Особый агент - Сергей Кулаков

Оказавшись в туалете, Роман убедился, что в обеих кабинках никого нет, и плотно прикрыл входную дверь. В принципе лучше было бы вывести Люсьена на улицу, но тот может заартачиться, почуяв неладное, а Роману не хотелось раньше времени начинать боевые действия. Может, удастся договориться тихо-мирно, без лишнего шума и хватания за ворот.

– Ну, что там у тебя? – кокетливо пропел Люсьен, любуясь на себя в зеркало и подправляя пальцем локоны у щеки.

– Есть одно интересное дельце… – убедившись, что кабинки пусты, сказал Роман.

– Ну, говори, что за тайна? Время – деньги.

– Согласен, – кивнул Роман. – Короче: мне нужна твоя помощь.

– Да-а? – протянул Люсьен. – Любопытно. Вообще-то, дорогуша, я по туалетам давно на работаю. Но для тебя – все, что хочешь… И денег не возьму. Как ты хочешь, сзади или спереди?

– Сбоку!

Роман почувствовал, что кое к чему в этой своей новой жизни он так никогда и не привыкнет, и едва сумел справиться с приступом гадливости. Ну, товарищ генерал, спасибо, удружил с заданьицем.

– Что такое? – совсем по-женски захлопал ресницами Люсьен. – Я не совсем понимаю…

– Сейчас поймешь.

Роман достал из кармана пиджака билет в «Эгейское море», показал Люсьену:

– Этот клуб знаешь?

– Знаю…

– Завтра ты пойдешь туда. Там ты увидишь этого человека, – Роман достал фотографию Зимянина, вручил недоумевающему Люсьену. – Его зовут Зимянин Александр Иванович. Познакомься с ним, понравься ему. Если ты ему понравишься – а ты ему обязательно понравишься, – вы поедете к нему домой. Ночью ты откроешь окно и впустишь меня внутрь. Через час-полтора я уйду, никто меня не заметит. Вот и все. Тебе ничто не грозит. Просто, верно?

– Что это за свинья? – разглядывая фото Зимянина, скривился Люсьен. – И с какой стати я должен с ним знакомиться?

– Потому что я тебя об этом прошу.

– А кто ты такой, чтобы я тебя слушал?

– Неважно, кто я такой. Важно, чтобы ты все сделал правильно.

– А если не сделаю?

– Если не сделаешь, – поскучнел Роман, – то тогда, гражданин Булавкин Вячеслав Васильевич, на тебя будет заведено уголовное дело за незаконную торговлю наркотиками. Оперативная съемка и показания свидетелей имеются… Так что минимальный срок в три года тебе обеспечен. Вот ведь какая ерунда…

– Господи, так ты мент?! – с ужасом и отвращением прошипел Люсьен.

– Я не мент. Иначе разговаривал бы с тобой в другом месте. Но специфика моей работы требует иногда некоторой грубости. Если не понимают по-хорошему, приходится прибегать к запрещенным приемам, в том числе и таким…

Дверь туалета распахнулась. Вошли двое крепких парней, неприязненно глядя на Романа.

– Что такое, Люсьен? – спросил один из них, бритый наголо качок с кувалдами вместо кулаков.

– Он тебя обижает? – спросил второй, подпирая мощным плечом первого.

Люсьен молчал, красноречиво глядя на них. Это были охранники клуба, подзарабатывающие на том, что «крышевали» здесь торговлю Люсьена.

– Эй, дядя, – первый амбал расценил взгляд Люсьена как просьбу о помощи и тронул Романа за рукав. – Ты чего пристал к нашему другу?

– Парни, – миролюбиво заговорил Роман, чуть меняя позицию, – сейчас мы договорим – и больше мне ваш друг не нужен. Вышли бы вы отсюда, а?

– Ты че, мент? – на всякий случай осведомился второй охранник.

– Да не мент он! – не выдержал Люсьен. – Так пристал, ненормальный какой-то… Угрожает!

Похоже, он решил любым способом вырваться из туалета и податься в бега. Обычная тактика всего этого гнилого племени. Не слишком эффективная, надо сказать, тактика.

– Ну, если не мент…

Первый костолом обманчиво медленно шагнул к Роману – и вдруг стремительно схватил его за кисть. Наверное, он намеревался как минимум оторвать обидчику Люсьена руку.

Роман легчайшим движением избежал захвата и с лету, подавшись вперед, ткнул согнутыми костяшками пальцев нападавшему под нос. Тот вскрикнул от боли и, зажимая лицо, отшатнулся в сторону.

Второй охранник с руганью кинулся на Романа, занеся кулак для убийственного удара. Роман пригнулся, пропуская кулак над собой, скользнул в сторону и с разворота, вдогонку ударил налетавшего пяткой по затылку. Тот воткнулся головой в стену и со стоном сполз на пол.

Люсьен, вжимаясь спиной в угол, со страхом – но уже и с некоторым восхищением – смотрел на совершенно спокойного Романа, который с видом постороннего ожидал дальнейших действий своих противников.

Первый охранник, шмыгая окровавленным носом, стоял перед Романом, в нерешительности кидая взгляды на своего напарника. Тот сидел на полу и щупал разбитую макушку. Крови было немного, но глаза его были бессмысленны, как у сумасшедшего. Кое-как он поднялся, придерживаясь за умывальник.

– Парни, – сказал Роман участливо. – Я же вас просил: дайте поговорить – и мы мирно разойдемся. Зачем из пустяка делать большую проблему?

Парни явно не понимали, что происходит. Как этот худосочный мужичок с такой легкостью расшвырял двух накачанных тяжеловесов? В чем подвох? И что будет с ними, если они попробуют напасть на него снова?

Но больше всего их озадачивало спокойствие Романа. Как известно, оно подавляюще действует на агрессивных собак и туповатых, мускулистых субъектов. Особенно если этих субъектов хорошенько приложили головой о что-нибудь твердое.

– Ну что, разойдемся по-доброму? – предложил Роман еще раз.

Охранники переглянулись. Они уже смекнули, что Роман не совсем тот, за кого себя выдает. А если так, то лучше уносить ноги, а то можно на такое нарваться, что потом не вылечишься за всю оставшуюся жизнь.

– Люсьен, ты тут, короче, сам… – прохрипел первый витязь, подаваясь задом к двери.

Второй торопливо последовал за ним. Все-таки здравый смысл им пока не изменил.

– Да, да… Ладно, – пролепетал Люсьен. – Я сам…

– Ребята! – окликнул уползавших в дверь охранников Роман, и те невольно вздрогнули. – Вы там постойте пару минут снаружи, чтобы нам не мешали. Хорошо? Только шум не надо поднимать, вам же хуже потом будет.

– Угу, – пробурчал кто-то из них, и дверь осторожно закрылась.

– Ну вот, – улыбнулся Роман, шагнув ближе к Люсьену, – все, оказывается, можно объяснить и на словах. Ты со мной согласен?

– Конечно… – торопливо закивал Люсьен.

– Отлично. Тогда внимательно слушай дальше. Значит, завтра ты едешь в «Эгейское море». Так?

– Да, да…

– Там ты знакомишься с Зимяниным. Постарайся сделать все, чтобы он тобой заинтересовался.

Люсьен, потихоньку смелея, кокетливо улыбнулся: