Дальше живут драконы 2 - Александр Афанасьев

Но при шведах лучше этого не говорить…

— Привет, Лоренц…

Шведа на часах звали именно так — хотя капитан-лейтенант Воронцов был единственным, кто называл его правильно, швед это ценил. Остальные звали его Ларри, чтобы не утруждаться. Имперская привычка — в русской армии много людей с самыми разными именами, в том числе и такими, которые не выговоришь. И в отличие от британской армии — они могут дослужиться даже до генерала…

— Герр капитан?

— Спокойно все?

— Как в гробу.

Чувства юмора у шведов не было.

— А что насчет герра капитана с подводной лодки?

— Ушел двадцать минут назад.

— Я еще поработаю, хорошо.

— Герр капитан…

…

Работа в миссии была устроена так, что офицеры миссии и офицеры охраны почти не пересекались, и те же шведы — понятия не имели, что происходит в миссии. Кто-то пришел, кто-то ушел — им ни до чего не было дела. Главное, чтобы документы были в порядке, вот и все.

Вернувшись в свой кабинет, капитан-лейтенант Воронцов огляделся, потом достал из стола бланк и заправил его в Смит-Корону. Бодро застучал по клавишам. На то чтобы сварганить документ, у него ушло минут десять, после чего он приложил документ к стеклу и вывел подпись барона. Прихлопнул печаткой — ему ее сделали местные каллиграфы на рынке за пригоршню пиастров. Надо проводить экспертизу, чтобы отличить от настоящей…

За неимением гербовой пишем на простой. А что делать?

С приказом он спустился вниз, в подвал. Бросил на стол дежурному по изолятору. Тот мельком проглядел… нажевался какой-то дряни, от которой зубы чернеют и ему теперь служба до одного места…

Лязгнул замок.

…

Выводя агента, капитан заметил, что дежурный спит. Ему пришло в голову, что можно сделать еще лучше и он — мимоходом прихватил со стола им же состряпанный двадцатью минутам и назад приказ. Теперь его слово — против слова дежурного. Кому поверят, ему, дворянину и офицеру — или этому отребью — не было даже вопросов…

…

Каждый раз, когда выходишь в ночь… ты как бы пересекаешь черту. Это сложно объяснить, это надо почувствовать. Днем не так… днем все же есть какое-то подобие порядка, законности… всего такого. Ночью ничего такого нет. Ночью Хюэ — это город духов, город призраков, город бесплотных теней. Все европейцы — ночью запираются в своих четырех стенах и надеются дожить до утра. В одиночку ходить по ночным улицам, да еще в старом городе — смерти подобно. Да и если не в одиночку — тоже ничего хорошего.

Увидев машины, Бяо задергался

— Это американцы? Вы ничего про это не сказали!

— Спокойнее. Это единственный способ уцелеть.

— Я не пойду к американцам

— Они спасут тебя

— Они меня бросят! Им нельзя верить. Американцы…

Стоя у машин, Морган и Котчефф с издевкой наблюдали за этой сценой

— Эй, русский — поддел Морган — это и есть твой агент? Такие и у меня есть на каждом дерьмовом базаре.

— Помолчи! Бяо, это единственный шанс для тебя. Или ты идешь с ними — или можешь идти.

— Мы так не договаривались.

Агент был явно испуган до смерти.

— Не делай глупостей.

Морган посмотрел на часы.

— Эй, узкоглазый. Так ты едешь или нет? Мне надоело тут стоять…

— Мистер Френк! — позвал водитель.

Френки Котчефф отвлекся от агента.

— Что там?

Водитель держал «изделие К», типичный для американских спецслужб пистолет-пулемет и напряженно всматривался в темноту.

— Я что-то видел. Вон на той крыше.

Котчефф всмотрелся.

— Я ничего не вижу.

— Там что-то двигалось.

— Кошка или обезьяна, — успокоил его американец, — сейчас поедем. Эй, долго мы еще стоять будем?!

…

— Бяо, ни у кого из нас нет времени. Решай. Ты едешь или нет?

Агент наконец сдался.

— Ну, хорошо…

Воронцов отступил, давая ему пройти к машине — и сам того не зная, открыл его для…

Бяо сделал шаг. Еще один. Споткнулся.

— Бяо…

Воронцов успел его подхватить, и понял, что что-то произошло.

— Бяо!

Тело вьетнамца как будто лишилось всех костей разом и сейчас висело в его руках тяжелым мешком.

— Бяо, черт!

— Что там?! — забеспокоился Морган.

— Помоги!

Морган шагнул к ним, доставая фонарь. В белом свете — они увидели лицо агента… его глаза… зрачки с булавочную головку. Такое чувство, что он обкурился в подпольной опиумной курильне до потери человеческого облика.

Но как, если он только что разговаривал с ними?

— Это что такое, на хрен?! — выругался Морган — да он мертвецки пьян!

— Он не пьян! Мы только что разговаривали!

— Тогда что такое?

— Что там?! — крикнул Котчефф

В начале переулка — появилась маленькая человеческая фигурка с большой трубой на плече.

Вспышка!

— Ракетчик на двенадцать! — крикнул один из охранников.

— Ракета!

Инстинкт бросил их на землю… когда летит ракета, ты сначала падаешь на землю, а потом уже все остальное. Кошмарные РПГ-40, их у партизан было все больше и больше, одного выстрела хватало, чтобы спалить джип, грузовик и даже бронетранспортер…

— Контакт!

Ракета врезалась в головной джип — и тот вспыхнул…

— Ракетчик!

— Огонь, огонь!

Морган очухался первым.

— Давай, валим!

— Помоги!

Морган обернулся…

— Брось его!

— Нет!

— Черт…

Благородство потомка луизианской знати сыграло свое.

— Давай!

Застрочи автомат, потом еще один. Они тащили агента к машине…

— Уходим! — Котчефф стрелял куда-то в начало улицы из пистолета. Солдаты пытались спасти кого-то в горящем джипе.

— Подожди!

Они как-то добрались до машины. Затолкали туда еле живого агента. Отблески пламени были единственным освещением.

— Давай, поехали! Давай, давай, давай!

Переднее сидение было свободно, потому Воронцов забрался туда. Между сидениями был держатель, там была автоматическая винтовка Кольт-Коммандо…

— Давай, давай! Надо уехать отсюда!

Морган, сидевший сзади, заорал на ухо водителю:

— Гони, живо!

Водитель как будто бы оцепенел от происходящего. Морган, явно не признававший методов обычной педагогики, шарахнул в окно из револьвера — прямо рядом с ухом водителя. Оглушило всех, даже Воронцова

— Пошел, б…!

Водитель начал выруливать. Толкнул машину… но на газ давить не перестал…

Из здания миссии показался кто-то из шведских гвардейцев, у него в руках была Нева. Экспериментальное оружие, которое было только у шведских гвардейцев и то не у всех. Штурмовая базука калибра 66 — и к ней внизу стрелковый модуль от автомата….

— Жми!

Водитель долбанул по газам. Машина начала ускоряться, насколько тут