Я бриллианты меряю горстями - Андрей Дышев

– Макс! – тихо позвал он.

– Ну, что тут? – крикнул за его спиной милиционер.

– Ничего, – ответил Гера. – Он куда-то пропал.

– Давай огнетушители! Где они у вас тут?

– При входе на стене.

Гера смотрел на сумку Макса. Она была вывернута наизнанку. Кто-то раздавил ногой нераспечатанную пачку «Блэнда», и на ней остался след от протектора подошвы. Под ногами валялись вещи, выпавшие из сумки, – зубная щетка, тюбик с пастой, сложенное конвертом полотенце, нательное белье, пейджер с треснутым стеклом, несколько консервных банок и герметичные упаковки с ветчиной и сыром… Странный набор вещей. Будто Макс собрался в командировку, причем надолго.

Гера поднял пейджер и положил его себе в карман. Пожар уже сожрал дощатую крышу, покрытую рубероидом. Из-под двери текли огненные ручьи. Милиционер, набегая на пламя как татаро-монгол, поливал его ржавой струей из огнетушителя.

– Не стой! – кричал он Гере. – Тащи песок! Лопату!

Можно было подумать, что милиционер поливает огонь бензином. От его усердия огонь не утихал. Гера сорвал с красного щита лопату и копнул спрессованный в ящике песок. Это была бессмысленная суета! Горящие бензин и масло погасить можно только одним способом: дождаться, когда все выгорит до конца.

Комья песка полетели в огонь. Но очень скоро штык лопаты вонзился в каменистый грунт.

– Почему стоишь?! Работай! – кричал милиционер.

– Поздно, – ответил Гера.

* * *

Покусывая губы, он смотрел, как пожарные, наступая на сорванные с петель и лежащие на земле двери, выносят из склада носилки с какой-то отвратительной дымящейся массой.

Потом его допрашивал молодой следователь с золотой цепью на шее. У него был странный жаргон. Раньше Гера думал, что следователи говорят гладко, немножко шаблонно, как комсомольские вожаки.

– Когда ты на складе последний раз был?

– Вчера вечером.

– «Волоса» на бочках или канистрах не заметил?

– Какого волоса?

– Не надо играть со мной в болвана. Я про электропровод спрашиваю.

– Нет, не заметил.

– Он не говорил, кто конкретно к нему должен был прийти? Мужчина? Женщина?

– Он сказал, чтобы я уехал домой.

– А с чего ты вообще взял, что к нему должен был кто-то прийти?

– Ни с чего не взял. Мне так показалось. Он все время смотрел на часы и торопил меня.

– Фантазер ты, Герасимов. И не надо брызгать лупетками. Соблюдали бы правила противопожарной безопасности, не случилось бы беды. Все бочки дырявые, кругом грязь, провода под напряжением, сами ходите, как чуханы.

Пошел дождь. Сиденья в кабриолете вымокли насквозь и стали напоминать банные мочалки. Когда Гера подъехал к дому, его колотил озноб. На веранде он стащил с себя мокрую одежду, завернулся в махровый халат и растопил «буржуйку». В стакан с водкой добавил лимонного сока и ложку меда, который еще зимой купил у Ламантины. «Буржуйка» гудела, как растревоженный улей. Коктейль обжигал внутренности. Гера смотрел в забрызганное дождевыми каплями окно. Кабриолет медленно наполнялся водой. Главный конструктор вспомнил анекдот про «нового русского», у которого в салоне «шестисотого» «Мерседеса» было оборудовано джакузи. Сколько Гера ни думал, никак не мог найти принципиальной разницы между собой и героем анекдота.