Мятежный остров - Сергей Зверев

– Да-а, не говорите, – согласился прапорщик Сазонов.

Такси выехало на загаженную набережную. Впереди начинались пирсы.

Сазонов щедро расплатился с таксистом:

– Адьёс!

– Удачи! – улыбнулся шеф.

Он не стал задерживаться в этом районе, врубил заднюю передачу, развернулся и поехал к центру.

Ростислав пошел вдоль стоящих на причале яхт, катеров, китайских джонок, местных тримаранов. Выбрал себе европейского вида катер с названием «Долфин» – по-английски «дельфин». К счастью, капитан Алеханро был на борту, и пачка американских банкнот была для него хорошим аргументом, чтобы отправиться водным путем на север наибольшего филиппинского острова Лусон. Однако капитан попросил немного подождать, пока он дозаправит свою посудину.

– Топливо я покупаю только у своего друга. На севере мне его загонят втридорога, – объяснил Алехандро.

Он сжал в кулаке доллары, взятые вперед у «испанца», и скрылся в узких улочках между неказистыми домами с облупившейся краской.

Сеньор Франсиско-Мануэль не прочь был подождать и направился в местный бар. За вывеской «Китайский дракон» под парусиновой белой в красные полоски крышей-зонтом стояли несколько деревянных столов и лавок. Аромат от этого открытого заведения питания разносился по всему кварталу. Запах был пряным, щекотал ноздри.

К своему удивлению, за одним столом прапорщик Сазонов увидел европейца в сером костюме.

– Бармен, виски мне и этому господину, – громко по-английски сказал «испанский подданный». – Добрый день! – обратился он к европейцу. – Ду ю спик инглиш?

– Соу соу, – ответил тот, оторвав свой взгляд от своего стакана с золотым напитком, и покачал головой.

– Абла испаньол? – не унимался сеньор Бенавидес.

– Но, – резко ответил человек в костюме. – Юс калбат литувишкай? – задал он встречный вопрос.

– Литувишкай, литувишкай, – улыбнулся Франсиско-Мануэль. – Значит, вы говорите по-русски, – с испанским акцентом по-русски проговорил Сазонов.

У себя в части Ростислав, бывало, смешил своих сослуживцев, перенимая различные акценты: кавказский, прибалтийский, азиатский, английский, но испанский ему удавался лучше всего. Прапорщик Сазонов внутренне преображался, когда говорил с испанским акцентом, представлял себя этаким бесстрашным, гордым тореадором.

– По-русски я говорить могу, – с прибалтийским акцентом ответил европеец и осмотрелся по сторонам.

Несколько рыбаков и грузчиков негромко разговаривали на местном языке. Ели руками серо-желтый рис. Палочками, как в других районах Юго-Восточной Азии, обыкновенные филиппинские граждане ели неохотно. Или ложками и вилками, как это делали испанцы, или по-простому – руками. Некоторые из посетителей бара украдкой посматривали в сторону колоритных европейцев.

Бармен с полотенцем на руке поднес два фужера с бурбоном и бесшумно удалился за барную стойку.

– Хесус Рамон Франсиско-Мануэль Бенавидес. Из Севильи, – представился прапорщик Сазонов.

– Вот как? Альгердас Синкявичус из Каунаса. Город в Литве такой есть. Когда-то был столицей этой европейской страны.

– Великолепно! – радостно произнес «подданный испанского короля». – За встречу!

– За встречу! – согласился литовец.

Они осушили по половине фужера.

– Вы, случайно, не к филиппинским хилерам направляетесь? – продолжал расспрашивать покрасневший от выпитого сеньор Бенавидес.

– Именно к ним, – кивнул Альгердас.

– И с какой целью? Лечиться или из любопытства?

– Мозоли с заднего места вырезать… Надоело сидеть на одном месте.

И оба европейца громко засмеялись.

Посетители оглянулись, хотя веселыми туристами их было не удивить.

– Слушай… Слушайте, сеньор, как вас…

– Франсиско-Мануэль.

– Так-так… Мануэль. Вас не раздевали на таможне? – поинтересовался литовец.

– Да нет. Все нормально, – заверил испанец.

– А вот меня эти узкопленочные погранцы чуть ли не догола раздели. Осмотрели всего с головы до пят и с пят до головы, – презрительно скривился Альгердас.

– Наркоту ищут. Обычное дело.

– Обычное… Что-то не похоже. Наверное, их моя белая кожа в раж ввела. Слишком всматривались в прыщики, трещинки, шрамики.

– Да забудь, – махнул рукой «подданный испанского короля». – Все позади. Мы на гостеприимной филиппинской земле… Давай выпьем, Альгердас, и перейдем на «ты».

Европейцы разом осушили фужеры.

– Знаешь, Мануэль, я в зеркале увидел, они на мой старый шрам под лопаткой как-то нервно косились.

– А медицинскую страховку они у тебя спросили? – деловито спросил испанец.

– Спросили.

– Вот и косились. А вдруг у тебя старые раны откроются. Зачем им проблемы на голову, если ты на их земле начнешь коньки отбрасывать.

Европейцы уже говорили на чистом русском без всяческих акцентов. И все реже и реже осматривались.

Они не стали тянуть с виски и быстро допили его.

– Ну что ж, приглашаю прокатиться вместе со мной, – сказал «испанец». – С ветерком. Я уже договорился.

Европейцы встали из-за стола. Возле барной стойки литовец громко сказал:

– Тогда за выпивку плачу я.

Он расплатился с барменом, и новые, а на самом деле старые, знакомые – российские десантники – прапорщик Сазонов и капитан Прошкин, по легенде литовец Альгердас Синкявичус, отправились к нанятому катеру.

Именно рейсом из Сингапура и прилетел Альгердас. С ним пограничники не любезничали. Правда, осмотр «со стриптизом» провели быстро и отпустили прибалтийского туриста с миром. И пока Франсиско-Мануэль выбирал пригодное плавсредство, Синкявичус занял свое место у столика в баре. Встреча в «Китайском драконе», конечно же, была заранее запланирована.

– Ну что, Алехандро, заправил корабль? – спросил прапорщик у капитана.

– Конечно, сеньор.

– Тогда в путь! Только поплывем не на север, а на юг. Покамест мы отдохнем. Лас пальмас бич рэзорт.

– О, рэзорт!

– Так-так. Вначале курорт, а потом экскурсия к шарлатанам, – улыбнулся Франсиско-Мануэль и похлопал Алехандро по плечу. – Это мой друг из Европы. Все в порядке. Если все будет хорошо, через пару дней мы тебя наймем для путешествия на север. Понял?

Алехандро кивнул.

Согласно заданию, Сазонов, Прошкин и Лавров должны жить отдельно. Лучше, чтобы у каждого было свое бунгало.

Катер затарахтел и, резво набирая скорость, прямиком устремился в Манильский залив.

Погода стояла великолепная. Море тихое. Солнце сияло огромным брильянтом в оправе из чистого голубого неба. Ни облачка, ни тучки. Катер весело разрезал небольшие волны. Первые пятнадцать минут плавания прошли спокойно. Пассажиры наслаждались красотами и свежим воздухом океана.