Легионер - Сергей Зверев

Говоря это, Семенов вдруг расплылся в широченной улыбке, вспомнив свой первый прыжок в «десантуре». Поначалу он не боялся, но вот когда дело дошло до покидания самолета, тут-то его и застопорило. Этот прыжок он запомнил на всю жизнь. После грозного окрика командира Семенов тем не менее с силой оттолкнулся от порога и ушел в пустоту. Внутри все оборвалось, и он, падая вниз, издавал нечеловеческой силы вопли. А потом ведь ничего — прыгал и даже кайф от этого испытывал!

— Ты чего лыбишься? — поинтересовался Мазур.

— Да так, вспомнил кое-что из боевой юности.

— Я смотрю, ты просто весельчак, — ухмыльнулся Мазур.

— Что есть, то есть, — подтвердил Семенов. — Я грузиться не люблю. Что бы ни случилось, надо плевать на проблемы. Нет, решать их, конечно, нужно. Но принимать близко к сердцу — это уж, извините. Сколько народу с инфарктами по всему миру на тот свет отправляется!

— Ну а если тебе, такому пофигисту, руки-ноги поотрывает? — ехидно вопросил водитель, поглядывая на него в зеркало. — Ты и тогда грузиться не будешь?

— Ну, чего сразу — руки-ноги? — замялся десантник. — Я же так, вообще… по жизни…

— А я вот вспоминаю такой случай, — сказал водитель, неспешно правя автомобилем. — В Африке это было. Наш сержант подорвался тогда на растяжке. И оторвало ему тогда две руки и ногу. А уж четвертую конечность в госпитале оттяпали. И получился он со всех сторон обрезанный. Как жить было бедолаге? Так вот, после того, как выписался он, долго не прожил — сердце не выдержало. Кому ты такой нужен? Зачем жить?

Он покрутил головой, вспоминая эту мрачную историю.

— Так вот, я не делаю из тебя идиота, а объясняю, чтобы лишних вопросов не возникало, — пояснил Мазур, обращаясь к Семенову. — Я отвечаю за всех и за каждого, в том числе и за тебя.

Парня нужно было учить и учить, но Мазуру хотелось сделать из него — нет, не гения. На это тамбовец никак не тянул. Хотелось сделать человека, четко представляющего свою задачу и так же четко ее выполняющего.

— Понимаешь, Семенов, — говорил он, — то, что ты был десантником, это все, несомненно, хорошо. Но эта страница в твоей жизни уже перевернута. Представь себе жизнь, как книгу. И вот ты уже на другой странице. Возьми все полезное и иди дальше.

Поневоле Мазур стал говорить словами одного китайского мудреца, о существовании которого веселый Семенов и подозревать не мог.

— Все твои навыки здесь приветствуются, но ты привыкай к тому, что попал к миротворцам. Понимаешь? Мы не воюем, а прекращаем эти самые войны. Так что здесь нужно еще думать головой, желательно представлять себе хотя бы в общих чертах страну, в которой в настоящее время находишься.

Значимость и секретность прибора подтверждалась соответствующей охраной. Охранялся микроавтобус, словно банковский броневик с миллиардом долларов. В кортеж входили легкий танк, БМП, джипы с пулеметами. Вчера Мазур поговорил на эту тему с оператором, обслуживающим генератор. Мишеля, естественно, интересовал вопрос, как же быть в критическом, так сказать, случае, если оный вдруг представится. Оператор сообщил, что в случае нападения и невозможности вырваться он получил приказ — немедленно уничтожить всю аппаратуру.

Колонна медленно продвигалась по горной дороге.

— Красивые у них здесь места, — сказал, глядя на горный пейзаж, водитель. — И ведь всегда оказывается: чем лучше страна, чем красивее, тем больше у нее проблем. Вместо того чтобы спокойно заниматься своими делами, люди стреляют, режут, убивают друг друга. А так ведь глянешь — жил бы и радовался.

— А ты сам-то откуда? — поинтересовался Семенов.

— Я родом из Словакии, — отозвался водитель.

— Ну и что у вас, места хуже, что ли?

— Почему хуже? — возмутился словак. — Да моя страна — одна из красивейших в мире. Это в каждом туристическом справочнике можно прочитать. Какие у нас горы! А леса! Одним словом, сказка.

— Так что же ты родину-то покинул? — ехидно поинтересовался Семенов. — Променял на чужие горы, а?

— А сам-то! — вскинулся водитель.

Легионеры дружно засмеялись. Да, у каждого была родина, самая красивая в мире, а вот судьба распорядилась иначе.

— Господин Мазур, а почему мы так медленно тащимся? — недовольно спросил Берзинс. — У меня складывается такое впечатление, что если идти пешком, то дойдешь быстрее.

— Согласен, — невозмутимо ответил Мазур. — Передвигаемся мы небыстро, но ведь дорога-то опасная.

— А вы на что?

— Мы обеспечиваем вашу безопасность, это верно. Но вот они, — кивнул Мазур вперед, туда, где продвигались саперы, — выполняют свою, специфическую задачу. Ведь от взрыва мины я вас едва ли смогу защитить.

Эмиссар поджал губы и отвернулся. Вскоре саперы доложили — все проверено, мин нет.