Динамит пахнет ладаном - Евгений Костюченко

Орлов увидел за ним молодого курьера и, бесцеремонно отобрав у парня кольт, подтолкнул к топке:

— Не высовывайся, они будут стрелять по будке! Но мы их отрежем! Ну-ка, дай жару!

В облаках пара мелькнул еще один силуэт, и маршал выстрелил первым.

— Я одного боюсь! — крикнул он. — Если у него два ящика! Рельсы снесет!

— Не подпускай их к рельсам! Иди в вагон, я тут справлюсь!

Паттерсон, пригнувшись, отправился в обратный путь. Орлов двинулся следом. Забравшись повыше, он стал стрелять через борт тендера по тем, кто приближался к паровозу. Сектор обстрела здесь был просто идеальный — почти круговой. Стальные стены надежно защищали его от пуль, к тому же противник вел огонь не по тендеру, а по будке.

Локомотив пыхтел все чаще и чаще, и заметно разгонялся. Из вагона тоже началась пальба по бандитам, которые метались вокруг, среди вспышек выстрелов и дыма. Но вот они все разом куда-то пропали, и до Орлова донесся перестук копыт. «Уходят? Будут взрывать путь где-то впереди!»

— Давай, давай, больше жару! — крикнул он парню у топки, а сам заторопился в вагон.

В проходе слоями висел пороховой дым. Почтальоны стояли у разбитых окон с винчестерами, в дальнем конце, у тамбура сквозь дым виднелся синий сюртук Паттерсона. Орлов схватил почтальона за плечо:

— Давай вперед! Бейте вдоль рельсов! Под пулями они побоятся закладывать динамит!

— Все равно не успеть.

— Успеем!

Маршал уступил место почтальону и присел на откидной табурет в проходе, загоняя патроны в барабан кольта.

— Слушай, Пол, ты ведь знаешь эти места, так?

— Немного.

— Забирай дамочку. И дуй с ней в Сан-Антонио своим ходом.

— Пешком? Мы так не договаривались. Ты же обещал мне первый класс. Кормежку. Матч-реванш.

— Шутки в сторону. Забирай дамочку. Нечего ей тут делать. Пока они будут с нами возиться, ты выйдешь на дорогу. Если я приеду в Сан-Антонио раньше тебя, буду ждать в суде. Если ты первый — меня не жди, сдай ее по ордеру. — Маршал встал, с треском прокрутив барабан. Затем достал из-за пазухи сложенную бумажку и снял с пояса наручники. — Вот ордер. И возьми «браслеты», они иногда заменяют напарника. Всё, не трать время, а то разгонимся так, что она побоится спрыгнуть. Двигай, Пол.

Вера сидела на полу в своем купе, обхватив голову руками.

— Уходим, — Орлов подал ей руку и рывком поднял на ноги.

— Куда?

— Быстрее!

— Мои вещи!

Он выдернул ее за собой и чуть ли не поволок по проходу.

— Пол! Воду не забудь! — крикнул вдогонку Паттерсон.

Орлов вывалил все из своей сумки и сложил в нее две фляги с водой, несколько пачек патронов и сверток с лепешками, которые он купил перед отправлением. Он еще успел сдернуть с верхних полок два сложенных одеяла и бросил их Вере:

— Не потеряй! За мной!

Открыв вагонную дверь, он встал на подножке, вглядываясь вперед. За спиной пыхтел паровоз, выбрасывая снопы искр в ночное небо. Ветер бил в лицо, и Орлов подумал, что Вера может испугаться и не спрыгнуть. Он повернулся к ней.

— Иди сюда.

— Куда?

— Ко мне!

Она осторожно шагнула к нему, и он обхватил ее за талию. Крепко прижал к себе и приподнял, словно борец, пытающийся бросить противника через бедро. Вера возмущенно ахнула и замахнулась, чтобы ударить его. Но он уже оттолкнулся от подножки и полетел спиной вперед.

Щебенка заскрежетала под ногами. Он бежал с Верой на руках, ожидая, что вот-вот упадет. Он перебирал ногами так быстро, как только мог, но не мог угнаться за собственным телом, которое тянулось вперед и вниз. Струя пара нагнала его и ударила по ногам, и черная туша локомотива пронеслась в опасной близости. Орлов, теряя равновесие, смог развернуться. Упал на спину, и заскользил вниз по насыпи, и Вера обнимала его, и вскрикивала, а они все скользили куда-то, перевернулись пару раз, и вдруг какая-то сила разорвала их объятие, и они остались лежать в нескольких шагах друг от друга.