Где дом твой, киллер? - Александр Койфман

— Девочки, одних я вас сегодня не отпущу. Я должен сам посмотреть на этих «кавалеров», если они опять появятся.

— Генри, только руль у меня не отбирай. Мне так нравится ездить здесь. Все такие аккуратные, никто не обгоняет. Не то что наши сумасшедшие израильтяне. И скорость можно хорошую развить.

— Ладно, Лола. Никто у тебя руль не отбирает, мне даже легче будет с заднего сиденья смотреть, кто там интересуется тобой.

— Хватит вам смеяться, никто мной не интересуется. Да и не встретим мы сегодня этих южан. Что они, специально, что ли, ездят одновременно с нами?

— Хорошо, если не специально.

Лола долго кружила по улицам и переулкам. Движение по Steenstraat одностороннее, только к Марктплатц, а потом приходится крутиться, пытаясь выбраться на загородные дороги. Лола смеялась, что каждый раз едет по незнакомым улицам и выезжает из города совсем в разных местах. Вот и в этот раз она выскочила из путаницы улиц и переулков на шоссе 351 где-то за очередным отводом канала. Проехали еще буквально пару километров, и пора переходить на Expresweg. Только успела разогнаться — и снова длинный съезд на шоссе 9 Oostendse Steenweg.

В следующий момент, на кольце перед озерцом Sint-Pietersplas^[3], идущий по шоссе 9 из города черный внедорожник, внезапно вильнув на всем ходу, косо врезался в правый бок машины. Лола успела резко затормозить. Подушки безопасности раскрылись, всех придавив. Удар пришелся со стороны Оксаны. Внедорожник сразу взял задний ход, развернулся и помчался в сторону Остенде. Генри, путаясь в своей подушке безопасности, все же успел разглядеть марку автомобиля: «Land Rover Discovery 5». Номер определить не смог, так как он был весь заляпан грязью.

Едва освободившись, Генри бросился открывать правую переднюю дверь, за которой без движения, с закрытыми глазами сидела прижатая подушкой безопасности Оксана. Дверь заклинило. Генри бросился ко второй передней двери — там Лола уже выкарабкалась, и пыталась помочь Оксане.

— Лола, Оксану я вытащу, вызывай скорую и полицию.

Лола вылезла из машины, звонит по телефону. Генри удалил подушку, смотрит в лицо Оксаны, оно неподвижно. Генри не решается вытаскивать ее из машины.

Через десять минут приехал амбуланс из больницы AZ Sint-Jan на Waggelwaterstraat. Санитары и Лола осторожно вытащили Оксану из машины. Уложили на каталку и занесли в амбуланс.

Генри хотел ехать с Оксаной, но Лола его отстранила:

— Оставайся, жди полицию, я буду с Оксаной.

Пришлось подчиниться. Еще через пять минут подъехала полицейская машина, и последовал пересказ о случившемся. Генри назвал инспектору дорожной полиции марку машины, сообщил, что в машине успел увидеть четырех человек. Высказал предположение, что водитель был пьян и уехал с места происшествия, боясь встречи с полицией. Инспектор передал по связи дежурному основные детали. Заверил Генри, что машину и водителя быстро найдут, ведь у нее наверняка будут внешние повреждения — все мастерские будут оповещены.

Во время разговора с полицией прибыл представитель фирмы арендодателя машины. Пообщался с инспектором, перезвонил на фирму и сказал, что другую машину для Генри подгонят через десяток минут. Пока инспектор оформлял протокол, действительно, подъехали две машины, и Генри передали ключи от одной из них. Генри спросил у инспектора номер его телефона, дал свой и попросил сообщить ему, если о негодяях станет что-то известно.

Приехав в больницу, Генри нашел Лолу в приемном покое. Она уже успела поплакать, с высохшими глазами упавшим голосом сказала ему:

— Спасти Оксану вряд ли удастся. Врачи говорят, что за жизнь ее еще борются, но надежды почти нет: серьезно повреждена голова, затронут мозг. Она в реанимации, полностью подключена к системе жизнеобеспечения.

— А Лида?

— Лиду спасли, прооперировали Оксану. Лида сейчас в специализированном отделении, в специальном боксе — кувезе. Она родилась весом чуть больше двух килограмм. Врачи не наблюдают пока никаких серьезных проблем. Надеются отдать ее родственникам через неделю.

— Родственникам? Мне?

— Не знаю. Нужно срочно найти местного адвоката, чтобы решить вопросы об опеке. На крайний случай, если Оксану не спасут.

— Да, конечно. Меня пустят к Оксане?

— Нет, ничем мы ей сейчас не поможем. Если она придет в себя, меня сразу позовут. Лидочку я видела, через пластик. Она хорошенькая. Ты займись адвокатом, пожалуйста. А я сообщу Галине Петровне. Она не простит мне, если я не расскажу ей обо всем. И она обязательно нужна во время назначения опекунства.

— Да, какая от меня польза. Я свяжусь с адвокатом и выясню все об этих негодяях.

— Генри, этим ты никак не поможешь ни Оксане, ни Лидочке. Не нужно их искать. Наверное, это была случайность. Господь их покарает.

— Да, покарает, но я попытаюсь помочь ему. Так я это не оставлю.

13:00. В машине.

Генри отъехал от больницы, остановил машину, звонит по телефону.

— Джек?

— Да, это ты, Питер? Прорезался? Давно твой голос не слышал.

— Да, в отпуске был. Слушай, мне нужен ствол. Чистый или засветившийся в дрязгах между двумя бандами.

— Ни фига себе заявочка. Зачем засвеченный?

— Мое дело, нужно.

— Хорошо. Но я тебя соединю с шефом. Он приказал соединить, если прорежешься.

— Давай, жду.

Через несколько минут послышался начальственный голос:

— Да, Питер. Джек мне сказал о твоей просьбе. Это у тебя личное? Не советовал бы. Ты же знаешь, специалист не отвлекается на личное, это всегда опасно. На кого-то стрелку свернуть хочешь?

— Да, меня лично затронули. Убили мою женщину. Мне не нужно, чтобы потом меня включили в круг.

— Понятно, отвести в сторону. Поищем. Куда тебе его?

— Как в прошлый раз, в Брюгге.

— Ты что, зацепился там?

— Да, что-то в этом роде.

— Сделаем завтра.

— А сегодня нельзя?

— Что, у тебя так горит? Трудно. Если нужен хороший засвеченный, то лучше завтра, после обеда.

— Хорошо. Сегодня обойдусь.

— У меня к тебе другой разговор. Есть большой заказ — тебе двести. И столько же на зелененьких.

— Шеф, вы же знаете — я работаю только в одиночку. Помните Марсель?

— Это серьезное дело, одиночка не справится.

— Пока я не расчищу свое дело, не готов говорить о других вещах.

— Но это не к спеху. У заказчика желание есть, но денег пока нет. Поговорим через недельку — разберешься со своими делами?

— Надеюсь. И еще у меня просьба. Нет ли у вас здесь в Брюгге или рядом хорошего адвоката по вопросам опеки?