Ожерелье смерти - Борис Бабкин

— Кто там орал? — нервно спросила Клава.

Положив винтовку в футляр, Андрей поставил его на пол у заднего сиденья и закрыл дверцу.

— Деревню Погорелки знаешь? — спросил Буров.

— Знаю, — усаживаясь рядом с ним, ответил удивленный Охотник. — А чего ты там забыл?

Не отвечая, Лев тронул «волгу».

— Вы что? — пораженно спросил Зарецкий. — Сдурели обе?

— Это она начала, — вырываясь из рук державших ее парней, закричала Алла. — Стерва!

— Сама шлюха! — завизжала Зина. Яростно сверкая глазами, растрепанные женщины оскорбляли друг друга, как базарные бабы.

— Прекратите! — не выдержав, заорал Зарецкий. Услышав в его голосе злое предупреждение, обе сразу же замолчали.

— Уведите ее, — кивнув на дочь, приказал он трем удерживающим ее парням. — И держите в кабинете до моего прихода!

Явно напуганная резким тоном отца Зина, не сопротивляясь, позволила вывести себя из комнаты.

— Вон! — выпроводил еще троих Зарецкий. Отпустив руки Бочаровой, они поспешно вышли.

— Объясни мне, — потребовал Зарецкий. — Что все это значит?

Буров молча гнал машину вперед. Та женщина, тетка Аллы, сказала ему такое…

— Направо, — услышал он голос Охотника.

Заложив крутой вираж, «волга», не сбавляя скорости, свернула направо. Значит, у Аллы есть сын от Кости. И его хотят забрать какие-то люди. Когда он вошел к пожилой женщине в дом и, представившись другом Аллы, спросил, где Костя, женщина заплакала и показала ему припухшие кисти рук.

— Полчаса назад двое приходили. Алкин сын им нужен. Я не хотела говорить, а они… — пошевелив опухшими руками, женщина пронзительно закричала.

Увидев на столе лист бумаги, он понял: те двое записали адрес. Шагнув к женщине, яростно прошептал:

— Где сын Кости?

— Погорелки, — заплакала женщина. — Торопись, милый. Убьют они мальчишку, — она говорила еще что-то, но он выбежал из дома и бросился к машине.

Значит, Костю забрала не милиция. Но не о напарнике думал сейчас Буров. Выжимая из старенькой «волги» все, на что она способна, он спешил к сыну Павлова. Ему нужно было увидеть тех двоих, что ехали за мальчишкой. Потому что они наверняка знали, где Костя и что с ним.

— Ты дура! — хлестнув дочь по лицу, заорал Зарецкий.

— Папа, — испуганно отскочила та. Таким она отца не видела и поэтому была страшно напугана.

— Ты сейчас же — слышишь? — сейчас пойдешь, — наступая на пятившуюся Зину процедил он, — и извинишься перед Аллой! Если ты не сделаешь этого…

Взглянув на его перекошенное яростью лицо, она торопливо закивала:

— Да, папа. Я извинюсь. Я попрошу прощения у Аллы Кирилловны. Я сейчас же пойду к ней.

Увидев ее дрожащие губы, бледное лицо и пляшущий в глазах страх, Иван Артемьевич остановился и неожиданно громко захохотал. Зина растерянно смотрела на смеющегося отца.

— Ох ты и дура, — вытирая выступившие от смеха слезы, повторил он. — Пойми, дурочка. Все, что имел ее отец, перейдет вместе с ней к нам. И через полгода, когда я стану законным владельцем всего, ты можешь делать с ней все, что захочешь. Поняла?

— Но я думала, — растерянно проговорила Зина, — что она хочет прибрать к себе все…

— Она думала! — едко улыбнулся Зарецкий. — Ты лучше сейчас подумай, как будешь извиняться перед ней. Это нужно сделать так, чтобы она поверила. — Взглянув на дочь, он снова засмеялся. — Слава богу, ты ей ничего не повредила. А то бы я тебя… — Зарецкий несильно, по-отечески хлопнул дочь по упругой заднице.

— А ну-ка, молодые люди, — загородив собой дверь, строго проговорил невысокий плотный пожилой человек с большой седой бородой. — Как это вы мальчишку без Алки возьмете? Она мне строго-настрого приказала Коську никому не отдавать!

— Не суйся, дедуля, не в свое дело, — миролюбиво посоветовал ему длинноволосый верзила в темных очках.

— Тебе она наказала, — со смехом сказал другой крепкий парень в сомбреро, — а нам приказала. Улавливаешь разницу?

— Я ничего улавливать не хочу! — воинственно выставив бороду, заявил дед. — А пацана не отдам!

— Да ну? — весело удивился третий боевик. — Так уж и не отдашь?

От сильного удара в живот бородатый, сложившись пополам, повалился лицом вниз.

— Разве можно так с пожилым человеком обращаться? — раздался от двери насмешливый голос.

Резко обернувшись, трое парней увидели входящего в комнату широкоплечего верзилу в обтягивающей выпуклую, сильную грудь майке.

— Тарзан? — удивленно посмотрел на него длинноволосый.

— Гляди-ка, — показав в насмешливом оскале крепкие белые зубы, вошедший повернулся к входящему за ним плотному парню, — признали. Вы чего здесь делаете? — спросил он.

— Нам Зарецкий велел, — ответил боевик в сомбреро, — пацана взять. А он, — парень кивнул на с трудом вдыхавшего воздух деда, — не отдает.

— И правильно делает, — усмехнулся Тарзан. — Потому что его заберем мы.

— Да что ты говоришь? — зло спросил вышедший из соседней комнаты высокий атлет.

— Закрой хайло, Шпага, — добродушно посоветовал ему Тарзан.

— Пацана заберем мы! — требовательно заявил атлет.

— Зарецкий нам велел его привезти! — выкрикнул «сомбреро».

— Давайте не будем ссориться, — миролюбиво предложил длинноволосый. — Поедем вместе. А там разберемся.

— А тут и разбираться нечего! — угрожающе шагнул к нему парень, приехавший вместе с Тарзаном. — Пацана возьмем мы! А вы скажете Зарецкому, что приехали, а его уже кто-то взял!

— Слушай, Клубок, — сказал длинноволосый, — давай не будем…

Раздавшийся на веранде короткий вскрик и грохот рухнувшего тела не дали ему высказаться. В дом ворвался Буров. Один из боевиков Зарецкого, рванувшийся к нему, от резкого удара ребром ладони по шее грохнулся под ноги длинноволосому, который сам от мощного удара ногой в грудь, взмахнув руками и врезавшись спиной в старый шкаф, плашмя упал на пол. С коротким криком «сомбреро» выкинул в ударе правую руку и, взвыв от боли, обхватил другой ладонью локоть, споткнулся о лежащего товарища и рухнул рядом.

Разбив ему лицо ногой, Лев, прижавшись спиной к стене, с трудом защищался от бросившихся на него Шпаги, Тарзана и Клубка. Появившаяся в двери Миледи быстрой серией (левая — подреберье, правая — подбородок) уложила Шпагу. На нее, выбросив в высоком ударе ногу, прыгнул Тарзан. Увернувшись, она влепила ему боковой слева и ударила правой. Жестким блоком отбив удар, Тарзан с силой врезал каблуком по ее правому колену. Она упала с пронзительным криком. Подпрыгнув вверх, он ударил ее обеими ногами в лицо. Буров приподнял голову Клубка, коротко и резко ударил его согнутыми пальцами в кадык. Громко хрюкнув, тот опустился на пол.