Час гладиатора - Сергей Зверев

Наконец, спецназовец провел прием, который, единственный, мог его спасти. Своими длинными руками он обхватил сзади голову соперника и резко наклонился вперед. Зэк, упав пластом на пол, выпустил курсанта из захвата. На пару секунд зэк оказался на полу. Этого времени хватило, чтобы боец подпрыгнул и опустил свои ступни на грудь поверженного. Зэк с хрипом выпустил из себя воздух, несколько раз судорожно дернулся и затих. Спецназовец, пошатываясь, отошел от него.

Издалека Каретников видел, как тяжело дышит курсант, а на его волосатой груди серебрятся капли пота.

Зэк лежал без движений, глядя остекленевшими глазами в потолок. Из его рта вытекала алая кровь, которая почему-то пузырилась. В руке он крепко сжимал клок волос с груди своего соперника.

Самур подошел к зэку, приложил два пальца к его сонной артерии.

– Сломана грудная клетка. Готов, – коротко озвучил он результат боя и с безучастным лицом отошел в сторону.

Спецназовец, наконец, восстановил дыхание, встал перед членами комиссии, коротко доложил:

– Противник обезврежен.

– Хорошо, зачет сдан, – буднично произнес председатель комиссии, – можете идти.

В это время Самур крикнул в конец спортивного зала: «Охрана!»

Два бойца в защитной униформе, стоявшие поодаль, выбежали на середину зала. Самур указал им на лежащего зэка. Бойцы схватили его за ноги, поволокли к выходу. За трупом потянулся тонкий след крови, последний след, который он оставлял в этой жизни.

– Ну, как? – восторженно произнес Неверов в ухо Каретникову.

– Да уж, – тихо выдохнул Игорь Вениаминович и недоуменно покачал головой.

Следующий бой был короткий и не впечатлил Игоря Вениаминовича так, как первый. Против поджарого спецназовца выставили лысого коротышку. Зэк, по всей видимости, был когда-то боксером. Он откровенно боялся спецназовца и уходил от полного контакта, изредка контратакуя противника. При одном таком ударе в челюсть спецназовца последний перехватил его руку, закрутил и взял на излом. Какое-то мгновение он думал, что можно сделать в такой ситуации, и, видимо, решил закончить бой по возможности эффектно. Он надавил всем корпусом на локоть зэка. В тишине зала послышался хруст ломаемой руки. Зэк заорал от боли, а спецназовец схватил беспомощного противника за голову и несколько раз с размаха ударил его коленом в лицо. После этого спецназовец повернулся спиной к противнику и в прыжке с разворотом смачно ударил шатающегося зэка в голову. Тот упал и, катаясь по полу, застонал.

Спецназовец повернулся к членам комиссии, торжествующе доложил:

– Противник обезврежен.

Председатель комиссии тускло сообщил:

– Зачет принят, спасибо.

Зрители первого ряда, шумно обмениваясь впечатлениями, встали со своих мест. Каретников и Неверов тоже встали и пошли вниз по лестнице. Генералы шли мимо лежащего на полу зэка. Каретников искоса посмотрел на поверженного. Тот, стеная и морщась от боли, катался по полу. Его лицо превратилось в кровавое месиво. Игорь Вениаминович встретился глазами с глазами зэка и увидел в них такую тоску, что ему стало не по себе.

– А с ним… что теперь будет? – спросил он Неверова.

– Закопают, – весело бросил Неверов, улыбнувшись в лицо приятелю.

– Как закопают?

– Как обычно. Пуля в затылок и номер на могилке.

Такая информация поразила Игоря Вениаминовича.

– Там вроде Сухарев стол накрыл, – радостно сообщил Неверов, – пошли зайдем. У него всегда хороший кофе.

Гости направились к административному зданию. Все были в радостно-возбужденном настроении, видимо, в ожидании предстоящего угощения.