Час последнего патрона - Альберт Байкалов

— Вы лучше места не могли найти?! — негодовал Филиппов, выслушав рассказ Вахида о ночных злоключениях. — В притоне заночевать! А если бы клиенты пришли?

Судя по спортивному костюму, звонок застал генерала на пробежке.

— Они сначала звонят и договариваются, а мы все мобильники у девиц на ночь забрали, — напомнил о себе Шамиль, устроившийся на заднем сиденье. — Да и мало сейчас желающих деньги на шлюх тратить.

— Кризис, — вставил Вахид.

— Не ожидал от вас, — все еще находясь под впечатлением от услышанного, признался Антон и ловко обогнал грузовик, тащившийся по полосе. — Что сказали бы ваши родные?

— Лучше об этом не думать, — проговорил Вахид и отвел взгляд в сторону. — Но после всего, что с нами произошло, с такой внешностью ходить по городу — самоубийство.

Джип, пронесшийся навстречу, окатил лобовое стекло машины грязной водой и мокрым снегом.

— Ничего не боятся! — проворчал Филиппов, включая «дворники».

— Какие наши действия в Москве? — спросил Вахид, наблюдая за щетками, елозившими по стеклу.

— С вами будут проведены инструктажи и тренировки, — ответил Филиппов.

— В учебный центр поедем? — попытался угадать Шамиль.

— Нет. — Филиппов притормозил, пропуская какую-то женщину через пешеходный переход, и вновь тронул машину. — Вас ждут в другом месте. Там вы ознакомитесь с перепиской, которую от вашего имени вели в Интернете наши специалисты, пообщаетесь с бывшими боевиками, которым удалось вернуться. Много чего. Но общие вопросы я доведу вам лично. — Филиппов включил правый поворот и остановил машину у тротуара.

Вахид огляделся. За полчаса они проехали через весь город и сейчас стояли недалеко от въезда в Измайловский парк.

— В Турцию полетите из Венгрии, — стал вводить подчиненных в курс дела генерал. — Эта страна на фоне оголтелой европейской толерантности выглядит белой вороной.

— Поясни. — Шамиль наклонился вперед. — Как это?

— Там до сих пор не разрешают мужчинам жениться друг на друге, — зло проговорил Вахид. — Разве не знаешь?

— Мир сошел с ума, — констатировал на чеченском Шамиль.

— Из Анкары вам необходимо будет добраться до города Газиантеп, — продолжал генерал. — Это что-то вроде перевалочной базы на пути из Европы для желающих пополнить ряды террористов.

— Я знаю, где это. — Вахид восстановил в голове карту Турции и отчетливо увидел у границы с Сирией точку с этим названием. — Население — около миллиона. Этнический состав — курды. Зима там теплая и дождливая. Самые холодные месяцы — как раз декабрь и февраль.

— Почему ты сказал «как раз»? — осведомился генерал.

— Вахид в двух словах рассказал мне о нашей задаче, — пояснил Шамиль. — Я считаю, что нам потребуется как минимум три месяца.

— Не угадал! — с металлом в голосе возразил генерал. — Месяц. Может, как и всегда, сделаем поправку на десять суток, но не больше. Батальон в Украине уже сформирован и приступил к тренировкам. Кроме всего прочего инструктора отрабатывают с бандитами вопросы скрытой передислокации. Они планируют просочиться в Россию мелкими группами через третьи страны на различных видах транспорта и в последующем сосредоточиться в указанных районах в зависимости от задач.

— Ты уверен, что украинские власти не станут бросать его на Донбасс, а готовят для терактов в России? — засомневался Вахид.

— Неужели подполковник Джабраилов ставит под сомнение разведданные ГРУ? — расстроился Филиппов. — Ты не опускай нас на уровень ЦРУ, которое добывает информацию из Интернета.

— Извини. — Вахид мысленно отругал себя за опрометчивость. — Сорвалось. Только ты говорил, что больше не имеешь отношения к ГРУ.

— Не совсем так. Объединенное командование как раз и создано для более эффективного обмена информацией между министерствами и ведомствами. Оно должно способствовать повышению качества централизованного управления подразделениями ССО в разного рода ситуациях.

— Не совсем понятно, — признался Вахид.

— И не надо понимать. Для вас ничего не изменилось. Нужно, как и прежде, любить страну и качественно делать свою работу.

— Так бы сразу и сказал! — не удержался Шамиль.

— В Газиантепе найдете девяносто восьмую улицу, — продолжил Филиппов. — В доме под номером четыре проживает некто Ислам. Скажете ему, что вы от Хаджи. Он расскажет, как вести себя дальше, и поможет вам перейти границу.

— Кто этот человек? — Вахид настороженно посмотрел на Антона.

— Есть основания считать, что он за деньги работает в интересах вашей республики.

— Разве такое возможно? — засомневался Вахид.

— Что именно? — не понял его Филиппов. — Работать за деньги?

— Нет, в интересах Чечни, — уточнил Вахид. — Насколько я понимаю, подобный вид деятельности является прерогативой федеральных структур.

— Это в интересах России, — сухо сказал Антон. — Туда идет много чеченцев и еще больше людей из других кавказских республик. Кто-то должен контролировать их. Иначе как мы еще узнаем, кого после всего снова ждать здесь? Если руководство республики смогло обзавестись своей агентурой, то мы будем только приветствовать этот факт.

— Понятно. — Вахид облегченно вздохнул и тут же спросил: — Неужели ты хочешь сказать, что это единственный канал?

— Нет, конечно. — Филиппов усмехнулся. — В этой стране повсеместно и открыто ведется пропаганда радикального ислама. В ней участвуют даже некоторые издательства. Полулегальные центры вербовки разбросаны повсюду. Гюнгерен, Фатих, Конье… Не хватит пальцев перечислять города и деревни. А сколько таких, о которых нам еще ничего не известно!