Эледра - Нурия Перра

– Я серьезно, – с хмурым выражением он подошел ко мне, обняв лицо ладонями. – Скажи мне, и я постараюсь усложнить им жизнь всеми способами.

– Есть один человек, кому бы я очень хотела усложнить жизнь.

– И кто же он?

– Ник, – не отводя взгляда сказала я.

– Нет, Ангел. Это… – он отстранился, делая шаг назад.

– Посмотри мне в глаза и скажи, что не хотел бы его смерти. Что не хотел бы, чтобы он помучался хоть сколько-то и пережил часть наших страданий. В конце концов не хотел бы ты заполучить его трон?

– Я? Трон Цдама?

– Да, Генрих. Я предлагаю тебе все это, если хочешь быть со мной. Помоги мне поставить Цдам на колени, и ты получишь все, о чем мечтаешь.

Он долго, испытывающее смотрел мне в глаза, ожидая, что я посмеюсь и скажу, что это была шутка, но мое лицо оставалось максимально серьезным. Оранжевый закат резкими линиями раскрасил все вокруг, отражаясь в его карих глазах, наполненных сомнениями.

– Это будет сложно. Помимо меня у него еще два приближенных, и не стоит забывать о Кин. И проблема с Поджигателями… Не говоря, о…

– Скажи мне, кто тебе мешает, и я разберусь.

– Ник не преуменьшал, когда говорил, что ты разрушала империи?

Я с издевкой подняла брови, словно спрашивая, почему он еще в этом сомневается.

– Инк и Нки. Они занимаются торговцами, казной и техническим оборудованием. У них работа, требующая, чуть меньшего контакта с Ником и участниками боев. Их в целом довольно редко видно, но никто из них никогда не ходил на поводке.

И конечно в то, что трон может перейти им, верится гораздо проще.

– Они ходят к жрицам?

– Вроде да… – он пожал плечами, посмотрев в окно. – Что ты задумала?

– Пока у меня лишь наметки. Но не переживай, если получится, то все упростится до невозможности.

Я хотела уйти, но он остановил меня, взяв за локоть.

– Я должен знать, что ты замышляешь, хотя бы, потому что вероятнее всего мне придется отвечать перед Ником за это все.

– Если у меня получится, то не придется, – я прижала уши, посмотрев на его руку с угрозой.

– Ангел, если ты собираешься решать это через жриц, то Кин обязательно встрянет. Как ты с ней будешь разбираться? Сестра императора это тебе не пара сошек.

– Поклянись мне, что будешь на моей стороне. Что ты не предашь меня. Что мы с тобой команда, которая работает вместе. Я не хочу связывать тебя клятвами, но и не могу быть беспечной.

– Я понимаю, почему ты об этом просишь, – тихо ответил он.

Он расслабил руку, и я тут же выскользнула.

Предавший однажды, обязательно предаст вновь.

– Мне пора, – я поцеловала его в щеку.

Огорошенный нашим диалогом, он отпустил меня, погрузившись в раздумья и взвешивая происходящее.

– Я согласен! – окликнул меня Генрих, когда я подошла к двери. – И я клянусь, что никогда тебя не предам и останусь на твоей стороне.

Я обернулась и благодарно кивнула.

Он так или иначе ее нарушит, но тем больше у меня причин его убить. И может эта клятва заставит его хоть немного помучиться перед тем, как доносить Нику, и я успею это заметить.

Но я чувствовала вкус победы. Он был согласен, и его сомнения вызваны лишь инстинктивным страхом. Но вскоре Ник должен перестать быть страшным и предстать только ненавистной фигурой, мешающей его счастью.

***

Еще несколько дней мне пришлось выжидать и готовиться к следующему шагу. Первым делом, на следующее утро после разговора с Генрихом, я пришла к Кин за информацией.

Она занималась какими-то бумагами, пока я налила из графина с кровью бокал ей и воды себе.

– Ты должна разносить завтрак, – сказала она, не поднимая глаз.

– У меня еще пол часа до подъема остальных. Я пришла по делу.

Она взяла у меня бокал, жестом прося продолжать.

– На сколько вы с Ником близки? Часто видитесь?

– Обычно мы завтракаем вместе, а что?

– У тебя есть емкости, в которых кровь сворачиваться не будет?

– Конечно есть, – непонимающе сказала она.

– Хорошо. С этого дня тебе нужно будет незаметно подливать мою кровь в его бокал. Справишься?

– Зачем? Твоя кровь для него будет, как…

– Наркотик, – улыбнулась я. – В этом смысл.

– Я думала он умрет, когда я убедила его перестать питаться Генрихом и слезть с фиррозии, это…

– Это то, чего мы хотим, не так ли?

– И что потом? Ты подсадишь его снова на эту дрянь, а потом перестанешь давать? – она скрестила руки на груди. – Если думаешь, что это позволит тебе подлезть к нему ближе, то не забывай, что еще есть Генрих с такой же химией в крови.

– Но в моей концентрация больше, – предположила с уверенным видом я. – К тому же есть много различий в нашей крови. Ему захочется именно моей. Когда он исстрадается от ломки, я любезно помогу ему.

– Может сработать, – кивнула Кин. – Сейчас поищу что-нибудь незаметное.

Она принесла мне маленькие склянки, которые могла легко спрятать в рукаве. Я порезала руку, наполнив одну на треть, а вторую на половину.

– Это на три дня. – кивнула я, затягивая бинтом рану. – Сначала капни совсем немного, потом вылей остатки. Потом вторую колбу.

– У тебя и на пальце кровь, – заметила Кин.

– Видимо не заметила и порезалась о коготь, – виновато улыбнулась я.

– Что-то еще? – спросила она, плотнее запахивая халат и пряча склянки.

– Да. К кому ходят Инк и Нки?

– Нки ходит к Нантргар, – тут же ответила она. – Инк ни к кому и никогда.

– И все?

– Да, он чуть ли не единственный, кто к ней ходит со времен ее боев. Хотя завтра они хотели попасть к Розефине, но к ней ходит буквально весь Цдам по очереди.

Хм… Это может даже обернуться еще проще, чем я думала.

После этого разговора я старалась узнать Нантргар как можно лучше. Мы разносили завтрак, и я следила за ее манерой движения, пару раз ходили на тренировочное поле в свободное время, болтая про клиентов. Она охотно рассказывала все, о чем я осторожно спрашивала и добавляла сверху, поэтому собрать необходимую информацию труда не составило.

В отличиие от Розефины, которые старательно и показательно меня игнорировали. Они молчали, пока мы болтали с Нантргар, старались лечь от меня как можно дальше ночью, и часто бросали настороженные взгляды. Поговорить со мной они решились после того, как к ним пришли приближенные Ника.

Мы вышли на террасу, находящуюся в конце нашего этажа. Вокруг было тихо и пусто, все готовились ко