Большой шухер - Леонид Влодавец

— Впечатляющее зрелище, верно? — сказал тот, кто прятался в тени. — Но, даже такой нежной смерти ты пока не заслужил. Если, конечно, не принять во внимание твое обязательство отдать Сызранского. Так что колись! Где Сема?

— На старой хате, в Лыткарине.

Тем временем тот, кого заживо бетонировали, прекратил двигаться. Когда его макушка исчезла под слоем жидкого бетона и последние пузыри полопались на поверхности быстро густеющей жижи, два мощных мальчика-тяжеловеса выволокли гражданина по кличке «Киборг» из сарая и втащили в кабину старой «двадцать четвертой» «Волги». Из сарая вышел еще один молодой человек в серой камуфляжке милицейского образца. Он направился к «Волге» и сел справа от водителя. Следом из сарая появилась девушка мрачноватого вида, которая направилась к урчавшему микроавтобусу.

— Запомни, ты, Киберкозел или как там тебя, — строго сказал молодой человек, и стало ясно, что это он распоряжался в сарае. — Если там, куда ты нас наладил, возникнут проблемы, то ты, сука, сдохнешь. Если будет облом, мы тебя живым изжарим.

— Я правду сказал, — залопотал Киборг.

— Поехали!

… — Какие проблемы, начальник? — голый, весь в наколках и жирных складках бугай, ошарашенно моргая, сидел на краю кровати, вытянув руки вверх. На него смотрели четыре ствола, две растрепанные, в размазанном макияже молодые шлюшки, сжавшись в комочки, натянули на свою голышню простынки.

— К стене! — бугая ударили дубинкой по спине, дали ботинком под копчик,

приложили лбом о стену. — Стоять! Ноги шире плеч!

— Постановление-то есть? — взвыл бугай, на спине которого наискось набухала багровая полоса.

— Молчать! Мордой в стену, не двигаться! — и еще дубьем, с другой стороны. Дуло крепко вдавилось в лысеющий затылок.

— А понятые?

Ответом был крепкий удар по почкам. Бугай охнул и выматерился.

Один из тех четверых в сером камуфляже, что ворвались в комнату, сорвал простыню с проституток и рявкнул, хотя и относительно высоким голосом:

— Марш в ванну, курвы! Бегом!

Перепуганные девки, вовремя вспомнив о стыде, закрыв титьки ладошками и согнувшись, словно бы от рези в животе, прошмыгнули в коридор. Серый камуфляжник распахнул дверь ванной комнаты, тычками в спину затолкал туда шлюх и запер задвижку.

— Одеться-то дайте! — простонал татуированный. — У меня же пушки в заднице нет. Да и вообще нет у меня ее. В завязке я, бля буду. Не мучайся, командир. Ошиблись вы, братки, не того ищете.

— Заткнись, Сема! Сейчас оденешься, — один из «серых» двумя пальцами противоножевой перчатки брезгливо взялся за валявшиеся на простыне трусы и бросил их владельцу. Точно так же швырнул майку. Внимательно ощупав брюки и рубашку, а еще круче того — пиджак и стоптанные ботинки, тоже вернул хозяину.

— Наручники! — щелкнули браслетки. — Пластырь на морду! -Пошел! Живо!

Когда Сему тащили вниз по узкой лестнице пятиэтажки, он дрыгался и мычал. Кто-то из жильцов, встревоженный шумом, поглядел в «глазок».

— Что там? — с замиранием сердца спросила жена своего мужа.

— Да бандита того забрали, из двадцать пятой квартиры. Слава Богу, милиция еще работает, оказывается…

На улице Сему втолкнули в фургончик-«уазку» без опознавательных знаков. Он решил, что его везут в тюрьму…

…И очень удивился, когда его высадили в каком-то недостроенном складе, с крышей, но без пола.

— Стоять, падла! И не вякай. Вопрос один: кто дал заказ Киборгу и его чуханам? Быстро!

— Не знаю ничего.

— При нем повторишь?

— Не знаю такого.

— Киборга сюда.

Фонарь ярко посветил в Семину морду.

— Кто это? — спросили у Киборга.

— Сема Сызранский.

— Уверен?

— Как Бог свят.

— Врет он, козел гнусный. Знать не знаю.

— Кто врет?

— Киборг…

— Ты же говорил, что не знаешь такого? Может, это наш подставной был? Колись, Сема! Иначе по-хорошему не умрешь, понял?

— Братаны — век воли не видать, — в завязке я. Отродясь мокрух не робил. Тем более на заказ.

— Но Киборга знаешь?

— Может, и знаю, а может, и обознался… Уй!

Его стали с двух сторон лупасить дубинками. По спине, по животу, по ногам

— по чем ни попадя, ему только голову удалось закрыть…

— Забьете! — взывал Сызранский. — Печенки и так отбитые… Пацаны, пожалейте! Вас же самих засудят, погоны снимут…

— Стоп, — Сему перестали мутузить. — Ты думаешь, что мы менты?

Сема охнул сильнее, чем от боли.

— Хана… — сказал он обреченно. — Как же я не усек?

— А куда бы ты на хрен делся? Короче, если знаешь, кто заказ до тебя довел, умрешь небольно. Если же хотя бы краем уха слышал, кто за всю эту нитку тянул, поживешь.

— Не выйдет. От тех будет не хуже.

— Ты соображал, на что шел?

— На деньги. С меня Равалпинди должок потребовал.

— И ты думал, с такими лохами, как Киборг, заработать сможешь?

— Мне три куска надо было, всего ничего. Как раз бы рассчитался. Равалпинди я с аванса отдал, а потом мне по фигу, что эти недоделки наработают. Заказчик знает, как их найти. Он, правда, сам в таких делах порядочный лох.

— Не боялся, что он с тебя спросит, а не с них?

— Россия большая. Ушел бы. Равалпинди обещал, если должок верну, пристроить к месту.

— Ладно. Равалпинди — это твоя проблема. Будешь отдавать исходного заказчика или нет?

— Командир, я сейчас дурной, могу не то выбрать. Дай подумать, а?

— Нет. Или ты сейчас говоришь исходного и получаешь право пожить, или умираешь так, как сейчас сдохнет Киборг.

Киборг заверещал, но ему дали по голове дубинкой. Уже лежащему в отключке запечатали рот пластырем и пристегнули к столбу.

Один из камуфляжников выдернул штурмовой нож и распорол на Киборге штаны, двое других подтащили к нему резиновый шланг со стальным наконечником…

— Запускай! — прозвучала команда.

Заработал компрессор, которым приводят в действие отбойные молотки, струя воздуха под сильным давлением ворвалась во внутренности Киборга, разрывая их в клочья…

— Все скажу! — завизжал белый как мел Сема. — Можете убивать, только не так… Соловьев заказывал, Антон Борисович. Сына за сына.

— Вот и молодец. Очень хорошо, что ты это сказал. А теперь расскажи подробнее, с чего это Равалпинди вдруг должок вспомнил?