Невеста Аллаха - Сергей Бакшеев

31 августа. 21:55. Кабинет ФСБ

Только непосвященным кажется, что ФСБ сейчас – лишь жалкое подобие бывшего КГБ. В начале 90-х, когда все старое рушилось, может, так и было, но теперь, при новом президенте былая мощь всесильного ведомства была восстановлена, а кое в чем и приумножена.

Закрытая организация вновь работала, как хорошо отлаженный часовой механизм. Сотрудники могли не опасаться былых нападок журналистов. Более того, служба безопасности своих в обиду не давала и легко могла приструнить любого зарвавшегося писаку. В ведомство вновь потянулись молодые способные ребята, и не столько из-за денег, сколько из-за желания принадлежать к закрытой касте избранных. Их, как и сверстников в других развитых странах, притягивал романтический ореол главной спецслужбы страны. Спасибо голливудским киношникам, интеллект и мужество спецагентов и разведчиков они приукрасили, как могли.

Говоря современным языком, в стране был создан положительный имидж всесильной организации, простые граждане не стеснялись с ней сотрудничать, и качество расследований резко возросло.

Об этом с удовлетворением подумал полковник Григорьев, когда просмотрел в служебном компьютере материалы, собранные в рамках дела о взрыве двух самолетов. Успех был налицо.

За считанные дни были установлены личности террористок-смертниц, осуществивших кровавые акции. Отслежен путь их передвижения из Чечни в Москву. За два дня до взрывов обе летели одним рейсом, видимо, организаторы ознакомили их с правилами посадки и поведения на борту самолета. В деталях стало известно, как были приобретены билеты на роковые рейсы и как террористки прошли в самолет, минуя тщательный досмотр. Должностные лица, допустившие преступную халатность, и невольные соучастники уже задержаны.

Но это не очень-то радовало полковника. Непосредственный куратор девушек-смертниц, тот, кто их сопровождал и давал окончательные инструкции, каким-то образом остался в тени и не засветился. Более того, не было ясности, женщина это или мужчина. В одном случае вроде бы рядом видели женщину средних лет, в другом – молодой мужчина о чем-то говорил с террористками. Ни женщины, ни мужчины свидетели внятно описать не смогли.

Благодаря сопоставлению разных фактов, стало ясно, что в группе было четыре девушки-шахидки. Как правило, в подобных случаях их привозили из одного района, связанного с влиятельным полевым командиром, который таким образом отрабатывал деньги иностранных спонсоров.

Зная имена двух девушек, можно было очертить круг возможных подозреваемых. Досье на потенциальных смертниц постоянно пополнялось. И сейчас на роль двух неизвестных уже имелось несколько кандидатур.

Олег Александрович в очередной раз просмотрел список примет и фотографии из базы данных.

Удивленное юное лицо сменялось уставшим взглядом зрелой женщины с ореолом морщинок вокруг глаз. Фотографии, как правило, были для документов и не давали исчерпывающей картины, но полный перечень профессионально изложенных примет оживлял образ человека, делал его зримым и осязаемым.

Полковник еще раз прощелкал страницы с изображениями молодых девушек и удрученно протер уставшие глаза. Ни одна не подходила под описание единственной оставшейся в живых террористки.

Сейчас Григорьев ждал новые фотографии от коллег из Южного федерального округа. Они получили последние данные на террористку и спешно их отрабатывали.

Олег Александрович насыпал растворимый кофе в немытую чашку, залил кипятком. Каждый раз ходить в конец коридора мыть посуду не хотелось. Это у генералов есть секретарши, а он до генерала не дотянул. И уже не дотянет. Скоро ему на покой. Решение наверху принято окончательное.

Полковник Григорьев глотнул горячий кофе и улыбнулся. Наверное, кое-кто из молодых да прытких ждет не дождется, когда он освободит должность. Уже примеряют звездочки к погонам и задницу к креслу.

Ну что же, когда-нибудь это произойдет. А пока полковник на своем месте, он должен вычислить, найти и обезвредить террористку. Задачи по важности стоят именно в такой последовательности: вычислить, найти и обезвредить. И главная из них – вычислить. Это проблема, которую должен решить именно он. Найти и обезвредить могут и другие, но свое последнее дело полковник хотел выполнить от начала и до конца самостоятельно.

В углу монитора замигал значок о получении нового сообщения. Полковник щелкнул клавишей мышки, на экране развернулась цветная фотография молодой девушки. Только взглянув на нее и даже не прочитав текст, Григорьев понял: это она. Слишком хорошо он изучил ее приметы.

«Так вот ты какая – „невеста Аллаха“», – мысленно произнес полковник, а вслух прочел:

– Айза Гузиева, двадцать лет.

С экрана смотрело свеженькое личико красивой черноволосой девушки. Четкие дуги бровей, по-детски распахнутые удивленные глаза, прямой нос, яркие губы и тонкая изогнутая шея. Айза смотрела вправо от себя, фотограф поймал ее неожиданно, скорее всего, в движении, волнистая прядь выбилась из прически и острым кончиком почти касалась уголка губ.

На девушке был белый нарядный платок, завязанный вокруг шеи. Это хорошо, с удовлетворением подумал полковник. Сегодня террористка тоже была в платке, хотя и другого цвета, свидетелям будет проще ее опознать.

Григорьев набрал внутренний телефон и вызвал Буркова.

– Юра, вот наш объект, – Олег Александрович указал на монитор, когда старший лейтенант появился в кабинете.

– Вы уверены? – старший лейтенант недоуменно разглядывал счастливое лицо молодой девушки. – Симпатичная. И чего ей не живется?

– Найдем – обязательно спросим. А пока не нашли, срочно выясни все возможные контакты Айзы Гузиевой в Москве. Родственники, земляки, знакомые. Ну, что говорить – сам знаешь.

Олег Александрович допил кофе, взглянул на коричневый налет на дне чашки и запихнул ее в нижний ящик стола. Ну, не бежать же ее мыть сейчас. Дел невпроворот.

– Данные на террористку пересылаю тебе, распечатаешь ее в цвете, – полковник открыл электронную почту, щелкнул мышкой. – И перешли фотографию в отделение милиции, где служит тот милиционер, свидетель. Свяжись с ним. Пусть опознает для порядка.

– Понятно, – промямлил Юрий Бурков, скосившись на часы, стоящие на столе шефа.

– И нечего на часы смотреть! – перехватил взгляд Григорьев. – Вся ночь впереди. Быстро сделаешь, отпущу на три часа к жене. Сам был молодым, понимаю.