Если враг не сдается - Михаил Нестеров

10 апреля, четверг

Разведывательно-диверсионную группу старшего прапорщика Седова доставили к месту выброски на Ми-24; хоть он и считается вертолетом огневой поддержки, однако рассчитан на переброску десанта. В этом плане «горбатый», грузовая кабина которого весила около тонны, что ухудшало его маневренные и взлетно-посадочные характеристики, уступал, конечно же, Ми-8МТ и малозаметному Ка-60 — с взлетной массой шесть с половиной тонн, рассчитанному на перевозку 14 полностью экипированных десантников или 6 раненых на носилках и с тремя провождающими медработниками.

Из люка «горбатого», створки которого открывались вверх и вниз, один за другим выпрыгнули десантники. Рассвет, высота пятьсот метров, прыжок не сложный, однако без принудительного раскрытия парашюта. Грохот вертолетных двигателей и гул лопастей наверняка привлечет внимание жителей близлежащих поселков, «упущение» для разведчиков сержанта Литвинова: сообразят опросить местных — хорошо. Нет — проверяющий занесет это в свои бумаги: «доразведка прошла без опроса местных жителей». Но всё покажет расторопность разведчиков, то, как они усвоили специальные дисциплины, а некоторые закрепляли их на практике в Чечне. Можно сколько угодно и где угодно воевать, но ничему не научиться. А в учебном подразделении научат всему.

Десантники собрали и спрятали парашюты, посыпали место схрона смесью содержимого дымовых гранат и перца. Преследования с помощью собак не ожидалось, однако Седов ни на шаг не отступал от поставленной задачи и действовал так, как повел бы себя на реальном боевом задании.

Непосредственно перед выброской командир уточнил у штурмана курс вертолета и передал бойцам, чтобы после приземления они могли определить как стороны горизонта по курсу уходящей «вертушки», так и направление на пункт сбора.

Следуя маршрутом на северо-восток, группа Седова всем составом сделала пару петель радиусом в сто пятьдесят метров — еще один совсем необязательный маневр, который понудит взявшую след собаку ходить по «восьмерке».

Спецназовцы передвигались по широкой лесопосадке почти бесшумно, ориентиров здесь — пока никаких, первый — это окраина села Немчанка, к нему они должны выйти прямо из лесополосы, за селом (в трех с половиной километрах) следующий ориентир — скважина с минеральной водой, над которой высилось кирпичное прямоугольное здание, дальше раскинулось редколесье, прорезанное грунтовкой, по сути — заливные луга с островками густых зарослей ивняка. Верба уже оперилась, почки походили на крохотных птенцов, обосновавшихся на голых красно-коричневатых кустах.

Основную базу оборудовали за пару дней до выхода группы в заданный район; эта работа досталась бы Игорю Мельникову, если бы он положил на жертвенник те жалкие часы, которые проспал в роте. База представляла собой подземное укрытие в холме, с входом и запасным выходом, вентиляцией, нарами, колодцем у самого выхода. Эта землянка была не единственной в Борском лесном массиве, подземных укрытий насчитывалось порядка пятнадцати: в речном берегу с входом над поверхностью воды, в лесу, в овраге, на кладбище, в брошенных домах поселка — с входом через дом в одном случае и с входом через погреб — в другом.

Вряд ли кто-то из местных жителей догадывался, что по соседству с ними разбросаны укрытия для небольших разведывательно-диверсионных групп, оттачивающих свое мастерство «в режиме реального времени». Пролетают вертолеты, оснащенные боковыми фермами с блокам НУРСов, — ну, значит, салют Мальчишу.

Холм над землянкой разросся чилигой и шиповником. Вход замаскирован так надежно, что даже Упырь, некогда возводивший это укрытие, не сразу обнаружил его. Остальные бойцы внимательно изучали план местности с условными обозначениями: маршруты выхода и возвращения на базу, пути отхода в случае опасности, позиции для обороны в случае внезапного нападения, наблюдательный пункт, место тайника с письменным указанием о дальнейших действиях группы.

Нары в землянке сырые, холодные. Первым под землю спустился сержант Пиебалгс и стал принимать от товарищей тяжеленные рюкзаки. Командир с Ротвейлером — сержантом Антоном Соколовым, как с верным псом, отправился на поиски тайника. Он находился в ста метрах от землянки под березовым пнем. Упырь знал свою основную задачу, а «вскрытие пакета» — для рапорта, которого ждут на Арбате. Задача команды Седова — минирование железнодорожного полотна, считай, стратегического объекта на Южно-Уральской железной дороге, по которой движутся эшелоны с военной техникой и личным составом, с последующим уничтожением живой силы. Вскоре на этом участке пройдут эшелоны с немецкой техникой с перенаправлением на Афганистан. А задача разведгруппы сержанта Литвинова — обнаружение противника, скрытно действующего на территории России, и предотвращение диверсии.

Сложная задача, почти невыполнимая, однако бороться со слабым противником — себе дороже, всегда учатся на сильном.

Рудгер Хауэр, развалившись на нарах, зевнул. Только сейчас латыш понял, что ему выпала возможность довоспитать дерзкого снайпера в полевых условиях. Было в глазах Литвинова что-то отталкивающее, может, чрезмерна их прямота? Он был как бы нараспашку, однако за этой простотой крылось что-то прямо противоположное; снайпер казался двуликим Янусом.

В этой чащобе собрались наиболее опытные сержанты и офицеры центра подготовки войск спецназа, принимавшие участие в спецоперациях на территории Чечни, Дагестана, Грузии, Азербайджана. Если кого-то из них и «разморила» слегка ленивая атмосфера в полку, то не намного. Может, в поведении появилось больше вальяжности и, как следствие, больше уверенности в своих силах. А если она демонстрировалась перед курсантами, то вправе была называться самоуверенностью. Например, Колун и Миротворец не преминут покемарить на нарах лишний часок-другой. А Артемий Оганезов по кличке Органайзер, отправившись на наблюдательный пункт и зная приблизительное время появления «противодиверсантов», пропустит мимо ушей подозрительный шорох в кустах, хлопанье крыльев потревоженной человеком птицы — это ночью. А днем проглядит ее настороженную позу, говорящую о готовности к прыжку, то, как вытянута ее шея в направлении объекта тревоги, в то время как ее клюв направлен в сторону, поскольку все птицы, кроме сов, рассматривают предметы одним глазом; то, как удаляется она от объекта опасности — взлетает без разворота и в противоположном направлении. В этом смысле группа Литвинова имела преимущество, молодые бойцы рефлекторно отреагируют на то, что пройдет незамеченным для более опытных товарищей.