Курьер.ru - Вячеслав Антонов

— Простите, мистер... — Он умолк, очевидно, запамятовав имя собеседника.

— Юань Бяо, — любезно напомнил хозяин офиса, чуть склонив голову.

— Да, мистер Бяо. Не кажется ли вам, что ваша... э-э-э... эмблематика... скажем так, политически не совсем корректна. В частности, наши друзья в Израиле и Германии воспримут ее именно так.

— Это не просто эмблема, — твердо ответил китаец. — Это Мандала Мира. Свастика — символ Будды, круг с волной — символ Дао. Наше движение объединяет буддизм и Дао в последнем Законе: уплотняй свое Дэ, и тогда твой Синсин поднимется в Юанъшень, создав тебе настоящий Гун...

Лицо генерала сморщилось, словно он съел что-то кислое. Лицо шейха окаменело, но он не произнес ни слова, только чуть выдались желваки на скулах.

— Все это очень интересно, мистер Бяо, — снова начал генерал, — но мы здесь для вопросов... скажем так... более практического порядка. Что слышно из столицы?

— К сожалению, нашими людьми упущен Чен Сяован — один из самых опасных агентов тоталитарного пекинского режима, — а также прибывший к нему русский курьер.

— Это плохо, — поморщился генерал.

— Это поправимо, — спокойно ответил китаец. — Их ищут и найдут. Если только они не проберутся в горы, в зону боевых действий. Там наших людей нет.

— Там есть наши люди, — негромко вступил в беседу шейх, пригубив минеральной воды из высокого хрустального стакана. — Правда, у них слишком много проблем, чтобы еще охотиться на этих двух собак. Но если все же попадутся, что с ними делать?

— Допросить с пристрастием — список вопросов мы представим, — ответил генерал. — Не вербовать. После допроса ликвидировать, не оставляя улик.

— Так мы поступаем с русскими наемниками, которых удается взять, — кивнул шейх. — Правда, давно не брали.

«Русский курьер? Русские наемники?» — подумал генерал. Он вспомнил Хемингуэя: «...А почему ты ненавидишь русских?» — «Потому, что они из той страны, где тирания, и мне ненавистны их лица».

На протяжении всей своей карьеры, начиная с Вьетнама, генерал Роджерс спасал цивилизацию от этой курносой, плосколицей, тусклоглазой русской заразы — грязной, упорной, неистребимой, словно тараканы. Кажется, предстоит новый бой. Что ж, ему не привыкать.

— Скоро всех возьмете, — вернувшись к реальности, уверил он шейха. — Главное, удержать перевал до муссона. Если это получится, как минимум на полгода горы ваши. За это время мы проведем через ООН вопрос об автономии мусульманских районов и вводе туда миротворческого контингента из Малайзии и США.

— Хорошо бы...— с сомнением в голосе проговорил шейх. — У нас нет ни авиации, ни тяжелой артиллерии. Можем не удержать.

— Тогда вступит в силу другой план. Главную роль в нем будут играть ваши люди, — кивнул генерал фалунгуновскому представителю.

— Они готовы, — вежливо поклонился тот. — Мы будем строить царство Будды в этой еретической стране...

— Никакого Будды в горах! — жестко перебил шейх. — Там будет зеленое знамя Ислама, а не это... — Он брезгливо указал на полотнище с желтой свастикой.

— Господа, господа! — вмешался генерал Роджерс. — Я полагаю, места хватит всем. А миротворцы позаботятся о разумном разделении территорий с различным вероисповеданием. Самое главное — пресечь деятельность преступных организаций из континентального Китая. По сведениям нашей разведки, в их планы входит строительство в горных джунглях, по меньшей мере, одного тайного комплекса — настоящей «крепости будущего». Вы представляете, что может быть в этой крепости: героиновые заводы, лаборатории по клонированию, мастерские для печатания фальшивых долларов?..

— В горы мы никого не пустим! — обрезал шейх. — Там стоят крепости правоверных и других не будет!

— В какой форме предполагается присутствие военного контингента Соединенных Штатов? — поинтересовался фалунгуновец.

— В постоянной, — с ходу ответил генерал. — Всерьез и надолго. Обо всех планах Пентагона я, разумеется, не имею права сообщать. Могу лишь сказать, что намечено строительство крупной военной базы — по образцу косовской «Бондстил», созданной для прикрытия албанцев. Принципы взаимодействия американской армии с мусульманскими военными отрядами, отработанные в Боснии и Косово, будут реализованы и в вашей стране.

— Каковы задачи новой базы? — снова спросил шейх, медленно поворачивая стакан в пальцах.

Генерал посмотрел в окно. С высоты распахнулась просторная зеленая долина, в которой свободно стояли группы белых небоскребов. Вдали поднимались волнистые синие горы.

— Главная задача, — продолжил американец, — охрана планируемого радарного комплекса, который станет элементом глобальной противоракетной обороны.

— Тогда в чем проблема? — спросил китаец. — Ведь нынешнее правительство не против?

— Это так, — подтвердил генерал, — оно не против. Но мы не можем доверять правительству, которое тесно связано с Пекином. Размещение комплекса требует более разумного руководства страной, лояльного ценностям западного мира...

— А Вьетнам? — неожиданно спросил фалунгуновец.

— Что — Вьетнам? — не понял генерал. При этом янки слегка передернуло — ему вспомнились «ревущие шестидесятые», загубленные в хлюпающих джунглях этой, так и не добитой ими страны. Да, были времена... Серо-голубой двадцатишеститонный «Фантом» на скорости 1800 км/час мчался над лесом, приопустив хищный клювоподобный нос. Под короткими загнутыми крыльями — полный комплект ракет «Шрайк» и «Мейверик»; подвесные баки до отказа заряжены напалмом. Молодой лейтенант Роджерс знал, что происходит внизу: узкоглазые худощавые люди в тропических шлемах и темно-зеленых рубашках, руководимые «Иванами», ухватившись за веревки, на мгновение пригибали к земле пальмы, маскирующие установку SAM. На фоне бешено мчащихся деревьев появлялись клубы дыма и пламени, из которых возникал длинный снаряд, за ним еще один. «Эти дьяволы, летящие, чтобы убить тебя, делают христианином самого закоренелого язычника», — говаривал их командир полка. Но и он не ушел от «Гайдлайна» — так американцы называли русскую ракету.

— Во Вьетнаме, в этой еретическо-коммунистической стране, русские усиливаются с каждым днем, — меж тем продолжал мистер Бяо. — Насколько я понимаю, в этом году «Амоко» потеряла последнее газовое месторождение в заливе Бакбо...

— Вы хорошо информированы, — криво усмехнувшись, подтвердил генерал. — Разумеется, радарный комплекс будет элементом глобального давления не только на Китай, но и на Россию. Как и на все недружественные нам режимы.

«На всех, кого высоколобым чистоплюям из Госдепа заблагорассудится вписать в «ось», «треугольник» или иную фигуру, символизирующую зло», — подумал Дуайт Роджерс.

Пискнул сотовый.

— Генерал Роджерс слушает! — Он помолчал, принимая сообщение, потом снова посмотрел на собеседников: — Прошу извинить, господа, — срочно вылетаю в Таиланд. Полагаю, вы продолжите беседу, обсудив детали будущего взаимодействия мусульманских и... э-э-э... — он снова покосился на свастику, — иных территорий. И, разумеется, символику нового государственного флага. Всего наилучшего!