Гроза северных морей - Сергей Зверев

– Нашел тоже из-за чего переживать! – хохотнул Роговец. Согнул руку в локте, демонстрируя внушительных размеров бицепс. – Мы с тобой их всех одной левой! К тому же нет там никакой шпаны, иначе фабричные девочки не были бы такими голодными до мужиков.

Вместо ответа Владимир проворчал:

– На фига тебе еще один конец?

– Что? Второй конец? Мне? Зачем? И одного вполне хватает.

– Да не тебе, остолоп! Это Юрка требует. Давай, табань помаленьку вон к тем пузырям и топи линь.

Пожав плечами, Игорь взялся за весла. Катер неспешно двинулся в указанном направлении.

– Хорош! Стой!

С негромким плеском в воду ушло свинцовое грузило, утягивая за собой синтетический трос. Вытравливая метр за метром, Игорь склонился к воде. Хоть она и прозрачная, дна разглядеть было нельзя. К тому же яркие солнечные блики от поверхности мешали зрению.

«Поднимай наверх», – просигналил водолаз, трижды дернув за только что опущенный трос. Роговец послушно потянул его на себя, но не тут то было. Нахмурившись, он уперся в борт, вены на висках вздулись от напряжения. Катер накренился. Рывок – и трос пошел уже легче, свиваясь мокрыми кольцами на дне лодки. Студент даже вспотел.

– И что за корягу этот подлец заставил меня тащить? – возопил он, когда из воды показался поросший водорослями предмет. С трудом перевалив его через борт, принялся разглядывать.

– Что-то не очень на корягу тянет… – тихо поделился с ним Вовка. – Уж больно квадратный.

– Вот, блин, отыскал же штуковину. – Верзила достал нож и со вздохом присел над находкой. Снял пальцами прилипшую черно-зеленую тину, постучал обушком. – Железная, похоже…

– Игорь, ты где-нибудь в уголке поскреби, – посоветовал напарник, выбирая сигнальный конец – дайвер поднимался на поверхность следом за добытой со дна штуковиной.

– Без сопливых разберусь, – огрызнулся Игорь и принялся счищать лезвием налипшую грязь. Блеснул металл, заставив парня душевно выругаться. – Твою мать! Зуб даю, серебро это!

Снова запищала рация – это с берега заметили активность над местом подводных работ.

– Да ответь ты им, не отстанут! – взмолился Вовка. – Знаешь же, что мне нельзя «сигналку» из рук выпускать, пока Юрка на борт не поднимется!

– Ладно, не ворчи, как дед старый! Потерпят, не пожар. Мы тут еще сами не поняли, что к чему… Что же это за ерундовина такая? Окно, что ли? А на фига из серебра его делать? А чего это мы с тобой, Вовка, головы ломаем? У нас же для этого есть те, кому это по статусу положено. Вон их сколько на берегу сидит – дармоедов-бездельников. Давай-ка эту хрень им оттащим, а там пускай сами разбираются – наше дело маленькое.

Метрах в двух от катера с плеском выскочил яркий шар – это водолаз обозначил место находки буйком. Через пару минут из «кипящей» пузырьками воды показалась голова в маске. Фонтанчики брызг энергично разлетались в стороны от клапанной коробки при выдохах, делая аквалангиста похожим на фыркающего тюленя. Игорь ловко подвел плавсредство к вынырнувшему парню, ухватился за ремни дыхательного аппарата и помог перевалиться тому через борт. С облегчением вздохнул: водолаз уже в лодке, значит, и страхующему можно расслабиться. Неторопливо распахивая свой «знойный» костюмчик, Роговец справился с этим быстрее, чем ныряльщик освободился от акваланга.

Юрий выглядел усталым, но довольным до крайности. Отлепив от лица маску, он протер мокрой ладошкой лицо с красными следами прижима силиконового уплотнителя и улыбнулся во все тридцать два зуба:

– Видали? Еле из ила выковырял…

– Ты на трех метрах остановку не забыл от радости? – Игорь подсобил ему стащить с мокрого компенсатора плавучести «упряжь» с воздушными баллонами. – А то по глупости кессонку заработаешь – никакие богатства мира не обрадуют.

– Нормально все. – Парень сдвинул капюшон и попытался привести в порядок мокрые сбившиеся кудри. – Дайте глянуть при свете дня, что мне попалось.

Осмотрев железяку со всех сторон, он с сомнением покривился:

– Не, пацаны, под водой она смотрелась более презентабельно. А здесь напоминает кусок металлолома, мы такие в школе собирали…

Роговец взял из его рук тяжелую находку, потряс ее, прикидывая вес, а потом размахнулся в сторону борта:

– Раз и тебе не нравится – пусть тогда дальше себе валяется, где валялась!

– Э! Э! – хором закричали на него ребята, видя, что шутник и впрямь собирается вышвырнуть кусок замусоренного металла. – Не балуй! Сам за ней полезешь! И без акваланга!

Роговец загоготал:

– Что? Купились? Ха-ха! Ладно, пожалею я вас. Но только, чур, вы на веслах!

Рация разрывалась от натуги, пытаясь вызвать к себе интерес со стороны молодых людей, которые возбужденно обсуждали между собой найденный предмет, не торопясь делиться новостями с остальными членами экспедиции. Но на жалобный писк никто не реагировал, было не до того. Слишком непонятным и заросшим был металлический прямоугольник, извлеченный со дна. Сойдясь на том, что без специальных инструментов очистить его не удастся, они все-таки вспомнили о профессоре и, не переставая оживленно спорить, направили катер в сторону ярких палаток.

Встретили их сурово. Подбоченясь, на берегу стояла Маша и демонстративно держала в руках свой радиопередатчик. Рядом недовольно шевелил усами сам Рубашников, которого неугомонная девушка вытащила из тени навеса, чтобы восстановить-таки дисциплину в лагере. За их спинами собралась кучка любопытствующих, предвкушавщих сцены расправы. Взбучка водолазов ждала еще та! Игорь, как наиболее привычный к экзекуциям такого рода по причине своей врожденной расхлябанности, приободрил товарищей:

– Победителей не судят! Они нас еще на руках к столовой отнесут и по двойной порции выдадут, не дрейфьте!

Первой в атаку пошла Маша: не дожидаясь пока катер причалит к импровизированному пирсу, она возмущенно набросилась на парней, благо ее звучный голосок позволял это сделать:

– Роговец! Ты что, язык проглотил? Или рацию? Мы здесь места себе не находим, думаем, что-то случилось, а тебе лень кнопку нажать? Гляньте на него – он еще улыбается!

– Спокойно, Маша! Я – Дубровский… – попытался пошутить Игорь, орудуя веслом. Но его монолог был резко прерван:

– Надо же! Русский язык, оказывается, еще не забыл, вот чудо-то! А ответить нам никак не мог? А вы, Юра, Вова? Я понимаю, Роговец – на него никогда нельзя положиться. Но от вас я никогда такого не ожидала!

– Маш! – взмолился Игорь, видя, как слетело с лиц друзей выражение радости. – Их не трогай. За связь с берегом я отвечал! Виноват, каюсь. Только ногами не бей, ладно? Прости, но меня твое поведение удивляет и обижает! Даже не спросила, что у нас стряслось, а сразу с упреками набросилась!

Катер глухо стукнулся о деревянный настил и был немедленно пришвартован к вбитому в землю колышку.