Черная война - Александр Тамоников

Гринду был вне себя, кричал на бывшего руководителя службы национальной безопасности:

– Как такое могло произойти, полковник? Наши пограничники охотятся на антилоп или охраняют рубежи республики? Почему пропустили отряд Дарбани?

– К сожалению, господин генерал, личный состав двух застав зимбарского пограничного отряда попросту оставил место службы и разъехался по домам.

– Как это могло случиться?

– Вы сами освободили всех военнослужащих, в том числе и пограничников, от присяги президенту Тикунде. Вам же они не присягали.

– Куда смотрели офицеры застав? Или они тоже разбежались?

– Нет, офицеры остались на местах, но что они могли сделать?

– Так, полковник, всех пограничников, самовольно покинувших заставы, срочно разыскать. Бурнад – не такая большая страна, чтобы это было невозможно. Арестовать их и предать суду военного трибунала.

Лунфа вздохнул и заметил:

– Это вызовет массовые волнения среди гражданского населения. Или вы думаете, что родственники пограничников станут равнодушно смотреть, как арестовывают их родных? Да и толку от этого не предвидится. Ведь отряд из Ливии уже находится в Корга, а Абдулла Дарбани проживает в доме Али Макни, лидера террористической организации.

– Черт! – Гринду сбавил тон. – Похоже, Экунзу оказался прав. Теперь у нас два проблематичных района. Если от генерала Чансиду пока каких-либо активных действий ожидать не следует, то обстановка в провинции Зимбар может измениться в любую минуту, причем кардинально. Север во все времена только формально жил по законам республики.

– При Тикунде там было спокойно.

Гринду вновь вскочил и завопил:

– Ты хочешь сказать, что ваххабиты признавали его?

– Я хочу сказать, что он умел найти общий язык со всеми. Но переход в Бурнад отряда Дарбани и активизация Али Макни – еще не все плохие новости.

– Что ты имеешь в виду?

– Москва резко осудила военный переворот.

– Мне плевать на Москву.

– Напрасно. Одними заявлениями Россия не ограничилась.

– В чем дело, Лунфа?

– Президент республики Чано Коллин Матеш заявил о готовности оказать всестороннюю поддержку генералу Чансиду, признал его законным руководителем страны, замещающим арестованного Тикунде. А это значит, что всякая блокада хостурского гарнизона потеряла смысл.

– Но американцы заверяли, что Чано не окажет помощи гарнизону.

– И вы поверили?

– Дальше!.. – грубо приказал Гринду.

– Чансиду не отреагировал на пролет наших штурмовиков.

– Его зенитчики не открыли огонь по «Су-24»?

Лунфа развел руками и подтвердил:

– Нет! Звено вернулось на базу в Алтуси.

– Какого черта? Кто отдал приказ на возвращение звена?

– Командир эскадрильи, в состав которого входит звено.

– Я расстреляю его. Надо было отдать приказ атаковать гарнизон от Хостура.

– Если вы прикажете расстрелять командира эскадрильи, то мы потеряем всю нашу авиацию. У нас всего девять «МиГ-25» и столько же «Су-24». Это хоть какая-то, но поддержка с воздуха.

– Сколько самолетов у Чансиду?

– Тоже девять «МиГ-25». Но у бывшего министра обороны есть еще звено вертолетов «Ми-24» и «Ми-8». – Полковник достал из кейса лист бумаги. – Здесь полные данные о составе вооруженных сил, находящихся в подчинении генерала Чансиду.

– Да что ты мне бумажки суешь? Толку нет от твоих данных, которые могут измениться в любую минуту. Если Матеш обещал помощь, он слово сдержит, и тогда у Чансиду будет столько войск, что их хватит не только на удержание плацдарма. Нам нужно срочно менять ситуацию в Зимбаре.

В президентский кабинет вошел министр внутренних дел генерал-майор Захир Бумжель.

– Приветствую вас, господа. Какие проблемы обсуждаете? Если вы о ситуации в Хостуре, то мое мнение прежнее. Необходимо подтянуть дополнительные силы на восток и уничтожить гарнизон Чансиду. Тогда президенту Матешу будет просто некому оказывать помощь.

– Ты тоже в курсе заявления президента Чано?

– Конечно. Знаю и о том, что отряд Дарбани перешел нашу границу.

– И говоришь об этом спокойно?

– А какой смысл нервничать? От этого Дарбани не уведет своих головорезов из Зимбара.

– Может быть, у тебя есть мысли насчет того, как исправить ситуацию?

– Есть! Я считаю, что необходимо попытаться найти общий язык с Макни.

– Как? А если он потребует передать власть его организации?

– Это вряд ли. Макни понимает, что его никто не признает. А вот обещать автономию Зимбара можно.

– Но тогда исламисты вскоре объявят о создании нового государства. Они оторвут провинцию от Бурнада.

– Какой толк гадать, что будет потом? Нам сейчас надо нормализовать обстановку и использовать Макни с его боевиками в своих целях.

Гринду и Лунфа переглянулись.

Бумжель покачал головой и заявил:

– Да, господа, вы не ослышались. Нам необходимо использовать силы Макни в своих целях.

– Но как? – спросил Гринду.

– Провести переговоры с Макни, обещать ему автономию Зимбара, согласиться на другие его требования, которые вполне могут быть выставлены, а в обмен на это выдвинуть всего одно условие. Макни со своими людьми и отряд Дарбани должны направиться к Хостуру и совместно с соединением полковника Лусике провести боевую операцию против гарнизона Чансиду, уничтожить бывшего министра обороны. Если Макни примет это условие, то…

Гринду оборвал Бумжеля:

– Можешь не продолжать. Если нам удастся столкнуть лбами Макни и Чансиду, то в результате боев у Хостура верные Тикунде войска и силы наемников понесут огромные потери, что значительно ослабит их влияние. У США и их союзников появится повод вмешаться в ситуацию, что приведет к уничтожению нашего внутреннего врага. Никому из нас нельзя вести переговоры с Макни. Но я знаю, кому можно этим заняться.

Гринду подошел к Бумжелю и сказал:

– Я всегда был высокого мнения о твоем профессионализме, Захир.

– Не стоит, Квинси. Мы же одна команда, и цели у нас общие.

– Что в твоем департаменте?

Бумжель пожал плечами.

– Полиция продолжает нести службу. Даже в Зимбаре по-прежнему функционируют все управления и отделы. Другое дело, что в северной провинции приходится закрывать глаза на действия боевиков Макни, но это оправдано.

– А если твои люди перейдут на сторону исламистов? – спросил Лунфа.

– Ну что ж, обойдемся и без них. Порядок наведем после того, как снимем внутренние проблемы.