Гимн шута – 9 - Антон Сергеевич Федотов

Возможно, пленница и хотела что-то возразить. Во всяком случае, глазками она зыркала дюже возмущенно. Но на ее счастье, о ноже возле горла инстинкт самосохранения ей позабыть не позволил.

— Так, ить, работайте, работайте! — запричитала горлопанистая свидетельница и скрылась в глубине квартиры.

Наблюдать за полицейскими в этих кварталах бывало иногда куда опаснее, чем за разборками бандитов. В общем, разумное решение. Во-первых, можно и пулю «случайную» словить, а, во-вторых, попасть в касту «он-слишком-много-знал». Для представителя любого пола оба варианта достаточно грустны.

— Так, теперь к тебе, — обернулся к преследовательнице молодой человек. — Кто ты и что тебе нужно?

— Александра Мышкина, «Новости РИ», — привычно представилась девушка и, поняв, что реакции на ее самопрезентацию не последовало, возмущенно уставилась на клановца.

— Что такое? — хмыкнул тот. — Даже если это правда, то мне сплясать от радости надо?

— Знае!.. — возмущенно начала журналистка, но тут же примолкла, стоило только Катерине вдавить лезвие чуть сильнее.

— Ну вот, — «расстроенно» прокомментировал Павел. — Уже и кровушка побежала… А мы ведь еще даже не перешли к серьезному разговору.

Александра все поняла правильно. А потому и не проронила ни звука. В конце концов, небольшая царапина на шее — это ерунда.

— Итак, — негромко произнес Волконский. — С чего мы начнем наш разговор? Может быть, с подкупа сотрудников дорожной полиции? Кстати, тебе известно, что подобные взаимоотношения — «коронное» преступление? И сроки за него очень и очень серьезные? Сильно сомневаюсь, что влияние твоего клана настолько велико, чтобы спасти тебя от подобных обвинений.

Девушка промолчала. Но нахохлилась еще сильнее.

— Ладно, Александра Мышкина, — вздохнул Павел. — Либо мы сейчас разговариваем, либо я тебя просто сдам соответствующим органам. Лично для меня результат будет един — все равно получу ответы на свои вопросы. А вот на твоей судьбе выбор отразится куда серьезнее. Итак, как мы поступим?

— Поговорим, — зло выдохнула журналистка.

— Ну и прекрасно, — кивнул Волконский… одному из своих бойцов.

Тот ловким движением мгновенно «установил» кляп на штатное место. Мышкина возмущенно замычала, но выразить свое недовольство сумела лишь грозным сопением.

— Пакуйте, — махнул рукой гвардейцам молодой человек, уже занятый куда больше своим коммом, чем окружающей обстановкой.

Абонент, который так интересовал клановца, наверняка уже спал. Но в его служебные обязанности входил ответ на звонок в любое время дня и ночи.

— Олег Юрьевич, с подъемом тебя! — негромко пожелал молодой человек, стойко выслушав пару нелестных, но очень коротких, пожеланий в свой адрес.

Глава СБ прекрасно понял, что его сюзерен не сильно торопится по тону, а потому позволил себе небольшую «фронду».

— Через час будем на заводе, — пообещал Волконский, наблюдая за тем, как «трамбуют» журналистку в джип гвардии. — Необходимо место для разговора и твое участие.

— Принял, буду, — ровно произнес уже полностью «включившийся» безопасник. — Антураж подготовить?

— Не стоит, — решил клановец.

В конце концов, Мышкина выразила желание сотрудничать. А потому молодому человеку просто нужен был хороший дознаватель, способный «раскрутить» милаху до донышка. Смысла в дополнительном психологическом давлении он не видел.

Дав отбой, клановец подошел к внедорожнику и заглянул в салон.

— Эту, — парень спокойно указал пальцем на журналистку. — Сдадите Олегу Юрьевичу. Дальше он сам.

— Так есть, — склонили головы гвардейцы синхронно.

— Тогда доброй ночи, парни, — кивнул клановец и обернулся к Александре. — Надеюсь, у меня не будет повода пожалеть, что я не отдал приказ пристрелить тебя прямо здесь.

Глаза Мышкиной тут же распахнулись. Из-под яркого красного шарика кляпа вырвалось возмущенное мычание. На него никто внимания не обратил. Внедорожник тронулся с места и вскоре выехал из «колодца».

— Ну а мы как? — негромко поинтересовалась Катерина, чуть приобняв сюзерена.

— Поехали домой, — ухмыльнулся клановец.

Он мог «терпеть» любую погоду. Но прогулки под дождем никогда не были его любимым делом.

* * *

— Где он⁈

Строгий голос Светланы заставил Павла остановиться возле кухни. Катерина тенью замерла за его спиной.

Прежде чем сделать следующий шаг, Волконскому требовалось сообразить, в чем именно он виноват на этот раз. Так отбиваться от несправедливых упреков будет намного легче.

— Спит! — сообщил в ответ бас Фила.

— Так он еще и спит! — возмутилась любимая сестренка. — Ну ладно…

Последняя фраза прозвучала столь многообещающе, что клановец и его секретарь задумчиво переглянулись и… синхронно пожали плечами. Особой вины молодой человек за собой не чувствовал.

Судя по звукам, сестренка сделала шаг к выходу с кухни. Но ее тут же остановило негромкое замечание Бешенной:

— С Катериной.

Второго шага не последовало.

— А… ну тогда ладно! — решила Света.

— Я могу сходить разбудить! — заверила Юсупова таким тоном, что клановец принялся вспоминать, не забыл ли он включить «шумы» сегодня утром.

По всему выходило, что и нет. Так за что ж такая немилость?

На плечо молодого человека легла легкая ладонь. Мужайся, мол! Все равно достанут.

Волконский кивнул и шагнул «навстречу приключениям».

— Всем доброе утро, — тоном жизнерадостного дебила объявил он. — Особенно мне!

Все взгляды сошлись на нем.

— Любимый братик! — тут же обрадовалась сестренка.

— Ага… — аккуратно подтвердил Павел, чувствуя какой-то очень большой подвох.

— Скажи мне, это нормально⁈

Молодой человек только головой покачал. Это ж как сестренку зацепить должно было, что ТАКИМ образом мысли формулирует. Да и, самое главное, что ей отвечать?

— Понятие нормы у каждого свое, — дипломатично предположил клановец.

— Да что ты говоришь… — восхитилась умом и сообразительностью брата Светлана. — Хорошо… Кто еще считает, что привезти посреди ночи на завод журналистку для пыток — нормальная идея?

Народ призадумался. Никто слова против, в принципе, не сказал. Но и речи поддержки как-то не прозвучало.

«А что, ее уже пытают?» — хотелось было переспросить клановцу. Он сдержался.

— Давай по порядку, — вздохнул молодой человек негромко.

Вот чего он не давал, так это приказа на форсированный допрос.

— Да мне не жалко, — пожала плечиками Волконская и принялась рассказывать.

История получалась… самой обычной. Гвардейцы посреди ночи привезли Мышкину на завод, где и заперли в одном из пустующих удаленных помещений под охраной. Так как Павел никаких уточнений не давал, доклад о происшествии лег на стол к Светлане уже в семь утра (абсолютно нормальный