Мастер-класс для диверсанта - Сергей Москвин

Транспортный самолет «Ил-76тд» взмыл в небо. На этом самолете из Моздока улетали начальник охраны премьер-министра России полковник Рогозин со своей бригадой, два бронированных джипа «Мерседес G-500« из гаража премьер-министра и группа обслуживающих автомобили механиков. Сам премьер вылетел час назад. Обычно самолет премьер-министра и транспортный самолет группы сопровождения вылетали друг за другом, но из-за предпринятой диверсантами попытки покушения на премьера вылет второго самолета задержался. Генералы, возглавляющие объединенную группировку федеральных сил на Северном Кавказе, разъехались с аэродрома сразу после вылета премьера. Только начальник военной базы Моздока да военный комендант аэродрома как представители командования федеральных сил остались на аэродроме проследить за вылетом группы сопровождения премьер-министра. Вместе с ними за вылетом транспортного самолета наблюдали полковник Чернышов и капитан Ветров.

Когда транспортный самолет взмыл в небо и, выполнив разворот, взял курс на Москву, Артем Ветров, наблюдавший за его взлетом, сказал:

– А все-таки это несправедливо, Павел Андреевич, – они тут дров наломали и улетают, а мы остаемся. Да еще нам предстоит этот завал разгребать.

– Каждый должен заниматься своим делом, – философски ответил Чернышов.

– Да я понимаю, но все же обидно, ведь начальник охраны, по-моему, так и не понял, что спасение жизни премьера – это исключительно ваша заслуга.

– Артем, ты становишься подхалимом, – улыбнулся Чернышов.

– Да бросьте вы, Павел Андреевич, – махнул рукой Ветров. – Просто я терпеть не могу несправедливость.

– Ладно, остынь, – попросил Чернышов. – Главное – все живы. Да, ты провожал Олега в госпиталь, что говорит врач?

– Сквозное ранение верхней части бедра. Кость и сухожилия не задеты, но большая потеря крови. Врач считает, что восстановление пройдет без последствий, но сколько это займет времени, сказать не может. В общем, ничего особенно страшного нет, – подвел итог Артем. – Завтра в Москву полетит очередной транспортный самолет с ранеными. Так что Олег сумеет возвратиться вместе с нами.

– А мы еще никуда не возвращаемся, – ответил Ветрову Чернышов.

– Как не возвращаемся? – удивился Ветров. – Ведь все закончилось. Премьер благополучно улетел, и диверсант-снайпер убит. Вот и группа полковника Евсеева собирается возвращаться в Москву.

В ответ Чернышов только усмехнулся:

– Да, диверсант-снайпер убит, но остальные трое остались. Ты что же, считаешь, что после неудачной попытки покушения на премьера оставшиеся диверсанты соберут свои манатки и уберутся из Моздока?

– Нет, ну действительно, что им здесь делать, когда премьер возвратился в Москву? Даже если допустить, что диверсанты настырные ребята, им надо следовать за премьером в Москву, но никак не оставаться в Моздоке.

– Нет, – решительно возразил Чернышов. – Диверсантов удерживает здесь военная база.

– Павел Андреевич, что-то я после сегодняшнего бега по полям стал туговат на мозги. Поясните свою мысль, – попросил Ветров.

– Сейчас поясню, но сначала вернемся к покушению. Вспомни, откуда собирался стрелять диверсант-снайпер.

– С позиции одного из снайперов Рогозина, – ответил Ветров.

– Верно. А тебе были заранее известны их позиции?

– Нет, – ответил Артем и помотал головой.

Он все еще никак не мог понять, куда клонит его начальник. А Павел Чернышов тем временем продолжал:

– Мне тоже они не были известны. Даже капитан Васильченко, рота которого обеспечивала оцепление аэродрома, не знал, где именно в поле разместились снайперы ФСО. А диверсанты знали! Диверсанты не искали снайперов ФСО по всему полю. Они сразу подъехали к нужному месту, застрелили одного из них, потом один из диверсантов занял огневую позицию убитого им снайпера, а другой остался его прикрывать. Откуда такая поразительная осведомленность?

Ветров только недоуменно пожал плечами.

– Артем, верных вариантов ответа на этот вопрос немного. Во всяком случае, я знаю только один. На военной базе Моздока действует вражеский агент. Это он сообщил диверсантам нужные сведения.

Вытаращив глаза, Артем Ветров смотрел на Чернышова.

– Артем, я хочу напомнить тебе одну малоизвестную поговорку. Тот, кто выглядит как пес и лает как пес, скорее всего псом и является. И другого объяснения поразительной осведомленности диверсантов у меня нет.

– Павел Андреевич, так что же получается, рядом с нами работает враг? – еще до конца не осознав слова Чернышова, спросил Артем Ветров.

– Да, – уверенно сказал Чернышов. – В первую очередь мы должны вычислить именно этого врага, потому что он не менее опасен, чем посланная в Моздок диверсионная группа. Помнишь, мы пытались понять, какое задание могли иметь прибывшие в Моздок диверсанты? Тогда мы пришли к выводу, что цель диверсантов – это российский премьер. И еще тогда мы решили, что информация о предстоящем визите премьера ушла к противнику от кого-то из аппарата премьер-министра. Так вот, это не так. Эту информацию турецкой разведке сообщил агент с военной базы, а уже от своих хозяев диверсанты получили приказ на ликвидацию премьера. Но прибыли-то они в Моздок еще до того, как на военной базе стало известно о предстоящем визите премьер-министра. Значит, и первоначальное задание у диверсантов было другое.

– И после того, как покушение на премьера сорвалось, они вернутся к своему прежнему заданию, – закончил мысль Чернышова Артем Ветров.

– Да, – подтвердил Павел Чернышов. – И выполнить свое задание диверсанты собирались, опираясь на сведения, которые им передает агент с военной базы. Кстати, возможно, диверсанты напрямую и не связаны с ним. Агент может передавать свои сведения в турецкий разведцентр, а уже оттуда они переадресуются диверсантам. Акоп! – вспомнил Чернышов. – Ну конечно! Ведь агент должен был иметь своего связного. Он переправлял свои сведения через владельца чебуречной Акопа. И это именно он ликвидировал связного. Диверсанты могли его не опасаться, ведь они выехали с той квартиры, что им подыскал связной, уже на следующий день. Но связной знал агента, и тот его убил, когда почувствовал опасность.

Чернышов на время замолчал, погрузившись в свои мысли, а потом спросил:

– Артем, помнишь, ты беседовал с любовницей Акопа?

– Помню. Вера Кольцова, – ответил Артем. – Мы вместе с Осиповым к ней заезжали. Не знает она ничего.

– И тем не менее мне тоже захотелось с ней поговорить, – сказал Чернышов. – Завтра, прямо с утра, мы нанесем ей визит.