Гидроудар - Сергей Зверев

Еще два года назад остров Камрангичар был дальней и почти необитаемой окраиной Дакки. Определение «почти» не случайно — вдоль берега ютились сотни и тысячи лачуг, на скорую руку собранных из подручных материалов. Листы шифера и куски фанеры, бамбуковые бревна и полосы железа — на постройку своих хижин бенгальцы, не обремененные постоянным доходом (а таких в этом городе было большинство), пускали любой подручный материал.

В глубь острова, заросшего буйной тропической зеленью и местами даже заболоченного, проникать самовольные поселенцы и не пытались. Во-первых, главной «дорогой», вдоль которой и ставили домишки, здесь всегда считалась река. А во-вторых, бороться с быстрорастущими зарослями того же бамбука без специальной техники, лишь с помощью дешевых топоров, было просто нереально.

Все изменилось два года назад, когда влиятельный китайский бизнесмен, как называла Чжанга местная пресса, купил у городских властей право владения этой территорией. Остров Камрангичар, образованный Гангом и нешироким притоком, у которого даже названия не было, островом, вообще-то, тогда и не был. Он стал им после того, как компания Чжанга мощными экскаваторами за несколько недель прорыла канал между Гангом и протоком, с помощью воды со всех сторон оградив несколько десятков гектаров купленной земли.

Старое название, которое в вольном переводе с бенгальского означало что-то вроде «Заболоченный берег», Чжангу не нравилось совершенно. Поэтому теперь купленная территория официально именовалась как «район Султанганж», а пресса живописала этот район как будущую жемчужину Дакки, в которой будут селиться лишь самые состоятельные люди города. Ну, в крайнем случае, представители среднего класса. Накануне сделки с городом Воу созвал специальную пресс-конференцию, во время которой продемонстрировал общественности архитектурный макет будущей «жемчужины». Вдоль берега Ганга на макете красовались белоснежные шикарные виллы, чуть глубже — невысокие, двух-трехэтажные таунхаусы, с гаражами и стоянками для машин, с супермаркетами и спортивными клубами. А вдоль канала, который Чжанг с пафосом назвал Английским, архитекторы спланировали целый каскад полей для гольфа.

В общем, два года назад бенгальская пресса пришла в неописуемый восторг. Проект весьма благосклонно — еще бы, за такие-то взятки! — был встречен и городским руководством, поэтому трудностей с тем, чтобы заполучить в свои руки этот кусок земли, Чжанг не встретил.

С тех пор, если Султанганж и упоминался в печати или на телевидении, то только в радужных тонах. Воу ревниво следил за этим, а его люди жестко пресекали попытки некоторых «борзописцев» живописать то, что происходило на острове. Впрочем, проникнуть во владения Чжанга было не просто — единственная дорога на остров шла через хорошо охраняемый мост, а по периметру района, прямо по береговой линии, было организовано круглосуточное патрулирование.

Ни бенгальцев, ни их несчастных хибар на острове больше не было и в помине. На засыпанном болоте в глубине острова вырос поселок из сборных щитовых домиков, в котором поселились строители будущей «жемчужины» — сплошь китайцы. Внимательный наблюдатель, конечно, был бы удивлен обилием цветных татуировок на руках, плечах и спинах слишком многих рабочих, но ни внимательных наблюдателей, ни вообще кого-либо постороннего на остров охрана не пускала. Даже полиции ход сюда был заказан — Чжангу договоренность с начальством городского управления внутренних дел обходилась в некоторую сумму в месяц, но плодотворное сотрудничество с местными полицейскими того стоило.

Первым делом строители взялись за постройку самой большой и самой красивой виллы — для самого мистера Чжанга. Великолепный дом, почти дворец, был возведен на берегу великой реки быстро, всего за полгода. К воде вела шикарная широкая лестница из белого камня, которая завершалась великолепным причалом для катеров и гидросамолета хозяина. Позади дома был разбит английский парк с яркой зеленью газонов и геометрической строгостью дорожек, выложенных желтой плиткой. За парком — конюшня, помещения для охраны и прислуги, а также гаражи для многочисленных автомобилей и мотоциклов как самого мистера Чжанга, так и его сына.