Атлантическая премьера - Леонид Влодавец

Чудо-юдо удивленно вскинул мохнатые брови и остановился, а затем повернулся в мою сторону.

— У вас произношение настоящего янки, — произнес он на чистом английском,

— только не припомню, из какого штата. Вы посольский ребенок?

— Надо вам заметить, сэр, что из детского возраста я вышел согласно действующему в нашем государстве законодательству… — Эту фразу я произнес почти так, как произносили ее классики британской литературы, прочтенные Брауном в юаровском госпитале.

— Чудо-юдо расхохотался и сказал по-русски:

— Давайте знакомиться! Меня зовут Сергей Сергеевич.

— А меня — Николай Иванович! — Я встал и церемонно наклонил голову. Конечно, это было не без Прикола, но Чудо-юдо и ухом не повел.

— Подходите к нам! — пригласил он. — Посидим, поболтаем… На англосаксонском диалекте!

— Во дает! — уже двигаясь следом за Чудо-юдом, услышал я реплику Толяна.

— Шпарит без запинки. Я ж говорил — спецназ.

Усевшись на полотенце рядом с Сергеем Сергеевичем и близняшками, я не очень знал, о чем следует говорить, но Чудо-юдо немедленно взял диалог на себя:

— Я очень удивился, когда Зина и Лена сказали мне, что один из друзей Игоря неплохо говорит по-английски. Причем, судя по всему, только-только вернувшись из Советской Армии. Знаете, это не часто встречается. Вы где-то учились?

— Позвольте мне не отвечать на этот вопрос, — ответил я по-английски. — Считайте, что у меня врожденный дар.

— Вам, наверное, следует поступать в институт, — заметил Сергей Сергеевич. — Разговорным языком вы владеете как родным. Я понимаю, что у вас, возможно, дана подписка о неразглашении … Но все-таки вы привлекли к себе внимание. Вы еще не выбрали, куда будете поступать?

— Скорее всего вообще не буду, — ответил я по-русски.

— Желаете пополнить ряды славного и героического рабочего класса? — прищурился Чудо-юдо. — Интересно, интересно. Хотя я знаю, что есть и такие — рабочие. Правда, у них высшее инженерное образование и они выполняют разный шеф-монтаж в странах «третьего мира». Может, у вас такие планы?

— Я пока не думал, сперва хочу передохнуть и осмотреться. Я ведь только-только из армии.

— И все-таки решать придется, — улыбнулся Сергей Сергеевич. — Родители заставят.

— Меня некому заставлять, — тут я, наверно, был искренен, но не прав. Родителей, чтоб заставить куда-то поступать, у меня не было, но я как-то позабыл о том, что я — человек, от которого НИЧЕГО на зависит. Именно в этот момент опять проявила себя та непонятная сила, которая управляла мной во время драки в электричке. Правда, на сей раз она не стала подчинять себе мои мышцы. Она взяла под контроль мою речь. Я думал одно, а произносил совсем другое. Мне, только что произнесшему самонадеянную фразу, сразу дали понять: «Ты — робот. Мы можем заставить тебя делать все, что нам угодно!»

— Меня некому заставлять, — повторил я, — но если б кто-то не только заставил меня, но и поддержал, то был бы не против.

— Симпатичная мысль, — поощряюще подмигнул Чудо-юдо. — Я, знаете ли, сам придерживаюсь примерно таких взглядов. Кроме того, вам явно нужна поддержка. Время летит быстро — не успеете очухаться, как уже ничего в жизни не сможете. Большинству молодых родители обеспечивают какой-то старт, а у вас, как я понял, родителей нет. У меня тоже родители умерли рано, и пришлось быть «сам себе голова».

— Знаете, Сергей Сергеевич, насчет родителей я не согласна, — вмешалась в разговор Зина. Родинка у нее на шее при ближайшем рассмотрении оказалась похожа на сердечко или червового туза.

— С чем именно?

— Ну, с тем, что они обеспечивают, как вы говорите, «старт». Они, наоборот, иногда мешают нормально стартовать. Потому что у них для детей есть своя программа, которую они хотят выполнить…

— … и не спрашивают нас, — вставила Лена, — хотим мы исполнять их «высочайшие повеления» или нет. Знаете, кем хотел бы видеть нас наш папа? Продавщицами! Вероятно, одну в продовольственном, а другую — в промтоварном.

— А кроме того, он очень переживает от того, что у него общий уровень ниже нашего. Он стыдится этого, — заявила Зина.

— Наверно, — сказал я, — но не надо бы ему это напоминать. Про уровень. Все-таки он вас растил, кормил и так далее…

— Ты еще скажи, что мы его должны благодарить за наше зачатие, — хмыкнула Лена. — Попал двумя сперматозоидами в одну яйцеклетку. Снайпер!

Чудо-юдо испустил раскатистый хохот. Ему, видно, нравились подобные приколы.

— Сказано в Писании: «Чти отца своего…» — отсмеявшись, произнес Сергей Сергеевич. Тут я как-то непроизвольно подумал, что из него вышел бы неплохой поп.

— Вы в Бога верите? — поинтересовался я.

— Не очень, — сказал Чудо-юдо, — но Библию читаю регулярно. Очень полезно, хотя в нашем атеистическом государстве это не поощряется… Так вот, милые девицы, я в общем разделяю ваше мнение насчет культурного уровня уважаемого Ивана Михайловича. Да, у него нет высшего образования и среднего, по-моему, тоже. Но он — несомненно талант. Мастер на все руки. Прекрасный организатор, между прочим.

— Шабашек? — усмехнулась Лена.

— Ну, как назвать — это не проблема. Он — прирожденный предприниматель,

бизнесмен! Да живи он в Америке, то уже бы давным-давно был бы миллионером. Здесь он вынужден ловчить, прятаться, а там для него свобода. Но его сорок два года жизни прошли при Советской власти — и вот он, результат. Очень низкий официальный и социальный статус, необходимость укрывать доходы, невозможность расширить свое дело… Конец, как это ни печально — алкоголизм и преждевременная старость.

— Пьет он действительно много, — кивнула Лена.

— И аж загорается, когда бутылку увидит! — добавила Зина.

— Потом еще хуже будет, — сказал я, точнее, меня заставила сказать это таинственная внешняя сила. Она то проявлялась, то отступала куда-то. Иногда я говорил сам, иногда по ее указке. Иногда она вообще затыкала мне рот и не давала сказать то, что вертелось на языке. Мне почему-то не было страшно, а только противно. Они или он — черт его знает, сколько их там! — сидели у какого-нибудь пульта управления и нажимали кнопки, а может быть, в компьютере какая-нибудь программа работала.

— Увы, но это так! — подтвердил Сергей Сергеевич — Потому я и надеюсь, что вы, девочки, в этом году обязательно поступите. Кстати, Николай, вам тоже еще не поздно подать документы… Еще три недели.

— А что у вас сдают? — спросил я, хотя это меня? ничуть не интересовало еще пять секунд назад.

— Иностранный язык, историю, русский язык и литературу устно и сочинение. Вполне посильно для вас. Я бы мог оказать вам помощь…

— Да ведь сейчас лето, вы отдыхаете, наверно… — это сказал я сам, внешняя сила не мешала.