"Матросская тишина" - Борис Седов

– Да какая там наука, – отмахнулся Грек. – Даже у козлов горных, тех, которые о двух ногах и свинину не едят, древняя поговорка есть: «Извлеченный из ножен кинжал должен обязательно напиться крови». Или что-то в этом духе. А, дескать, если не напоил перышко красненьким, – абзац тебе, джигит сраный.

– Ну да. Прямо как наша родная, русская туалетная живопись. Там тоже тема есть, только гораздо проще, без витиеватости: «Не хочешь срать – не мучай жо…» и так далее, – ввернул Лакин порцию дворового пролетарского юмора. Артем положил сигарету на край пепельницы и, демонстративно поднимая крохотную пузатую рюмку, заметил:

– С головой у нашего бычьего переростка явные проблемы. Кстати, как насчет отдельной статистики по отморозкам, в плане процентов возможного эксцесса? У вашего ведомства вполне может найтись и…

– У нашего ведомства, как в Греции, может найтись все, – с законным чувством гордости за всесильную «контору» перебил Макс. – Только вот что я тебе скажу, друг ситный. Рэкетеныш этот психический, что на Крысу отзывается, и не думал болванку свою бросать, – согласился Макс. – Особенно если принять во внимание, что страшная морда лица и была единственным козырем, который этот хмырь решил разыграть исключительно с целью вновь завладеть сданным под дулом автомата оружием. – Офицер ФСБ вопросительно посмотрел на бывшего институтского сокурсника, ожидая ответной реплики.

Артем, разумеется, врубился в тему сразу.

– Ты на что намекаешь, гражданин начальник? Граната оказалась фуфельная?!

– Так, Ручечник, оно и есть! Стандартная учебная болванка, хотя внешне и не отличить, – презрительно скривив тонкие губы, подтвердил капитан. – И что это доказывает? А только то, что в мозгах, как ты сейчас верно выразился, у этого «приморского» бандюгана, мать его ети, действительно полный фарш. Вместо того чтобы спокойно уехать на кичу, как подельники, он вздумал спектакль разыгрывать, с прологом, пылкими признаниями и, хочется верить, заслуженным эпилогом. До которого мы еще пока не добрались, но непременно доберемся. Уже завтра все будет известно.

– Ты о двух трупах в Колпино?

– О них самых. Если там действительно двойная мокруха на днях была – абзац идиоту. Уж пристегнуть его к жмурам мы расстараемся, не извольте беспокоиться!.. И сбацаем ему в канцелярии бесплатную путевочку на остров Каменный. Пусть ему тамошний священник, отец Павел, до смерти грехи отпускает. А если вдруг, падла, выкрутится – пусть до гробовой доски на нашего Санька Ильина молится. Как, бля, на икону чудотворную! За то, что в очко ему, обормоту, шмальнул, а не в черепушку. Иначе бы бедолажка тетя Поля до утра его скользкие мозги со стен отскребывала!!! – Лакин в сердцах дернул головой в сторону зала бистро, где сейчас работала уборщица – тихая, исполнительная и одинокая старушка. По волевому лицу Макса прошла короткая судорога. Капитан ФСБ залпом осушил стопку и, тупо глядя куда-то мимо Артема, в стену, громко хрумкнул огурчиком.

– Кстати, почему ваш Ильин на самом деле наверняка не шмальнул? Нервы посетителей пожалел? Или репутацию заведения? – опрокинув свою порцию ледяной водки, спросил Грек и подхватил с тарелки бутерброд с килькой.

– Целесообразность, – коротко ответил Макс, разливая сок по стаканам. – С расстояния в три шага пуля из «кипариса» вполне могла пробить дурную крысиную голову навылет и попасть в кого-нибудь из ребят или посетителей. Хотя… возможно, будь на нашем месте доблестный ОМОН, кто-нибудь из бойцов и впрямь пальнул бы братку в тыкву. Эти обломы ментовские любят шоу среди бела дня устраивать на глазах у публики. Да и с быками у тамошних мужиков свои счеты. А у нас контора скромная, незаметная. Можно даже сказать – интеллигентная. И если бьет на поражение – значит, другого выхода не существует по определению. В данной же ситуации он был.

– Да уж, – поддержал Артем. – Кто-кто, а я уже имел возможность убедиться в вашей интеллигентности.

Некоторое время жевали молча, с аппетитом. Нарушил паузу Артем:

– Слушай, никогда тебя раньше не спрашивал, – Грек с прищуром и натянутой полуулыбкой взглянул на компаньона. – Как ты с архаровцами вашими расплачиваешься за их добровольное содействие?

– Зачем тебе лишний головняк? – беззлобно фыркнул Макс. – Мы же договорились – вкладываемся поровну. Твое дело – вести бизнес, мое – обеспечивать прикрытие, то есть полную безопасность. За свой счет. Прибыль по-братски, пополам. Или что-то с тех пор изменилось?

– Да нет, шурави, просто любопытно, – не стушевался под колючим взглядом капитана Артем. – Можешь не отвечать, я не настаиваю. Ладно, замяли эту тему.

– Короче, старый. Запомни. От тебя у меня нет никаких секретов. Если дело не касается службы и интима. Хочешь знать – нет проблем. Я отстегиваю сто баксов за участие в захвате каждому из бойцов спецназа. Еще по полсотни – своим ребятам, операм. Их дело не стволами махать, а оформить задержание братков по закону. На круг выходит примерно полтонны зеленых за акцию, – открыл карты Лакин. – Теперь доволен?!

– Как удав на стекловате.

– Вот тогда и насыпай до краев! Слеза божья стынет.

– Честно говоря, я думал, ты максаешь своим орлам больше, – взяв покрытую холодными каплями бутылку водки, Артем вновь наполнил рюмки. – Бойцы ведь, если разобраться, жизнью рискуют.

– Если разобраться, то они ею по пять раз за неделю рискуют, – спокойно сообщил капитан. – В месяц получается сколько? Двадцать, на круг. И за все про все получают от родного заботливого государства около восемнадцати тысяч рублей на нос. С вычетами – максимум пятнадцать. То есть примерно по двадцать пять баксов за операцию. Вот и прикинь, выгодно им за стольник зелени на меня «подхалтурить» или нет. Тем более, ты не забывай – каждый захват быков идет строго официально, как спланированная по доносу штатного осведомителя специальная операция. За успешный исход которой и опера, и спецназ рубят «палки» и имеют свой прямой гешефт от начальства.

– А как насчет адреса? Что ни стук – так очередной наезд на скромное ломоносовское бистро «Готланд». Начальство косо не смотрит? Думают, как пить дать, что коммерсантов крышуешь. Позоря доброе имя офицера ФСБ, – легонько подколол друга Артем.

– Никто ничего не думает, успокойся, – усмехнулся Лакин, снисходительно взглянув на компаньона. – Во-первых, кому надо, тот в курсе, что у меня есть законный доход на гражданке. Во-вторых, если бы на меня бельма косили – не видать мне майорской звезды на грядущий День России. А в-третьих, большинство наших генералов, не особенно таясь, уже давно и плотно курируют такие крутые коммерческие структуры, о которых нам, сошкам мелким, лучше даже не думать. Причем не платят бойцам ни копейки сверх оклада. Яволь, герр офицер?!

– Пожалуй, ты прав, Аркаша. Твоя попка шире. – Грек улыбнулся, но его лицо тут же застыло, стало задумчивым.

Макс раздавил в пепельнице окурок сигареты, внимательно взглянул на компаньона сквозь топором висящий над столом сигаретный дым. Спросил тихо, с укором:

– Ты почему мне про смерть дяди своего героического ничего не сказал? Я от Ника Туманова случайно узнаю.