Пятеро смелых - Александр Тамоников

– Какое совпадение, – сказал Мохаммад и загадочно улыбнулся.

– Ты о чем?

– Буквально на днях мне пришла в голову одна интересная мысль.

– Выкладывай.

– Прохаживаясь по двору моего нового дома в Хасеке, я вдруг вспомнил о том, что к вам в Турцию перестали ездить русские туристы. Так ведь?

– Именно так.

– Но ведь немало русских граждан навсегда переехало в Турцию. Они создали здесь семьи, обзавелись бизнесом, родили детей. Верно?

– И с этим трудно не согласиться.

– При этом они все равно остались русскими. Многие имеют двойное гражданство и поддерживают связь с родственниками, проживающими в России.

– Согласен. Я сам знаю парочку таких смешанных семей.

– Исходя из этого, я придумал следующую комбинацию…

Ровно в десять часов утра к роскошному двухэтажному особняку, стоявшему на северной окраине сирийского города Хасеке, подъехал потрепанный легковой автомобиль и дважды просигналил. Массивные створки ворот открылись, мужчина с автоматом на плече кивнул водителю. Мол, проезжай. Авто прошуршало резиной по мелкому гравию и остановилось под навесом напротив входа в дом.

Из салона вышел седобородый мужчина лет сорока в простенькой одежде, быстро поднялся по ступеням крыльца и вошел внутрь. В просторном холле его встретил высокий мужчина.

– Приветствую тебя, Алим, – сказал он и пожал руку гостя. – Как добрался?

– Рад тебя видеть. Доехал без приключений, если не считать того, что на восточном выезде из Ракки пришлось долго объясняться с патрулем.

Хозяин дома предложил посетителю сесть, налил в бокал холодной минеральной воды, пододвинул вазу с фруктами.

– Что происходит в Ракке? – продолжал он сыпать вопросами.

Это была их первая встреча за прошедший месяц, вместивший в себя массу событий.

Алим Кадир выпил полбокала воды и принялся удовлетворять любопытство хозяина дома. Он рассказывал ему о тех изменениях, которые произошли в Ракке после штурма и взятия этого города войсками Асада.

Крупный населенный пункт под названием Хасеке, где проходила данная встреча, находился в равнинной местности на северо-востоке страны. Главари Исламского государства чувствовали себя здесь относительно спокойно. Именно сюда в недавнем прошлом перебрался и Мохаммад Гурди, далеко не самый последний человек в ИГИЛ.

Благодаря помощи российской авиации войска Асада продвигались все дальше на северо-восток, захватывали важнейшие опорные пункты. Однако Курдистан, граничащий с Турцией, пока оставался серьезным препятствием для успешного развития наступления правительственных войск.

– Много ли наших бойцов осталось в городе? – поинтересовался Мохаммад.

– Из местных в той мясорубке выжило человек сорок, – отвечал Кадир. – Половина из них остались. Они сдали оружие и вернулись к своим семьям.

– Как думаешь, на них можно рассчитывать? Или они решили навсегда вернуться к мирной жизни?

– Сложно сказать. Должно пройти немного времени, чтоб они смогли оценить эту мирную жизнь. При нас в городе работали мечети, рынки, магазины, а сейчас они разрушены. Если у Асада не получится все это наладить, то мы снова сумеем поднять народ.

Мохаммаду Гурди недавно исполнилось тридцать восемь. Это был мужчина высокого роста, крепкого телосложения, черноволосый, хотя на висках и аккуратной бородке уже серебрилась седина. В юности он окончил университет в Дамаске, получил специальность инженера буровых установок. Несколько лет Гурди занимался добычей нефти, в смутные времена стал владельцем двух скважин. Но не срослось. Его бизнес разрушили сторонники Асада.

Гурди имел аналитический склад ума, был умен и начитан, знал три иностранных языка, включая английский. Семейная жизнь у него не задалась. В Дамаске проживали его бывшая жена и двое сыновей, которых он не видел с начала гражданской войны. Супругу умом Аллах тоже не обидел, поэтому расстались они спокойно.

В деньгах он особенно не нуждался. В одном иорданском банке лежала неплохая сумма, накопленная в нефтяном бизнесе. У него имелось все, кроме душевного спокойствия и умиротворения, которые обычно приходят к благополучному мужчине после тридцати лет.

Да, его благополучие было обманчивым. У Мохаммада имелся дом в Дамаске, но не было семьи. Сыновья росли без отца. Почти все друзья и родственники погибли в жестоких гражданских войнах.

Когда один из новых знакомых несколько лет назад ненароком обмолвился о возможности вступить в ряды сторонников ИГИЛ, Мохаммада внезапно осенило.

«А почему бы и нет?! – подумал он. – Что мне стоит забыть старую жизнь? Почему не начать с нуля на новом поприще? Сейчас судьба дает мне хоть какую-то возможность добиться чего-то стоящего. Если я откажусь, то умрет последняя надежда на лучшее будущее».

Над предложением нового знакомца Гурди раздумывал недолго. Вскоре тот уже вез его на встречу с таинственным человеком.

– Я не знаю, как его зовут. Документов он мне не показывал, – рассказывал знакомый, ведя машину в направлении небольшого селения, расположенного на севере Сирии. – Да и зачем мне это знать? Человек он солидный, сам убедишься.

– А как ты на него вышел?

– Он сам обратился ко мне через моего двоюродного брата. При встрече попросил об одном одолжении. Я сделал, как он просил, и получил приличное вознаграждение.

– Что он тебе поручил?

– Устроить небольшой взрыв на окраине Дамаска.

Мохаммад поморщился, на миг представив, что ему тоже могут дать подобное задание. Он всегда предпочитал действовать мозгами, а не конечностями.

– Меня такая работа устраивает больше, чем ползать под пулями на передовой или сооружать в мастерской бронемашины, – проговорил знакомый. – Повоевал и хватит. Получил одно ранение и контузию. Сколько можно?! Теперь могу и подрывником потрудиться без особого риска.

Встреча с таинственным представителем ИГИЛ состоялась, и тот по достоинству оценил аналитические способности Гурди. Через несколько дней Мохаммад добровольно присягнул Исламскому государству. Он хотел отомстить за несбывшиеся мечты.

Кому именно? Это уже другой вопрос.

– А русские войска в Ракке есть? – спросил Гурди, отвлекшись от воспоминаний и предложив гостю американские сигареты.

Тот щелкнул зажигалкой, затянулся, выпустил струйку дыма, мотнул головой и ответил:

– Русских не видел.

– Жаль.

– Встречал военных на каких-то странных машинах.

– Каких именно? – насторожившись, спросил Гурди.

– Они на гусеницах и с маленькими башнями. У них по две пушки и контейнеры по бокам.

Хозяин дома подошел к шкафу, вынул из ящика стопку фотографий, отобрал несколько штук, протянул Кадиру и осведомился: