Парашют-убийца - Сергей Зверев

– Ничего не понимаю! – сокрушенно сказал Пушкарев.

– А вы думали сходу найти что-то необычное? – насмешливо спросила Кабрера. – Я понимаю, что вы специалист в данном вопросе, но ведь, прежде чем пригласить вас, парашют уже осматривали наши люди. И заметьте, кое-что понимающие в этом…

Несколько дней, проведенные в Венесуэле, для маленькой российской делегации пролетели очень быстро. Сегодня они снова находились в Арсенале.

Каждый из командированных провел время с разной пользой для себя. Кондратов, как обычно, занимался какими-то отчетами и вообще мало показывался на публике. Инженер отлеживался в своем номере. Его «культурная» вылазка в столицу окончилась в полицейском участке. Разобравшись, что к чему, стражи порядка отпустили на свободу русского гостя, и теперь о вечернем развлечении Пушкарева ярко свидетельствовали фингал под глазом да синяки по всему телу. Присутствующие время от времени ехидно посматривали на жертву произвола, что настроения ему не прибавляло. И Кондратов, и Батяня провели с ним по возвращении короткие, но содержательные беседы, каждый со своей стороны, в результате чего любитель «осмотреть город» торжественно зарекся в одиночку выходить из холла гостиницы.

Парашют был осмотрен. В отличие от гостей, Кабрера в основном бросала взгляды на Батяню – мужская полноценность российского десантника, похоже, привлекала ее больше.

– Ничего подозрительного я не вижу, – заявила лейтенант, – все абсолютно в порядке. Как вы понимаете, я изучила его до мелочей уже давно, но сейчас могу повторить это еще раз.

– Как сказать: Налицо изменение цвета вытяжного парашюта, – констатировал Пушкарев, внимательно разглядывавший каждую мелочь.

Замеченное ранее Батяней было продублировано дотошным инженером. Лавров одобрительно кивнул головой, убеждаясь, что в своей сфере инженер является гораздо более ответствененным, чем в некоторых других.

– На это само собой напрашивается объяснение, так что, возможно, я вас разочарую. Труп парашютиста выловили в море. Возможно, проявилось воздействие морской воды, – предположила Лаура, – видимо, это не в счет.

– Конструкция или комплектация парашютов для Венесуэлы чем-нибудь отличается от российской? – поинтересовался Батяня.

– Насколько я знаю, нет, – Лаура взглянула на Пушкарева, – вы в этом осведомлены больше.

– Нет, это абсолютно точно, – подтвердил тот. – Никаких отличий.

– Скажите, лейтенант, а парашюты из этой же серии находятся здесь? – спросил Лавров.

– Да, конечно, – кивнула девушка, – они уже уложены в ранцы. В ближайшее время их должны получить в частях.

– Разрешите мне осмотреть несколько из них, – продолжал действия «в выбранном направлении» российский офицер.

– Пожалуйста, идемте.

Вместе с Кабрерой Батяня отправился в одно из помещений Арсенала.

Пушкарев, оставшись один, скрутил крышечку с бутылки лимонада и с жадностью сделал несколько больших глотков. Истомленный вчерашними излишествами, организм бунтовал.

«Сейчас бы пивка, – пронеслось в голове инженера, – да полежать в холодке».

Но работа есть работа, и желания в данное время не совпадали с возможностями, так что приходилось крепиться. Пушкарев тоскливо провел взглядом по предельно строгому интерьеру помещения, идеально соответствующему своему предназначению.

Тем временем майор российской и лейтенант венесульской армий шли по узкому и извилистому коридору.

– У вас тут, как я вижу, огромная территория, – заметил Батяня.

– Да, я могла бы проводить экскурсии, – улыбнулась Кабрера, – если бы не режимный объект:

– К такому экскурсоводу народ бы записывался в очередь за месяц.

– Вы мне льстите, майор, – было видно, что комплименты Лаврова приятны девушке.

– Ничуть, – с серьезным видом сказал офицер. – Я лишь констатирую очевидное.

Наконец они подошли к стеллажам.

– Вот майор, парашюты, так что… – повела рукой лейтенант. – Вы выбирайте то, что сочтете нужным, а я пока сделаю пару звонков.

– Благодарю вас, – Батяня прошелся вдоль полок.

Девушка извлекла из кармана мобильник и отойдя в сторону, принялась негромко беседовать с кем-то.

«Интересно, – подумал Батяня, – она так говорила о полковнике Диасе, что можно решить – их отношения были не только товарищескими. А впрочем, вряд ли это имеет к событиям какое-то касательство. Она девушка видная, так что…»

Он выбрал несколько ранцев, продолжая размышлять о причинах трагедии. Может быть, дело в том, как хранятся парашюты?

– Ну что, майор, – возвратилась Лаура, – я вижу, вы кое-что выбрали?

– Да, лейтенант. Можем идти назад, – кивнул Батяня.

Они вернулись назад, к оставшимся членам комиссии.

– Давайте снова разбираться.

В ходе детального рассмотрения Батяня обнаружил, что в складках вытяжного парашюта лежат пакетики с какими-то пластиковыми шариками.

– Что-то я такого не видел, когда испытывал «Кинжал» в России, – заметил он. – Что скажешь, инженер? Ты же утверждал, что российские и венесуэльские комплекты полностью идентичны, а?

– И я еще раз говорю, что так и есть! – махнул рукой инженер. – Дело в том, что в Венесуэле очень влажный климат. Я вот хоть и не был здесь до этого, сразу же убедился по приезде сюда. Так вот, просушить парашюты можно только в помещении. Это подтвердят и наши коллеги.

Кабрера и Маурильо кивнули.

– Но мы учли эту особенность по просьбе венесуэльских друзей, они же сами и предложили решение. Для устранения этой проблемы в парашютный ранец кладутся стандартные влагопоглощающие пакетики с силиконовыми шариками. Кстати, такие обычно лежат и в коробках с кожаной обувью, чтобы не отсырела во время хранения. Но это комплектацией в строгом смысле назвать и нельзя, – сказал инженер, заканчивая свою мини-лекцию.

Батяня убедился, что слова Пушкарева являются чистой правдой – все парашюты, просмотренные им, были абсолютно сухими.

– В принципе, я согласен, – пожал он плечами, – пакетики просто вылетят из ранца при открытии парашюта. Так что никакого вреда от них быть не может, только польза.

– Я хочу добавить, – сказала Лаура, – что без этих средств пользование парашютами было бы очень проблематичным, поэтому без них просто не обойтись.

– Скажите, а такие же пакетики были в ранце, когда произошла трагедия? – наморщил лоб майор.

– Естественно, – подтвердила Кабрера.

Лавров тяжело вздохнул: пакетики пакетиками, но вопрос оставался открытым…

– Ну не мог он не раскрыться! – Пушкарев уже в сто первый раз ощупывал шлеи, лямки, шелк, кольцо и все что можно.