Тротиловый эквивалент - Лев Пучков

Но не это главное. Главное, что жить на выделенном участке можно было только в летнее время и очень недолго.

Уже через пару месяцев расположение команды изрядно похорошело во многом благодаря хозяйственности Глебыча и расторопности Петрушина и Васи.

Полуразвалившиеся жилые модули укрепили, вкопали до половины в грунт и утеплили толем. Столовую, «ленкомнату», спортуголок и «душ» (ту самую бочку с приваренным краном) собрали в кучу под четырехскатной крышей украденной где то Глебычем УСБ 56[16]. Рукастые Подгузные такой блиндаж отгрохали — загляденье, хоть инженеров всей группировки собирай да на экскурсию веди. Вместо дырявого кунга теперь стоит новая «КШМ» (командно штабная машина), в которой обитает Лиза. Вся аппаратура в «КШМ» исправна, кроме того, дополнительно присутствует стационарный блок спутниковой связи для бесперебойного общения с представителем Витей. Связь частенько используется не по назначению — звонят куда ни попадя, но Витя на это закрывает глаза. А куда он, на фиг, денется с подводной лодки?

Экипировку, соответствующую характеру выполняемых задач, выбили при помощи того же Вити, а транспорт добыли сами: «БРДМ» (это личный Васин, он нигде не значится, поскольку фактически списан) и в отличном состоянии «УАЗ» (это вообще трофей). Линия к участку команды не подведена, но Глебыч выбил у связистов два средства энергоснабжения: большой дизель — для общих нужд и «дырчик» (это такой бензоагрегат) сугубо для «КШМ». А как то на досуге Петрушину с Васей кто то не по своей воле подарил телевизор и пару видеомагнитофонов.

В общем, можно жить и работать.

С командованием группировки и руководителями силовых ведомств у «оперативно аналитической группы неспецифического применения» с самого начала сложились непростые отношения. Напомню, инициатива создания данного формирования исходила из аппарата Президента (все тот же Витя расстарался), и потому военным и ведомственным начальством воспринята была весьма негативно.

Впрочем, на этот счет никто иллюзий и не строил. Сами все командиры и начальники, понимают, что к чему. Представьте себе, что вы начальник. Допустим, директор какого нибудь мясокомбината. В один прекрасный день начальник вашего начальника звонит вам и говорит, что у вас в разделочном цехе будет обкатываться некая новация. А какая конкретно, не говорит, но намекает — ты тупой, все равно не поймешь. Потом у вас забирают самых вредных, но профессионально обученных и лучших в своем роде специалистов, и они в вашем же цехе, на вашем оборудовании и материале начинают развлекаться не пойми чем.

Например, из свиной вырезки искусственные фаллосы сооружают и коптят их с померанцем. Теперь они, эти ваши люди, работающие у вас, на вашем материале и оборудовании, вам не подчиняются, а командует ими какой то посторонний умник, который и в цех то вообще ни разу в жизни не заходил. А когда вы пытаетесь мимоходом напомнить о своем начальственном праве, вам опять ненавязчиво этак намекают: а ты не лезь, это, между прочим, не твое дело. Твое дело дать все что просят, оказать всевозможное содействие и не мешать. А самое обидное, что начальство вашего начальства без обиняков заявляет на ваши робкие вопросы: возглавляемый вами комбинат функционирует из рук вон плохо, а эти славные парни, в работе которых вы ни бум бум, сейчас как раз тем и занимаются, что поправляют положение вашего предприятия. Вы радуйтесь, радуйтесь, чего вы такой угрюмый, мать вашу так?

Я почему то думаю, что вам такая постановка вопроса не очень понравится.

Ведомственному и армейскому начальству это тоже здорово не нравится к отношение у них к команде, как бы это помягче сказать... Короче говоря, до того холодное, что местами даже с проледью...

* * *

По прибытии на базу обслужили оружие и без обычного энтузиазма пообедали.

Настроение было — дрянь. Каждый в своей мере ответственности готовился к командной либо ведомственной обструкции.

— Предлагаю снять калитку, — попытался разрядить обстановку Вася. — А то пружину сломают. И всем встать раком у забора. Лизы не касается, пусть к связистам уйдет. Не дамское это дело...

Шутка, прямо скажем, не удалась. На маленького разведчика все посмотрели как на врага народа, а большой брат Петрушин выразительно крякнул и зачем то погладил рукоять своего боевого ножа.

— Да ладно вам, — стушевался Вася. — Я тупой, мне можно...

Вскоре после обеда началось.

Подъехали эксперты с места происшествия, доложились по инстанции, начальники тут же приступили к «разбору полетов». На командование никого вызывать не стали, и собственно разноса как такового не было — оперативная подчиненность представителю спасла. Но каждого члена позвали для беседы в самые разные места — по ведомственной принадлежности. Иванова, например, вообще пригласили «попить кофе» в УФСБ (кто не в курсе, армейская контрразведка подчиняется чекистам, а не командующим округами). Живописать детали не станем, это долго и нудно, а общий лейтмотив был таков: как же так, товарищи? Как такие специалисты, можно сказать, лучшие из лучших, могли допустить этакую жуткую залепуху?!

Разумеется, команда состоит из типов, которые к начальственному гневу относятся, мягко говоря, ровно. Но теперь их никто не ругал, а просто со скорбным видом задавали вопросы. Ах, какой замечательный повод ткнуть профессионалов носом в лужу и всласть покуражиться над ними!

— Надругались, как над парализованной бабусей, — пожаловался Лизе прибывший от начальника штаба группировки Петрушин. — А самое обидное, крыть нечем...

А чуть позже стала хлопать та самая калитка. Весть быстро облетела базу, друзья однополчане потянулись стройной чередой, каждый хотел убедиться, что это всего лишь недоразумение...

Товарищей ждало горькое разочарование. Факт и в самом деле имел место: на глазах у всей засады два каких то вахлака спокойно торпедировали мост и никто даже пальцем не пошевельнул, чтобы им помешать. В результате девять бойцов комендатуры погибли на месте, семнадцать получили ранения разной степени тяжести, из них четверо скончались, не долетев до госпиталя.

Если бы такое случилось с какими нибудь вечно пьяными раздолбаями из стройбата, это можно было бы как то объяснить. Но для специалистов из команды № 9 таких объяснений просто не существовало. Как принято сейчас говорить — не тот уровень...