Гном - Элем

Элем -

Гном

Уже приближался апрель. Через разрывы серых туч вечером проглядывали звезды.

Оля работала в Маке1. Ей нравились бренд, очереди, которые стояли у них с утра и до вечера, суета менеджеров и кассиров во время наплыва покупателей…

Однажды, когда вечером она шла в раздевалку, еле живая от обилия новых впечатлений — мимо нее, смешно топая ногами в тяжелых сапогах, прошел гном. Она чуть зажмурила глаза — и гнома уже не было… Переодевшись, Оля пошла к выходу. И снова он — топ-топ по узкому коридору. «Ну надо же!!! Гном!»

Гном шел впереди нее и закрыл за собою дверь. Выйдя на улицу, девушка посмотрела по сторонам. Но снаружи было пусто. Машины двигались к МакАвто. Старик-дворник в больших сапогах чистил крыльцо от снега.

***

Оля жила на Текстильщиках. Общага была чудесная. Она находилась в подвале старой кирпичной пятиэтажки. Там было удивительно тепло и уютно. Оля и сама не могла понять, почему ей там так нравилось. Быть может, лишь потому, что впервые за полгода у нее оказалось нижняя койка. Или просто толстые подвальные стены хорошо сохраняли тишину и тепло? А может, еще и потому, что в просторной комнате их оказалось всего двое — она и толстая женщина из Беларуси, Сильвия. Хотя Сильвия была мрачная, самодовольная, иногда сердитая, но в принципе Олю не доставала. Да они с ней и не пересекались почти. Единственно, до жути напоминала ей почему-то Ведьму Пустоши из «Ходячего замка». «Ну надо же, как она похожа», — думала Оля. Иногда, темными вечерами, когда все звуки в общаге затихали, ей становилось чуть-чуть страшно вдвоем с «Ведьмой»…

Сильвия огородила себе занавесками часть комнаты. К ней сюда приходил ее то ли муж, то ли друг. Оле он был неинтересен. Она просто привыкала к относительному покою.

В последние месяцы ей приходилось рано вставать на работу и поздно ложиться. В огромной комнате на Волгоградке, где она жила раньше, самым плохим были клопы. Среди развешенных простыней и одежды женщины всех возрастов мучились на двухэтажных кроватях от жары, тесноты и нескончаемых укусов насекомых. Среди ночи кто-то приходил с работы, включал верхний свет, ужинал. Разговаривали громко в полный голос, не обращая внимания на тех, кто спал. Но никто не обижался. Все знали: кто хочет спать, тот спит. У всех могли передвинуть смену — и тогда возвращаться в два часа ночи пришлось бы тебе. А сознание того, что надо встать в 6 утра, сразу заставляло засыпать каменным сном.

Ну а здесь, на Текстилях — тишина, затененный деревьями подвал. Первое время в выходные она радовалась возможности просто прилечь — и даже почитать книгу. Да, это было чудесно! И книжка попалась интересная — что-то про древний мир, Египет и Грецию. Оля училась в Москве заочно, на истфаке. Она засыпала и перед ее глазами возникали сказочные мифы, неведомые страны. Дома из белого камня среди темной зелени, рядом с ними люди в туниках… История египетского принца из древней династии….

Да, все было бы чудесно…Если б не сходство Сильвии с Ведьмой… Иногда Оле казалось что это просто уже от переработок…

Вот и сегодня — придя вечером, она села за стол поужинать. Стол был общий, и Сильвия тоже вскоре присоединилась к ней.

Варенье и сахар стояли наверху, на подоконнике подвального окошка. Оля молча смотрела, как, подчинившись взгляду Сильвии, они сами плавно опустились с подоконника на стол. Раздался звон — ложка положила сахар в чашку и неторопливо перемешивала его…

«Ведьма» невозмутимо глядела перед собой. Ее глаза с нарощенными ресницами безразлично упирались в стену. А вот и торт подоспел — тарелка влетела к ней на стол откуда-то из темной бездны за окном, откуда-то из таинственного Зазеркалья, в котором отражалась их комната, стол, фигура Сильвии и она, растерянно глядящая в свое отражение. Сильвия задумчиво барабанила наманикюренными когтями по краю стола…

Наскоро проглотив бутерброд, Ольга пошла к себе, за занавеску. «Ну вот, — подумала она. — Я, наверное, просто не высыпаюсь».

***

В их комнате был старый трельяж. Как-то, вернувшись с работы, она увидела перед ним Сильвию. Та была в темном платье, примеряла бусы.

— Оль, мы в «Сытый лось» идем. Хочешь с нами? Там караоке.

Оля помотала головой. Не до «Лося». Выспаться бы…

— Ну ладно. Алесь придет с работы, пусть поест? Двери тогда не закрывай.

— Ну, ок. Хорошо вам отдохнуть!

Подходя к своему месту, Ольга мельком взглянула на соседку. Сизое темное платье… Полная, самодовольная Сильвия, надев на голову огромную шляпу, повернулась к ней и Оля замерла. Ну да, это действительно была Ведьма Пустоши… Подняв толстую ногу, она, как показалось Оле, ступила прямо в зеркало и, самодовольно засмеявшись, вошла по пояс в его гладь, словно в воду.

Так же, с размаху она перенесла в зеркало весь корпус — стекло даже не зазвенело — и исчезла в пугающей дали загадочного пыльного Зазеркалья.

Ольга зажмурила глаза.

«Да, какой-то тяжелый день сегодня, — подумала она. — Наверно, пора на выходной?»

Она уже собиралась спать, как дверь открылась. Друг Сильвии затопал, собирая ужин. Потом сел, стал есть. Оля вышла глянуть — это вообще пришел он или кто другой — и увидела того самого старика-дворника, который работал у них в Маке.

Они поздоровались.

— А вы тоже на Полежайке работаете? — спросил он. — То-то я смотрю лицо знакомое.

Он поговорили о чем-то. Алесь оказался спокойным и не то чтобы уставшим, а каким-то довольно равнодушным к жизни. Оказалось, что с Сильвией они из одного села в Беларуси.

Чем же кормит его Ведьма Сильвия? Оля посмотрела — вареная свекла, нарезанная крупными кусочками, кусок черного хлеба.

— Картошки хотите жареной? — спросила она.

— Можно. Спасибо.

Алесь показался ей очень худым и каким-то замученным.

— Вот конфеты берите к чаю. Варенье, домашнее.

И она пошла в свою часть комнаты.

Дворник еще долго топал, но она уже спала. Ночью, открыв глаза, Оля вдруг увидела: на телефоне был включен фонарик. А у нее на тумбочке за крошечным столиком сидел гном, пил чай с вареньем и читал кукую-то книгу, надев очки…

***

Неделю спустя Алесь зашел снова. Вместе с ним был молодой симпатичный парень с узкими глазами и острыми ушами, немного похожий на эльфа. — Это Юрась, — сказал Алесь.

Они сели пить чай. Алесь хотел налить кипяток,