Лесная армия - Александр Тамоников

– И чем займемся, товарищ майор? – расстроенно протянул Безуглов. – Мы не волшебники, двое суток, считай, прошло…

– И бутыль самогона в качестве запасного плана… – из последних сил пошутил Караган.

– Давайте представим, – предложил Коля Цветков. – Группа из девяти человек выходит на трассу. Ночь…

– Возможно, дело шло к рассвету, – предположил Павел. – Если посреди ночи их видел пацан Петька, то сюда они дошли… не раньше пяти-шести утра. Все же в темное время приходилось идти, фонари зажигали нечасто… Предположим, что эти люди направлялись в Старополоцк – больше некуда. Машины уже ходили. Пешком отправились – через все посты?

– Почему бы нет, – пожал плечами Безуглов. – Если они выдают себя за подразделение красноармейцев, а Абвер славится тем, что лихо подделывает наши документы…

– Но точно мы не знаем, – возразил Павел. – Поэтому слушай мою команду: двое – на ту сторону, двое – здесь, прочесать кусты и придорожные канавы.

Находку сделал Коля Цветков – минут через десять, на правой стороне дороги. Не сказать что судьба улыбнулась, но это было хоть что-то.

Лейтенант позвал товарищей каким-то странным голосом. Он сидел в траве, зажимал нос и выразительно кивал на кусты. Запашок был убийственный – тело пролежало на свежем воздухе не меньше двух суток. Его утрамбовали в кустарник, но неглубоко. Рискуя потерять очки, Караган забрался внутрь, взял мертвеца за воротник. Остальные тянули со стороны дороги.

Тело положили в траву. Офицеры отворачивались, Караган схватился за носовой платок. Это был сержант Красной армии в расстегнутой фуфайке. Немолодой, со щеточкой седоватых усов. Убит выстрелом в спину.

– Возможно, БраМит на ствол навернули, – предположил Безуглов.

Мертвеца обыскали. Документов не было – только спички, кисет с махоркой, пачка курительной бумаги. Возможно, он был водителем. А вот это могло стать реальной зацепкой.

Тело оттащили на обочину, принялись искать дальше. Безуглов обнаружил следы протектора – машина съехала с дороги и сделала остановку. Видимо, здесь проголосовали. Добрый оказался сержант, взял попутчиков на свою голову…

Судя по рисунку шин, грузовик «ГАЗ-АА» грузоподъемностью полторы тонны. Девяносто процентов грузовых машин в Советском Союзе были именно этой марки.

Коля Цветков въедливо разглядывал отпечатки колес, ковырял их веточкой.

– И у тебя, Коляша, внутреннее ухо воспалилось? – пошутил Караган.

– Да иди ты… Лично мне все ясно, – сказал Цветков. – Машину остановили – значит, внешний вид людей не внушал подозрений. Водителя убили, оттащили в кусты. Пассажиров в машине не было. Возможно, вез груз в Старополоцк. В городе они, товарищ майор. Отказались от затеи идти пешком – могли иметь основания.

– Ты уверен, что в городе? – хмыкнул Караган. – Могли развернуться и в обратную сторону податься. В Нозырь, например, – до него тут верст двенадцать.

– Но что-то подсказывает, что они поехали в Старополоцк, верно, товарищ майор? – молодой лейтенант уставился на Кольцова.

– Подсказывает, – кивнул Кольцов. – Пешком тащиться три версты они не захотели, да и меньше подозрений вызывают люди, передвигающиеся на машине…

Санитарный фургон, идущий порожняком, оказался очень кстати. Водитель в звании ефрейтора всячески отнекивался, уже сожалея, что остановился. Пришлось сунуть под нос удостоверение СМЕРШа, а Безуглов еще и поиграл мускулами, показал увесистый кулак. Тело сержанта погрузили в фургон, укрыли брезентом.

– Доставишь в морг городской больницы, – приказал Кольцов. – Улица Зыряновская, дальше – сам знаешь. Пусть держат до особого распоряжения. Скажешь, приказ майора Кольцова из военной контрразведки. Да поспешай, родной, пока твой фургон насквозь не пропах.

Санитарная машина исчезла в темнеющем воздухе, затихли матюки водителя.

– Пешком пойдем? – спросил Безуглов.

– Да больно охота каблуки сбивать, – проворчал Караган. – Весь день сбиваем. Тут, конечно, не оживленная автотрасса, но машин хватает. Я правильно мыслю, командир?

– Так точно, товарищ капитан, – кивнул Павел. – Остановите машину.

Водитель полуторки – низкорослый рябой мужичонка, везущий в Старополоцк груду покрышек, долго не кочевряжился. Оперативники забрались в кузов, с удобством устроились на шинах.

– Вот это добре, – бормотал Безуглов. – Вот это дело. Нет чтобы с самого утра так…

Павел привалился к борту, закрыл глаза. Машина тряслась, гремели и лязгали борта. Все, что они делали, было малопродуктивно, сомнительная капля в море. Крепли опасения, что переодетая вражеская группа уже двое суток в городе, затаилась, приготовилась гадить – а может, уже гадит. Ладно, хоть узнали о ее существовании. Могли и не узнать…

Три версты пролетели незаметно. Уже сгущалась темнота, когда машину остановили для проверки у северного въезда в город. Жилых домов поблизости не было, лишь основательно потрепанные фабричные корпуса. Здесь находился стационарный пост: шлагбаум, караульное помещение в придорожной сараюшке. Вдоль обочин – баррикады из мешков с песком, ручной пулемет Дегтярева. Службу несло отделение красноармейцев из 5-й механизированной бригады под командованием рослого старшины.

Бойцы остановили машину, приказали предъявить документы. Бумаги водителя оказались в порядке.

– Все нормально, товарищи офицеры, можете не спускаться, – сказал ефрейтор, разглядев в полумраке корочки СМЕРШа, – счастливого пути.

– Нет уж, мы спустимся, – Павел первым покинул машину. Остальные тоже повалили с борта. – Ты хорошо рассмотрел наши удостоверения? А если липа, и махровый враг под видом офицеров проникает в город, чтобы устраивать диверсии в советском тылу? Ты в курсе, что немецкая разведка научилась подделывать наши документы, да так, что и советские специальные типографии позавидуют?

Ефрейтор растерялся. Подбежал усатый старшина Осипов, молодцевато отдал честь.

– Службу несем без замечаний, товарищ майор, – отрапортовал он. – Все по уставу, проверяем людей и машины согласно инструкции. К сожалению, ночевать приходится посменно в этом сарае – дежурим по четыре человека, людей у нас не хватает…

– У людей ваших не хватает, – проворчал Караган, покрутив пальцем у виска. – Халатно относитесь к обязанностям, товарищ старшина.

– Я не понимаю, товарищ майор… – у старшины забегали воспаленные глаза – этим людям действительно удавалось спать урывками.

– Кто дежурил две ночи назад? – спросил Кольцов. – Время – от четырех до шести утра? Чтобы через минуту стояли здесь.

Он придирчиво осмотрел прибывших из караулки бойцов. Двое – молодой и постарше. У второго слезились глаза, он с трудом подавлял зевоту. У молодого топырились уши, но на вид он казался смышленее.

– Красноармеец Баранов, – представился старший.