место? А вообще, интересно, сложилось у него с Настей или нет…

— Встретитесь — узнаешь.

— Что-то ты какой-то смурной… — вгляделся в Тимохина Шепель. — Устал, что ли?

— Не нравятся мне, Миша, манипуляции с составом отряда.

— Задело, что сняли с командования?

— Не в том дело. Дак же прекрасно понимает, что пока не может в полной мере руководить сводным подразделением. Так почему согласился принять командование отрядом?

— А ты не подумал, что согласия у Джона мог никто не спрашивать? Приказали — и всё…

— Ну и черт с ними! Мне будет проще.

— Э-э нет! Это пока мы тут — да, командовать группой проще; а как выйдем на войну, по-любому тебе придется руководить «Марсом»… Непонятно только, на хрена америкосы увеличили состав «Ирбиса». Добавили бы до прежнего количества — и хватит. Нет, усиливают чуть ли не полноценной группой… Кстати, Потапов ничего не говорил тебе о пополнении? Откуда оно взялось?

— Говорил… Это пополнение составлено из бойцов карательного подразделения, ранее действовавшего по назначению в Ираке.

— Опаньки! Нам только карателей не хватало… М-да… с этими ребятами мы вряд ли сработаемся. А нашего мнения почему не спросили?

— Подумал, что сказал? Не посоветовались, видите ли, с ним, кем усилить «Ирбис»…

— Не со мной, с Феофановым!

— С ним-то как раз этот вопрос наверняка согласовали…

— Сергей Леонидович не согласился бы на подобный расклад.

— Не выполнил бы приказ Верховного?

— Ну, разве что Верховного… Да, дела. Что ж, посмотрим, как воюют каратели. Это им не селение зачищать.

— Простых карателей в отряд не взяли бы. Скорее всего, группа усиленная, подразделение многоцелевое. А значит, в нем профессионалы не слабее наших.

— Ну, это ты загнул! Хотя… черт их знает. Да и пошли они!.. Завтра поймем, что к чему.

Тимохин раскрыл спальный мешок, переоделся в теплый спортивный костюм. Отопление в казарме решили не включать: в горах было прохладно, но не до такой степени, чтобы пользоваться отопительной системой. Выкурив сигарету, сидя на кровати, Александр спросил Шепеля:

— Миш, у тебя спирт или водка есть?

— Откуда? — изобразил удивление майор. — Мы же с аэродрома — да что с аэродрома, от «вертушки» — практически не отходили!

— А если серьезно?

— Нету.

— Миш!..

— Ну чего?

— Не может быть, чтобы ты у летунов или технарей не надыбал спирта.

— А если и так, то что? Прикажешь сдать?

— Выпить хочу немного. Думал отправить кого-нибудь в городок за водкой, да забыл в разговоре с Потаповым.

— Ты не шутишь? Не разводишь?

— Нет.

— Ну, если выпить, то немного спирта найдется.

— И как тебе это удается? — улыбнулся Тимохин.

— Ты знаешь, как-то все без проблем. На хороших, понятливых людей выхожу. Везет, наверное.

— Ладно, налей граммов пятьдесят.

— Да что с пятидесяти граммов будет? — возмутился Шепель. — Только вещь изводить. Если уж пить, то по сто граммов неразбавленного.

— А хороший спирт-то, не технический?

— Обижаешь, начальник. Спирт — слеза!

— Уболтал. Давай по сто!

— Вот это другой разговор! Чем закусим? У меня галеты есть. Или из столовой тушенки принести?

— Галет хватит.

— Тогда за водой схожу. Я мигом!

— Давай.

— Вот, а возмущался, чего это я занял место Соловьева… Кто бы тебе, кроме меня, душу мятежную успокоил?

— Ты еще здесь, врачеватель душ?

— Уже нет!

Михаил вернулся спустя минут семь, выставил на стол бутылку воды, две кружки, пачку галет и флягу. Офицеры выпили по сто граммов, закусили. Затем Тимохин прилег отдохнуть, а Шепель пошел к Киму.

В 18.00 командир «Ориона» вызвал к себе связиста старшего лейтенанта Колданова и капитана Дрозденко.

— Так, сейчас Дрозденко и Шепель берут наши «Орбиты» и уходят вниз на плато. Колданов, ты забираешь американскую «Сигму». В 18.40 Шепелю и Дрозденко выход на связь с Центром. Проводите контрольный сеанс.

— Ясно, — кивнул Шепель. — Нам одновременно вызывать Москву или по очереди?

— С разницей в пять минут. А ты, Слава, — Тимохин повернулся к Колданову, — устраиваешься с «Сигмой» где-нибудь рядом с казармой и выставляешь станцию на режим перехвата. Радиус определишь сам, но так, чтобы он захватил место работы Шепеля и Дрозденко. Слушаешь, что услышишь, после чего сбор здесь же и доклад по возможностям американской системы. Вопросы есть? Вопросов нет. Вперед!

В 19.30 офицеры вернулись.

— Контрольный сеанс связи проведен с двух «Орбит», длительность каждого сеанса три минуты, — доложил Шепель. — Связь устойчивая, без помех.

— У тебя что? — спросил Колданова Тимохин.

— Порядок! Факт выхода на связь наших станций «Сигма» зафиксировала, пеленг не сработал, перехват не удался, в наушнике слышен только шум помех.

— Но сам факт выхода на связь с наших систем ты зафиксировал?

— «Сигма» зафиксировала.

— А сделать так, чтобы и фиксации сеансов связи не было, можно?

— Только настройкой станций американцев, на «Орбитах» это невозможно, — пожал плечами связист.

— А к тем станциям у нас доступа не будет. Понятно… Стало быть, генерал Дрейк узнает, что мы пользовались спутниками, но перехватить разговор его связист не сможет. В итоге что?

— В итоге, — усмехнулся Шепель, — у Дрейка к тебе, командир, наверняка возникнет куча вопросов.