Вольный стрелок - Михаил Серегин

Придя домой, Владимир позвонил Ане.

Трубку сняли сразу, и он почему-то удивился, услышав знакомый голос:

— Я слушаю.

— Здравствуйте, Анна Михайловна, — сухо сказал он, — что это вы вчера так поспешно ретировались, как Фантомас от Луи де Фюнеса?

— Простите, Владимир Антонович, — в тон ему ответила она. — Просто так получилось. Я понимаю, что у вас вполне обоснованно могли зародиться какие-то подозрения, но поверьте.., мне это было необходимо.

— Почему?

— Вы понимаете, есть такие вещи, которые женщина не может сказать мужчине.

— Если это вещи из числа сходить там в заведение под литерой «Жо» на почве скоропостижно нахлынувших надобностей, это еще ничего, — со злым цинизмом сказал он. — Но если у тебя припасено нечто вроде «я думала, что ты захочешь продолжения банкета и пригласишь на сабантуй с последующим романтическим ужином при свечах, а я не смогу отказать.., но я не хотела форсировать отношения, чтобы они перерастали из чисто деловых…», и все таким образом по такому графику, то у меня была одна подобная клиентка, потом она едва не пришибла меня с помощью своего внезапно нарисовавшегося мужа.

Аня молчала.

— Извини, — сказал Влад, подумав, что этого более чем достаточно и что он вел себя как полный ублюдок и хам, хотя по его профилю деятельности такая вещь, как галантность, и вообще какое бы то ни было поведение в отношении клиента — если он не вызывает подозрений — не предусматривалась.

Аня подозрений не вызывала. Представив ее лицо в эту минуту, он почему-то вспомнил сегодняшнюю ночь и содрогнулся от отвращения. Судорожного, лавинного, почти животного.

Нет, его точно отчислили бы из «Капеллы». Что-то — в полном несоответствии с природой — с возрастом он становится все более чувствительным и неадекватно реагирующим на действительность. В голове мелькнуло название фильма «Плачущий убийца», и подумалось, что ведь ему еще нет и тридцати двух, а для многих в этом возрасте жизнь только начинается.

— Извини, — повторил он. — Я подготовил первый пункт нашей программы. Позвоню, как будет сделано.

… А еще он почему-то подумал, что, наверное, хорошо, что по номеру телефона нельзя определить его адрес…

— Это будет в счет задатка, — холодно произнесла Аня. — Еще десять после твоего звонка. А если сделаешь все, рассчитаемся окончательно.

* * *

Аня положила трубку и медленно подняла взгляд на стоявшего у журнального столика человека. Он с ироничной улыбкой на тонких губах протянул ей радиотелефон, по которому слушал разговор Ани с Владом.

Человек этот был высокого роста, статный, с высокомерной посадкой головы и легкими, отточенными плавными движениями.

Такими, какие Аня подметила у Свиридова.

— Вот теперь я не поставлю за жизнь Бахтина и ломаного рубля, даже послекризисного, — высоким надтреснутым голосом выговорил он и пригладил свои густые темно-каштановые волосы с легким рыжеватым отливом.

— Ну что, ты доволен, Олег? — хмуро спросила она.

— Все идет строго по задуманному, — усмехнувшись, ответил он. — А ты у меня умная девочка.

— Зачем ты подослал ко мне своих бритых идиотов? Они чуть не испортили все дело.

— Во-первых, эти идиоты вовсе не мои.

А во-вторых, я нанял их, чтобы инсценировать нападение на тебя. Кажется, это не повредило в плане доверия к тебе Свиридова?

Он всегда доверял обижаемым нехорошими криминальными дядями девушкам, особенно таким красивым, как ты.

— Но почему ты не предупредил меня?

— Потому что ты испортила бы все дело.

Эти дегенераты искренне считали, что похищают тебя, ты тоже думала, что это настоящее нападение. Так посчитал и Свиридов.

Кроме того, это было для меня таким удовольствием наблюдать, как легендарный «Стрелец» из «Капеллы» защищает мою девушку от этих трех остолопов. Он по-прежнему в прекрасной форме. Расправиться с ними двумя касаниями — это признак высокого класса.

— Так ты еще и наблюдал за этим? — воскликнула Аня, и на тонком лице ее проступили бледные пятна гнева.

— А как же. Все-таки я заплатил за этот спектакль полторы тысячи «зеленых» и имел полное право сидеть на VIP-местах.

Вот только под занавес ты все чуть не испортила. Кто просил тебя убегать из церкви?

Она посмотрела на него коротко и пронизывающе и, только опустив глаза, медленно проговорила:

— Тебе все равно не понять, Олег.

— Понятно. Владу всегда везло с женским вниманием.

Он подошел к девушке вплотную, резким движением приподнял ее подбородок и заглянул в ее тоскливо стекленеющие глаза.

— Тогда ты, правильно поступила. Но если я узнаю, что ты… — Он" сделал выразительную паузу и докончил:

— Не забывай, Анечка, что ты играешь по моим правилам и в моей игре. На моей стороне. Ты девочка умная, так что…

— Конечно, Олег, — тихо сказала она и села на диван. — Только объясни мне одну вещь: кто убил Лунькова?

* * *

…Она прекрасно помнила тот майский день, оборвавшийся для нее на излучине шоссе, по которому ехала машина с ее отцом и братом. Невероятно.., поистине неисповедимы пути господни, но ведь что-то привело ее сюда, на окраину Москвы, наивную шестнадцатилетнюю девочку, которая случайно подслушала телефонный разговор своего отца.