Операция "Рагнарёк" - Андрей Юрьевич Журавлёв

Девушка хищно улыбнулась и снова присела за столик.

— Я пойду с вами, идет?

— Неплохая идея, — кивнул Норвик, — гномья благодарность тебе обеспечена.

Кэти изумленно взглянула на него и рассмеялась.

— Мне сразу показалось, что с Фьяларом все не так просто. Надеюсь, Неро обломает об него зубы.

— Не сомневайся, — улыбнулся в ответ Норвик.

61. Бриджпорт, Чикаго. Делия

В другое время архитектура позднего модерна, придававшая Бриджпорту неповторимый шарм изысканности и элегантной, но вовсе не чопорной респектабельности, покорила бы Делию. Темные, теплые тона стен, расчерченных прямоугольными рамами больших окон, полукруглые фронтоны и спокойные чуть вытянутые линии фасадов – стиль, демонстрирующий уверенность в завтрашнем дне, пристанище людей, обеспечивших себя надежным куском хлеба и находящих время на эстетические наслаждения. Но сейчас все эти стилистические восторги проходили мимо ее внимания. Девушка внимательно разглядывала только вывески национальных ресторанчиков и клубов, прикидывая, с какого из них начать расследование.

Войцех, ведущий ее под руку, поморщился. Он вглядывался в лица прохожих в надежде, что обостренная кровью интуиция поможет ему наткнуться на кого-нибудь из смертных заказчиков Кужлейки. Но пока он замечал только неодобрительные взгляды, а иногда и прямое осуждение, граничащее с отвращением, которые у большинства встречных вызывала смешанная пара. Чернокожую девушку тут, скорее всего, никто не попытался бы обидеть. Но вид белого парня, идущего с ней под руку, явно рождал у многих желание поучить его правильно выбирать себе спутниц жизни.

Наконец, они обнаружили место, которое обоим показалось обнадеживающим. Низкое деревянное здание «Литовского клуба песни и пляски» с широкими окнами, из которых лился яркий свет и доносилась музыка – скрипка вела мелодию, кларнет и флейта вторили ей. Из открытых дверей выскочила разгоряченная парочка в национальных костюмах, на девушке был венок, на парне – светлая шляпа. Войцех решительно потянул Делию к входу.

В длинном зале, обшитом деревянными панелями, собралось несколько десятков человек. В основном среднего возраста, но ветераны пляски и молодежь тоже не забывали традиций европейской родины. При появлении Делии музыка смолкла, и танцоры остановились, все, как один, повернувшись к двери.

Высокий плечистый парень с пшеничными усами подошел к ним, свысока глянул на дроу и чуть не в самое лицо Войцеха произнес:

— Это твое дело – с кем гулять. Пока ты гуляешь со своей шоколадкой подальше от приличных людей. Убери это отсюда, иначе я тебе помогу.

Делия дернулась, но Войцех остановил ее, крепко сжав руку. Он презрительным взглядом окинул парня и сплюнул ему под ноги, прямо на начищенный дощатый пол зала.

— Можешь считать это перчаткой, — высокомерно произнес Войцех, — подберешь, или тебе другую в лицо швырнуть?

Парень побагровел, занес кулак, но Войцех перехватил его руку, и усы нападающего встопорщились от гримасы боли.

— Так как? – спросил Войцех. — Будем драться? Или здесь только плясать горазды, а о шляхетской чести и слова нет?

Парень попятился, забормотал торопливые извинения и спешно отступил за спину седовласого мужчины, отделившегося от толпы зрителей.

— Я – Степпонус Лангас, — представился он, слегка наклонив голову, — председатель клуба национальной культуры.

— Войцех Шемет, — кивнул Малкавиан, — мы просто заглянули на огонек. И рассчитывали на более теплый прием.

— Сиятельство, значит, — усмехнулся Лангас, — пшек?

— Литвин, — Войцех улыбнулся, — но всякого намешано.

— У нас тут не театр, — улыбка пропала с морщинистого лица, — здесь танцуют, а не смотрят.

— Мы можем и потанцевать, — кивнул Войцех, — если по-другому разговора не получится.

— Так тебе разговор нужен или посмотреть? – сердито спросил Лангас.

— Разговор, — подтвердил Войцех, — а будет?

Лангас с иронией поглядел на Делию.

— Будет, — кивнул он, — если ты со своей девчонкой перепляшешь наших ребят. Дуэли хотел? Давай, сразись, сиятельство.

— Но выбор оружия за мной, — рассмеялся Войцех.

— У нас здесь не дискотека, — напомнил Лангас, — всякие новомодные штучки не играем.

— Не надо, — согласился Войцех, — как насчет мазурки?

— Пшек, — фыркнул мужчина, — ну да ладно. Будет тебе мазурка. Но танцуешь ты со своей девчонкой, иначе не засчитаем.

— Идет.

Делия сердито прислушивалась к разговору.

— У нас нет времени плясать, — зашипела она, пытаясь оттащить Войцеха к двери, — и я не в настроении давать концерты.

— У тебя есть другие предложения? – нахмурился Войцех. — Это самое перспективное место. И плата за информацию не так уж велика. Соберитесь, мэм. Ставки повышаются.

— Я не умею, — со вздохом призналась Делия.

— Зато я умею, — щелкнул каблуками Войцех, — призы брал на Петербургских балах. Надушенными записочками.

— Тогда, господин поручик, не подведите, — Делия присела в реверансе, уморительно смотревшемся по случаю надетых на ней черных джинсов и темно-лиловой футболки, и последовала за кавалером в круг.

Танцующих вместе с ними насчиталось шесть пар. Бравурная музыка повела их по кругу, кавалеры вприпрыжку вели за руку словно парящих над полом дам, горделиво поднявших головы. Делия с трудом поспевала за незнакомыми фигурами танца, и только крепкая рука Войцеха не давала ей сбиться с темпа. Мысли были далеко, настроение совершенно не соответствовало веселой игривой мелодии. В румбу она могла бы вложить всю боль и страсть. В танго – рассказать о своей любви. Но эта незнакомая пляска только раздражала ее. А от нее зависело так многое.

Пары остановились, взялись за руки, образовав круг. Слева от нее оказался тот самый парень с пшеничными усами. За черную руку Делии он взялся с нарочитой брезгливостью, но отказаться не посмел. Кровь ударила девушке в голову. Кто-то смеет сомневаться в том, что она справиться с любой бедой, только потому, что ему не нравится цвет ее кожи? Молнией промелькнули воспоминания о первых месяцах в Перекрестке, когда она, еще совсем неловко державшая меч, вынуждена была доказывать почти каждому встречному, что у нее не меньше прав на место под солнцем.

Круг снова разорвался, мужчины вошли в середину, словно соревнуясь друг с другом в удальстве и ловкости, напоказ стоящим вокруг девушкам. Шемет, тонкий и прямой как клинок, с гордо поднятой