Тень невидимки - Андрей Ильин

— Почему на меня не вышли раньше обычным порядком? — спросил Резидент.

Куратор пожал плечами.

— Не знаю, — ответил он. — Это меня не касается. Я знаю только то, что мне положено знать. Я должен был вызвать тебя через аварийный канал связи. Я это выполнил.

— Что мне делать дальше?

— Продолжить проверку. Сделать то, что делал я — отправиться в указанные регионы для отработки экстренного сбора. Найти тех, кого ты не знаешь, как нашел тебя я.

— А после?

Он всё еще надеялся вернуться. Выполнить задание и вернуться. И ждать нового вызова. Может быть, еще пять, может быть, десять лет. А может быть, до конца жизни оставаться «консервами», состоя в резерве. Наверное, такое тоже бывает. Хочется надеяться, что бывает.

— Дальше проверку продолжат те, кого вызовешь ты.

— А я?

— Ты получишь новый приказ. От своего Куратора.

— От тебя?

— Не исключено. Если меня назначат твоим постоянным Куратором. Или от кого-то другого. Но рано или поздно получишь.

В «другого» Резидент не поверил. Контора без надобности не светит своих бойцов. Если ты с кем-то встретился, кого-то увидел, то увидишь еще не раз. Но только его! Скорее всего, вот этого — торговца изделием здмпА421–124-УСД… дробь тридцать четыре. Теперь он будет его Куратором. Пусть так.

И всё же Резидент не удержался:

— У меня есть шанс продолжить работать в моем Регионе?

— Почему нет? — пожал плечами Куратор. — Теперь «передачка».

«Передачка» — это не посылка в места лишения свободы. Это полная информация по работе Резидента в Регионе — его легенда, схроны, имена «законсервированных» помощников, каналы связи, сведения о местных руководителях и криминальных авторитетах и прочее. Всё то, что он знал и что могло пригодиться его приемнику.

Теперь Резидент не испытывал иллюзий. Он отдавал свою базу и, значит, уходил отсюда, скорее всего, навсегда.

— Здесь всё.

Резидент передал фотоаппарат — цифровую «мыльницу» с картой памяти, для маскировки забитой «домашними» фото. Зашифрованная информация шла вторым, невидимым слоем. Сам фотоаппарат был тоже не простой, а с пиротехнической начинкой.

Дальше говорить было не о чем. Просить — безнадежно. Надеяться — бессмысленно.

— Мои регионы?

Куратор показал бумажку с цифрами.

— С кем мне держать связь?

— Со мной. Вот текст вызова. Ищи его на сайте бесплатных объявлений каждый вторник.

— А если мне понадобится помощь? Я могу войти в контакт с вами?

Куратор поморщился. Связь в Конторе осуществлялась в одностороннем порядке. Как в ниппеле, в который можно дунуть, но лишь в одну сторону.

— Ты же знаешь правила: решай свои проблемы сам.

— Но а если…

Куратор внимательно посмотрел на Резидента. Тот был разговорчив. Очень разговорчив. Слишком разговорчив.

— Если тебе понадоблюсь я, то дашь объявление следующего содержания…

И это снова была архаика — объявления. Но Контора, как и всякая спецслужба, предпочитала наряду с новейшими разработками пользоваться и проверенными методами работы. Куратор продиктовал аббревиатуру с каким-то экзотическим расширением. Этот мейл можно было использовать в самом крайнем случае и только один раз.

— Отправишь открытку на любом языке. После отправки…

Это Резидент и так знал — ноутбук или планшет уничтожить, место нахождения сменить. Но только вряд ли кто-то заинтересуется открыткой с монгольскими или южно-африканскими поздравлениями.

— Тогда я пошел? — просто спросил Резидент.

— Валяй.

Изделие здмпА421–124-УСД… дробь 34 он утопил в дебрях перелеска в каком-то случайном болотце.

* * *

Объявление было вроде бы обычным, но странным. Какой-то потерпевший разыскивал свидетелей ДТП, случившегося прошлой осенью на перекрестке улицы Космонавтов и Окружной, где превысивший скорость велосипедист сбил на переходе старушку, причинив ей сильный испуг, от которого та спустя семь месяцев скоропостижно скончалась.

Дурацкое объявление. Но с мейлом 421124@… На который никто не ответил. В том числе тот, кто должен был! Объявление вышло еще три раза. И опять — ничего! Оставалось идти по стопам предшественника. Резидент вылетел в Москву, потому что ему нужны были гарантии, что его объявление будет замечено.

В известное пиар-агентство с улицы забрел какой-то древний пенсионер.

— Вот, — положил он текст объявления на стол редактора. — Хочу, чтобы, значит, был кордебалет, а текст читал какой-нибудь народный артист.

— А вы знаете, дедушка, сколько будет стоить такой клип? — усмехнулся редактор, с сомнением оглядывая заказчика и прикидывая, как бы от него побыстрее отделаться.

— Знаю, — не испугался хорошо проинструктированный заказчик. — У меня аванс есть. — И вытянул из пакета газетный сверток, в котором была завернута толстая пачка денег. Американских.

— Ничего себе! — Редактор привстал и сменил тон: — Присаживайтесь, дедушка. Кофе сюда, быстро!.. Что хотите рекламировать?

— Добавку, — прочел по бумажке дедушка. — Био… ГОСТ 421124-СТБ.

— Отлично, — похвалил его выбор редактор. — Но если вы хотите, чтобы реклама была смотрибельной, вот эти цифровые обозначения лучше убрать. И как-то обыграть… Например: БИО-О-О-О — какая добавка…

— Нет, убрать нельзя. Пусть будут, — забеспокоился дедок. — Чтобы прямо как в СССР: ГОСТ и цифры.

— Но это скучно!

— Пусть будут! — И дедушка потянулся к авансу.

— Ну, хорошо, хорошо. Желание заказчика для нас закон! Будет вам ГОСТ! Кого желаете видеть на экране?

— Народного артиста!

— Какого именно? У нас их много. Назовите имя.

Дед назвал имя. Из тех прежних кумиров его тревожной молодости.

— Хорошо, сделаем.

— И что, он придет? — слегка вышел из роли пенсионер.

— Конечно. Нет таких народных артистов, которых мы не смогли бы вам предоставить! Хоть даже на именины вашего внука. Вопрос в цене.

Дедушка вспомнил инструкцию:

— А артистку можно?

— Сколько угодно.

— А если она певица?

— Пожалуйста.

— Тогда вот эту…

Редактор покосился на сверток.

— Я еще добавлю, — пообещал пенсионер.

— Коли так, не вопрос…

Через неделю, в прайм-тайм, по местным каналам телевидения одного удаленного от столиц Региона прошло объявление о продаже оптовой партии от пяти тонн биодобавки ГОСТ 421124-СТБ. При этом номер ГОСТа беспрерывно крутился на экране, перекрывая полуодетый кордебалет и лицо известной всей стране певицы, которая пела про тот же самый ГОСТ, хорошо проговаривая каждую цифру и букву.