Инсталляция - Александр Петрович Лебедев

– Знаешь, что говорят про таких в Перми?

– Что?

– Припиздок-паникер.

– Ай, – махнул рукой Крестик и исчез в темноте.

Светлана собрала разбитые осколки с подоконника, бросила их в траву, потом сползла на пол павильона через разбитое окно и, как могла медленно, поползла по полу.

Крестик дошел до края магазина и вернулся обратно. Когда он проходил мимо стеклянных дверей в третий раз, в магазине зашуршали лампы дневного освещения, и из окон на улицу вырвался яркий свет. Входная дверь лязгнула, и на пороге показалась Светлана. Она была похожа на персонаж из боевика, одетая во все черное, но с яркой белой шапкой волос. Девушка щелкнула в воздухе пальцами и сделала жест, приглашающий войти. Крестик еще пару секунд стоял с открытым ртом, но, совладав с собой, сделал шаг. Когда над его ухом раздался женский голос, сообщивший, что сейчас десять минут первого, подросток решил, что его окатили ушатом холодной воды. Он долго не мог прийти в себя, тяжело дыша и обводя помещение мутным взглядом.

– Займись компьютером, пока я посмотрю бумаги.

Крестик хотел было спросить, что там хочет найти Светлана, но вовремя спохватился и нажал кнопку питания на системном блоке. Он быстро разобрался с деревом папок и нашел нужные файлы.

– Что там? – обратилась к Крестику Светлана.

– Все как мы предполагали, есть адрес.

– Вот видишь, мы теперь знаем, где искать, а ты лезть не хотел.

Словно вой полицейской сирены, присутствующих оглушил металлический женский голос. Со стороны Крестик выглядел человеком, перенесшим сильнейший удар током. Ему казалось, что время остановилось, и он видит, как медленно Светлана поворачивает свою аккуратную головку, как по ее лицу бежит сначала тень удивления, затем тень раздражения, и, наконец, она улыбается и говорит:

– Что вам угодно?

– Я хотел посмотреть, – сообщил мужчина со следами сильного подпития на лице.

– Мать вашу, – повысила голос Светлана, – час ночи на дворе, а от вас покоя нет. Мы давно закрыты.

– Да я так и думал, но… – попытался сформулировать мысль мужчина.

– А раз думать умеешь, какого черта прешься, или мне милицию позвать? – перешла на крик девушка.

– Все, все, все, – мужчина исчез так же быстро, как и появился.

– Ну ты даешь, Светлан! – восхищенно сказал Крестик.

– А хули? – спросила девушка, еще не покинувшая образ.

– Это надо же, – растянул Крестик, – чтобы преступники милицией угрожали!

– Давай не отвлекаться, а то еще кто-нибудь пожалует.

– Давай. Что еще посмотреть?

– Посмотри, есть ли здесь дневник или ежедневник, может в офисе какие-нибудь записи?

– Хорошо.

Светлана опять увлеклась изучением документов Машкова.

– Только это, – позвал Крестик. – Похоже на долговую книгу, или как это у вас там называется? – пытался сформулировать подросток.

– У нас это называется кредитная история. Ладно, сними это на дискету и закрывай. Хотя нет, постой, я сама.

Светлана вызвала текстовый редактор, установила крупный шрифт, написала несколько слов и, побрызгав дезодорантом на клавиатуру, провела по ней два раза платком.

Через несколько часов, когда столица окончательно проснулась, к павильончику с вывеской «Мегабайт» подошел молодой человек. Он попытался открыть дверь, но, на его удивление, последняя оказалась не заперта. Парень толкнул ее, ожидая услышать сирену, но сигнализация оказалась отключена. Он с любопытством осмотрел помещение и обнаружил разбитое стекло и включенный компьютер. На дисплее вращалась заставка хранителя экрана, но когда Машков подвинул мышь, то увидел несколько слов и ряд цифр. Его лицо помрачнело, и молодой человек снял трубку телефона:

– Алло, пульт? Скажите, А1379 еще под охраной?

– Да, под охраной.

– Снимите, пожалуйста, это А1379, – Машков сказал пароль и добавил:

– И оставьте, пожалуйста, заявку техникам, у меня тут окно лопнуло.

* * *

Светлана и Крестик прыгали по высоким ступеням, поднимаясь на пятый этаж.

– В таких домах должен быть лифт, – задыхаясь, говорил Крестик, – я точно знаю.

– Может быть, – отвечала Светлана.

– Светлан, а зачем мне идти-то?

– А ты, Крестик, мне удачу приносишь. Если тебя не взять, то наверняка какая-нибудь дрянь приключится.

– Это же предрассудки.

– Сам знаешь, что я и предрассудки – антонимы.

Подросток кивнул в ответ.

– Пришли, – Светлана остановилась возле высокой двери и нажала на кнопку звонка.

– Может, я пойду? – нерешительно спросил Крестик.

Светлана смерила его уничтожающим взглядом, и парень опустил голову. Девушка смотрела в глазок, пытаясь понять, что за ним происходит. За дверью явно слышалась возня, но открывать не торопились. Наконец мужской голос спросил:

– Кто там?

– Нам нужна Рита, позовите, пожалуйста, – сказала Светлана.

– Я не могу сейчас говорить, давайте встретимся в другом месте.

Крестик и Светлана переглянулись.

– Где? С кем?

– На пересечении Дербеневской и Жукова через час.

– Может, все-таки откроете?

– Нет, – донесся из-за двери безапелляционный ответ.

– Ну, ладно, – пожала плечами девушка.

– А там не из храброго десятка, – заметил Крестик.

– Похоже на то. Впрочем, что мы знаем? Может, у человека есть чего опасаться?

– Не нравится мне это все, – глубокомысленно подвел Крестик.

Молодые люди вышли на улицу и пошли вдоль витрин и афиш, наслаждаясь теплым утром. Они выпили по стакану сока в летнем кафе, посидели на лавочке в парке, Крестик в лицах рассказывал девушке популярный фильм, а она улыбалась и дымила сигаретой. Через сорок минут подросток сказал:

– Теперь я с тобой не пойду. Если нас вместе увидят, наверняка испугаются.

– Да, Крестик. Ты адский Сатана, к тебе просто жутко приблизиться. Впрочем, не хочешь – не иди.

– Я бы очень хотел быть с тобой, Светлан. Но боюсь.

– Чего?

– Боюсь услышать в один прекрасный момент, что я тебе мешаю.

– Дурачина ты, Крестик, я так к тебе привыкла, и кстати – спасибо за помощь.

– Это тебе спасибо.

– Ну вот, мы сейчас начнем друг другу петь дифирамбы, потом пустим сопли.

– Не буду, не буду. Я пошел. Пока.

– Пока, – девушка проводила взглядом подростка.

Через несколько минут она поднялась и пошла по бульвару, посматривая на часики. В назначенное время Светлана уже стояла на перекрестке и рассматривала прохожих. Через пятнадцать минут она скрестила на груди руки и стала притоптывать носком туфли. Прошло почти полчаса, когда возле нее остановилась белая девятка, и из окна донесся знакомый голос:

– Прыгай скорее.

Светлана даже не успела хлопнуть дверью, а автомобиль уже рванул с места и понесся по узким улочкам, заезжая в проходные дворы и пролетая перекрестки на красный свет.

– Мы куда-то опаздываем? – зло спросила Светлана.

Молодой человек за рулем не ответил, он немного сбросил скорость и впервые остановился на светофоре. Светлана видела его впервые. Парень был одет в серый костюм, рубашку и галстук. В чертах лица было что-то восточное, небритый