Ночные диверсанты - Александр Тамоников

— Доброй ночи, милочка! Сломалась али шо?

— А тебе какое дело? — грубовато отозвалась женщина. Пистолет уже лежал в руке, холодил ладонь.

— Так, может, помочь хотим? — гоготнул мужчина. — На буксир взять, все такое. Ночь же, времени вагон.

— Спасибо, сама справлюсь, — процедила она. — До Осипова дотяну, немного осталось.

— А, ты у нас самостоятельная, — оценил мужчина. — Ладно, красавица, долбайся со своей развалюхой. Слушай, а может, отдохнем немного? — сделал он неожиданное предложение. — Сколько за час берешь?

— Да пошел ты! — вспыхнула женщина. — Чего пристали? Валите отсюда!

Водитель что-то бросил товарищу, и оба расхохотались. Двигатель взревел, как бизон, машина резко пошла на отрыв, выпустив облако ядовитой двуокиси, и спустя минуту габаритные огни скрылись в разреженном тумане. Женщина облегченно вздохнула, закрыла окно. Пистолет опустился на сиденье, рука вцепилась в рулевое колесо. Сзади кто-то завозился, и она подняла глаза к зеркалу. Молодой мужчина распрямил спину, в глазах блеснул юмористический огонек.

— «Лады» в ночи, блин… — пробормотал он. — Знаешь, как их называют, Танюха? Ночные «вазы».

— Смешно. — Женщина глубоко вздохнула, посмотрела по сторонам. Возникло желание прибавить газу.

— Спокойно, Танюша, спокойно, — проговорил мужчина, словно угадав ее настроение. — Едем не больше тридцати — забыла инструкции? Ну, да, ситуация щекочет нервы. Испугалась, поди, когда эти архаровцы нагнали?

— Было чуть-чуть, Сережа, — призналась она. — Сердце в пятки ушло. Тебе не кажется, что это глупый приказ? Тащиться на «аварийке» с черепашьей скоростью — мы бы еще транспарант повесили «Работает полиция»! Вчера полночи мотались туда-сюда, нервы щипали, сегодня снова… Скажи, Сережа, зачем им пробивать наше колесо, если мы ползем с такой скоростью, что проще выстрелить водителю в голову? Может, быстрее поедем?

— Ну, давай чуть-чуть. До сорока, не больше. Приказ, конечно, тупой, и сама идея завиральная. Но куда деваться, судьба у нас такая. Регистратор все фиксирует, «маячок» сигнализирует. Хорошо, хоть звук отключили, а то и поболтать бы не пришлось… — вздохнул «отдыхающий» на заднем сиденье лейтенант Губаш, сотрудник Глазовского отдела полиции.

Неожиданно его рация ожила.

— Губаш, доложите обстановку, — потребовал дежурный по отделу.

— Да все нормалек, — отозвался сотрудник. — Едем, наслаждаемся. Готовьте молоко за вредность.

— Получите отгул, не больше. И то за свой счет, — буркнул дежурный.

Патрульная смена ППС сидела на «стреме» в отделе уже вторую ночь, готовая вылететь по первому зову. Все участвующие в операции прекрасно понимали, что скорее всего ничего не произойдет, невелик шанс, что бандиты клюнут «на живца», но противодействовать непродуманным приказам пока не научились.

— Удачи вам, — напутствовал дежурный. — И сами выходите на связь, не заставляйте нас это делать. Сбавьте скорость, куда вы понеслись? Следующий доклад — на Блошиной горке за Осиповом. Знаете автокомплекс «Вираж» — большое такое здание?

— Ха, знаем ли мы это большое здание? — пошутил Губаш. — Да мы его помним, когда оно еще было маленькой времянкой. Ладно, старлей, доложим. Отключаюсь.

— Да уж, не забудем посетить Блошиную горку, — задумчиво пробормотала Татьяна, — откуда открывается прекрасный вид на виллу главы района господина Барыгина… Слушай, Сережа, сегодня какое число?

— Уже десятое, — подумав, сообщил Губаш.

— Когда случилось первое нападение?

— Шестого ночью.

— Следующее?

— Восьмого… Знаешь, Татьяна Викторовна, — вдруг рассердился Губаш, — не мотай нервы, договорились? Сейчас ты сделаешь вывод, что у убийц строгий график работы и они выходят на дело каждую вторую ночь. Это чушь. Как им удобно, так и выходят. А что касается моего мнения, то убежден, что их давно уже нет в нашем районе. Совершили два групповых убийства и умотали, а мы тут нервы на кулак наматываем, ожидая, что они опять начнут стрелять. Две акции — это не система и не серия, улавливаешь мысль? Просто начальство у нас боязливое, боится за показатели, и нас с тобой по этому случаю крайними сделали. Не переживай, если нападут — отобьемся. Ты же приз брала по стендовой стрельбе, помнишь?

— Какой ты добрый, Сережа… — Татьяну не покидали тягостные мысли. — Послушай, первое нападение произошло между Осиповом и Покровским — ближе к Покровскому, так? Стреляли по колесам отсюда, — кивнула она на восточную обочину. — Второе — перед Осиповом, также на полосе южного направления. Пробили колесо с другой обочины. Оба происшествия — примерно там, где мы сейчас находимся, только на другой стороне дороги…

— Татьяна Викторовна, у вас от страха глаза велики, — рассмеялся Губаш, но как-то натянуто. — Давай не маяться дурью. Прибавь немного оборотов, и глядим в оба. Через пару часов мытарства закончатся, пойдем спать. — Он вдруг хихикнул: — Тебе хорошо, ты не замужем, а мне перед женой оправдываться, что я вторую ночь подряд провожу с другой женщиной.

Туман рассеивался, небо покрывала блеклая серость. Справа осталось Осипово, потянулись придорожные строения, круглосуточная заправка, какое-то громоздкое незавершенное строительство — в вагончике сторожа поблескивал огонек. На возвышении, когда проехали темную глыбу автокомплекса, Губаш снова взялся за рацию и громко ругнулся — заклинило рычажок переключателя.

— Что случилось? — забеспокоилась Татьяна.

— Рация не пашет, провались она… — ответил Губаш, пытаясь оживить переговорное устройство. — Выдают всякий хлам, а вчера я еще уронил эту штуку на асфальт… Ладно, — отбросил он средство связи на сиденье, — дуем до стационарного поста, еще четыре версты, там все равно разворачиваться, от них и сообщим в отдел.

— Вот еще проблема на нашу голову… — проворчала Татьяна, но охотно прибавила скорость.

Мимо с ускорением бежали столбы электрических опор. Потянулись леса, в которых на полпути между Глазовом и Бабаевом и располагался единственный в районе стационарный пост ДПС. В связи с известными событиями количество инспекторов удвоили, теперь там одновременно несли службу шестеро. Сотрудники в «Ладе» вздохнули с облегчением, когда показалась застекленная будка на «куриных ножках». Под ней стояли две машины характерной расцветки. Еще одна — отмытая до блеска отечественная «Калина» — застряла на обочине, инспектор проверял у водителя документы. Вернув автолюбителю бумаги, он посоветовал быть осторожным на трассе.

Серая «Лада» подкатила к будке, и из нее выбрались мужчина с женщиной. Ведомства были разные, но всех своих полицейские в районе знали в лицо.

— Привет! — буркнул Губаш. — Погреться пустите?

Инспектор кивнул, провожая глазами эффектную женщину с распущенными волосами в облегающем джинсовом костюме. Лейтенант Черемнова — старший дознаватель отдела полиции Глазова — была гордостью и украшением небольшого коллектива. Несколько лет работала в Ростовском управлении, потом ей надоела шумная городская жизнь, она развелась с мужем, продала квартиру и уехала на постоянное место жительства в небольшой спокойный городок, где с преступностью до описываемого момента было все хорошо (то есть не очень много). В помещении стационарного поста было тепло, светло, безопасно. И компания подобралась подобающая. Инспектора заулыбались при виде Черемновой, кто-то подскочил, притащил ей стул.