Убийственное влечение - Михаил Серегин

Самодельная финка плясала в руке у пришедшего в себя подростка.

Борис, словно очнувшись, бросился на него.

– Назад!!! – заорала девушка, но было уже поздно.

Она оцепенело смотрела, как ее спутник схватился руками за бок и его повело в сторону. А потом… Потом в Гюрзу вселился демон…

Остановилась она только тогда, когда лицо старшего из ублюдков напоминало собой ужасную маску.

Не в силах даже стонать, он только пускал кровавые пузыри. Сломанная рука неестественно торчала в сторону.

Лена бросилась к Борису. Тот сидел, прижавшись спиной к стене, и тяжело дышал.

– Подняться сможешь? – Распахнув куртку парня, она увидела, что свитер насквозь пропитан кровью на месте раны. Лена быстро отыскала сумку и достала платок.

– Прижми к ране, – приказала она. Тот послушно взял платок. Малышева помогла засунуть его под свитер и прижала сверху ладонью Бориса.

– Держи!

Девушка вызвала лифт и, врезав напоследок ногой пытавшемуся подняться бандиту, помогла встать Борису.

Ворвавшись в квартиру, Лена уложила раненого на кровать и раздела его. Рана, слава богу, была неопасная, но молодой человек потерял много крови.

Бинта дома не было. Девушка разорвала чистую простыню и перевязала компьютерного гения. Потом метнулась к соседям и забарабанила в дверь.

Вскоре она открылась. Удивленный мужчина в майке и трико застыл у порога.

– Извините, пожалуйста! У меня раненый дома, он крови много потерял! Вызовите «Cкорую»! – попросила девушка.

Мужчина не стал задавать лишних вопросов и деловито отправился в комнату. Вернулся он спустя несколько минут, уже в рубашке.

– «Скорую» я вызвал, – сообщил Лене сосед. – Пойдемте посмотрим, что с вашим раненым. Я хоть и не хирург, но кое-что в медицине понимаю.

Он осмотрел повязку, наложенную Еленой, немного поправил и решил, что до приезда «Cкорой» вполне сойдет.

«Неотложка» приехала быстро. Хирург осмотрел рану. Бориса транспортировали в машину.

– Как это случилось? – Врач строго посмотрел на Лену, словно заранее готовясь, что она будет врать.

Перед прибытием «неотложки» она уже отвечала соседу на точно такой же вопрос. Лена просто повторила версию случившегося:

– Зашли в подъезд. Там малолетки какие-то дрались. Мы хотели пройти мимо, от греха подальше…

Врач автоматически кивнул головой. -…Один из них вдруг ударил Бориса. Вот, собственно, и все, – закончила девушка короткое повествование.

– Милицию вызывали? – смягчившись, спросил доктор.

– Не-ет, – несколько растерянно протянула Лена.

– Вася. – Он многозначительно посмотрел на одного из сотрудников.

– Телефон у вас? – оживился санитар, обращаясь к соседу Малышевой. – Можно от вас позвонить?

Хозяин пожал плечами и проводил санитара в свою квартиру.

– Как он там? – волнуясь за Бориса, спросила Лена.

– Жить будет, – усмехнувшись, успокоил ее доктор «Cкорой».

Они уехали. Вскоре в дверь настойчиво позвонили. Молодой человек представился как сотрудник районного отдела уголовного розыска, раскрыл удостоверение, подождал, пока Лена прочтет имя и фамилию, и спокойно убрал в карман. Его коллега просто пробормотал себе под нос звание, фамилию и должность, очевидно, считая, что одного удостоверения на двоих вполне хватит.

Работники угро пробыли недолго. Они заставили девушку повторить ее рассказ о случившемся, записали приметы преступников и уехали.

Сердце Лены немного екнуло, когда сотрудник милиции стал листать ее паспорт.

– Малышева Елена Валентиновна? – глядя на девушку, спросил он будничным голосом.

– Да, – подтвердила та.

– Давно знаете пострадавшего?

– Несколько дней. Я в фирму устроилась. В коридоре столкнулась с Борисом. Так и познакомились, – пояснила она. – Вчера он пригласил меня в кафе. Посидели. Борис вызвался меня проводить. И вот такое…

– Угу… – отдавая паспорт, протянул следователь.

– А из дерущихся раньше никого не видели? Ну, во дворе, скажем?

– Нет вроде. Я ведь недавно здесь живу. Да и потом, некогда их было разглядывать.

– Ну ладно. – Работники милиции поднялись.

Лена проводила их до двери. Тот, что показывал удостоверение на имя Михаила Смирнова, велел девушке записать его рабочий телефон.

– Если увидите кого-то из напавших на вашего приятеля, обязательно позвоните, – строго наказал работник милиции.

Едва дверь за ними закрылась, Лена приложила ухо к фанерному листу.

– Ну что, Андрюха, пойдем участкового будить?

– Миш! Оставь все до завтра. Еще неизвестно, будет потерпевший заявление писать или нет. Если местные, Курганов их и так всех знает. А если чужие – то и будить не стоит.

Лена услышала, как заработал лифт.

– У меня после вчерашней ночи еще глюки стоят перед глазами. Спать хочу – как медведь бороться, – продолжал коллега Смирнова.

– Ладно, – согласился тот. – Завтра тогда узнай, не было ли других ножевых. Может, тот молодчик еще кого пырнул.

Сотрудники местного угро зашли в лифт и уехали.

Лена немного перевела дух и пошла к себе. //-* * * -// Подполковник Рыбников не находил себе места.

«В кого таким вырос младший сын?» – Вопрос, не дававший давно покоя, сегодня опять терзал милицейскую душу.

Вернулся домой весь грязный, с огромным фингалом под глазом. Злой как черт. Заперся у себя в комнате, врубил кассету с блатняком и не открывает на стук.

Жена тоже не спала.

– Не открывает?

Семен Андреевич мотнул головой.

– Поговорил бы ты с ним по-мужски, а? – страдальческим голосом протянула женщина.

– Без толку с ним говорить, – взорвался подполковник, глядя злыми глазами на жену. – Раньше надо было, пока поперек лавки положить мог! А сейчас – хрен! Вырос уже, самостоятельный!!

– Звонила мама Сережи, – робко заметила супруга. – У него рука сломана, избит до полусмерти.

Подполковник внимательно посмотрел на жену:

– Когда звонила?

– Как наш пришел, минут через двадцать.

– Сколько раз я говорил оболтусу, чтобы не путался с этим Сергеем. По тому тюрьма давно плачет! Сколько же я могу всю их шлеп-компанию из дерьма вытаскивать!!!

Голос подполковника под конец сорвался на крик. Лицо перекосилось от злобы.

– Сем, не волнуйся, ради бога, – забеспокоилась жена, – утром он тебе все расскажет. Ты же знаешь сына, – забормотала она, вставая с постели. Ласково обняла мужа за плечи, – Саша неспокойный у нас, это правда. Молодой просто еще, повзрослеет – поумнеет.