Дорога смерти - Илья Бушмин

Федор отправился на кухню. Улыбнулся, увидев гневный взгляд Светы.

— Че как придурки? Дитятко, блин.

— Да ладно ты. Пусть пацан порадуется. У него экзамены впереди.

— Вся жизнь сплошной экзамен. Пусть привыкает.

— Свет, я спросить хотел, — как бы между прочим сказал Федор. — Эта банда, о которой ты тогда рассказывала. Ну, в районе Домодедово которая.

— А что с ней?

— Ты ведь общалась с ментами. Я читал твою статью, но там наверняка не все, что ты узнала. У тебя ж записи остались какие-нибудь? Диктофон, блокнот?

— Само собой. А чего это ты вдруг?

— Мои пацаны часто там мотаются. Пусть в курсе будут. Мне не нужно, чтоб кто-нибудь из них пулю в лоб получил. Я хочу знать места, где убивали людей. Какой километр трассы, какой именно участок.

Света слишком хорошо его знала, чтобы не понять, что у Федора на уме.

— Погади-ка. Федь, ты что задумал?

— Я? Ничего.

— Блин, не ври мне, — она для внушительности ткнула ему в грудь палец. — Я тебя как облупленного вижу. Что задумал?

Федор сдался.

— Мысль есть. Покататься с пацанами по трассе. Посмотреть, что и как.

— Федя, — выдохнула Света. — Вот почему ты как нормальный человек жить не можешь, а? Тебе опять приключения на задницу нужны?

— Нормальные люди? Нормальные люди едут по своим делам, не подозревая, что получат пулю в лоб и лягут гнить в землю. Те убитые — нормальные люди. — видя, что Света готова спорить, Федор горячо продолжил: — Свет, ты в инете смотрела вообще, что творится? У народа паника. А менты реально не справляются. У меня среди пацанов есть бывшие менты, я знаю, как там все устроено. Обеспечить безопасность на всей трассе — это армию надо вводить. Надо что-то делать. А я могу. Мы не ботаники, у нас мощные машины и пацаны, которые многое в жизни повидали. Есть и те, кто горячие точки прошел.

— Твою мать, — вздохнула Света. — Герой недоделанный.

— При чем здесь герой? Я просто не могу сидеть сложа руки, когда эти уроды отстреливают людей одного за другим. Свет, ты сама мотаешься на работу в Домодедово каждый день. Ты хочешь стать одной из тех, кто с этими падлами встретится? Я — нет.

Сестра хмуро покосилась на него.

— Это из-за отца, да?

Его не стало 25 года назад. Уколовы-старшие во времена, когда вся страна разваливалась и летела к чертям, стали, как и многие другие, челноками. Федя и Света во время поездок отца и матери за товаром на челночных автобусах, забитых такими же, как и их родители, торговцами, ночевали у бабушки. Однажды утром, когда подростки ждали возвращения родных, в дверь позвонили. Но это были не папа и мама. На пороге стоял усатый человек в форме, который рассказал, что отныне у них нет отца. Их мать с травмой головы лежала в хирургическом отделении одной из Подмосковных больниц и отчаянно боролась за свою жизнь. Ее спасли — но это стало лишь началом конца. Через пять лет сильно сдавшая после трагедии мать отправилась в могилу вслед за Уколовым-старшим. Федору тогда было 17 лет, Свете на два года меньше.

Всему виной были подмосковные бандиты, которые напали на автобус с челноками. Отец, знавший, что если они лишатся денег, занятых по всем знакомым на покупку товара, то они лишатся всего. Он сопротивлялся и получил заряд картечи из обреза в грудь. Он умер мгновенно. Матери проломили голову бейсбольной битой, когда она с криками бросилась к истекающему кровью мужу.

— Это не из-за отца, — соврал Федор. — Просто так надо, понимаешь?

* * *

Эта идея появилась у Рябцева еще вчера. С Викой они все же помирились. После чего Рябцев выслушал еще пару советов жены о том, как он мог бы «подсуетиться». Несмотря на то, что Бегин был конченным, по убеждению Рябцева, м… ком, упускать возможность было нельзя. Возвращаться в подвал опер уже не хотел.

Поэтому вечером, завезя Бегина на квартиру, Рябцев вырулил на трассу и рванул в Москву. Была суббота, и даже не подъезде к мегаполису дорога не стояла — поток машин в город двигался неспешно, но уверенно.

Проезжая мимо поста ГИБДД, опер увидел группу инспекторов ДПС, которые тормозили подозрительные машины. Чтобы стать подозрительной, ей достаточно иметь в салоне трех человек и больше. Проверяли документы водителя и пассажиров, досматривали багажник, интересовались маршрутом и целью выезда за пределы столицы или въезда в нее. Страховали работников ГИБДД трое спецназовцев в бронежилетах и с автоматами и несколько оперов из полиции Домодедово. Среди них Рябцев различил Наумова из убойного. Опер съехал к обочине.

— Здорова. Только заступил?

— Теперь до четырех утра, потом сменят, — невесело поведал Наумов.

— Успехи есть?

— Какое там. Да у нас забот выше крыши. Теперь мы всем, кто согласен добровольно, предлагаем сдать слюну. Для анализа ДНК.

— Куда харкать?

— В пробирку, б… дь, не в рожу же. Половина в отказ идет. Таких, конечно, сразу по базе пробиваем, фоткаем. Я уже задолбался. Ни конца, ни края этому, походу, не видно.

— Еще бы. Здесь же хренова туча народу.

— Это что. У нас в круге подозреваемых все местные. От Растуново до Видного. Прикинь? Плюс один Домодедово чего стоит. А еще все дачники, которые как назло шарахаются туда-сюда. Сезон попер, будь они неладны. — Наумов сплюнул. — Так что, Рябцев, радуйся, что ты хорошо пристроился. А то с нами бы тут торчал. Собачья работа.

В этот момент какие-то движения возникли в машине, которую проверял один из инспекторов. Наумов буркнул «Ну все, давай!» и побежал на шум. Рябцев тронулся и направил автомобиль дальше.

Цель его вояжа находилась в Ясенево. Небольшое офисное здание, на третьем этаже которого располагалась контора коммерческого предприятия с неприметной и мало о чем говорящей вывеской «Авангард лимитед».

Билолов был немало удивлен, увидев в дверях кабинета незваного гостя.

— Владимир Сергеевич? Вот уж кого не ожидал.

— Я полон сюрпризов. — подойдя к роскошному письменному столу Билолова, Рябцев пожал его руку. Билолов улыбался, но его маленькие черные глаза буравили Рябцева, словно пытаясь считать что-то. Рябцев осмотрелся. — Нехило устроился, я смотрю. Кожаная мебель. Диван штук сто стоит, небось?

— Вообще-то четыреста.

— Сколько? Полмиллиона за диван? Фариз, тебе ответственные сотрудники не нужны?

— Можем обсудить, — улыбнулся Билолов. — Но ты ведь не за этим приехал, Владимир Сергеевич? Насколько я знаю, из органов тебя никто не просит.

Рябцев опустился в удобное просторное кожаное кресло. С наслаждением откинулся на спинку.

— Продолжаешь следить, что там у нас и как? А ты ведь давно завязал все дела с нашим городом.