Родом из СССР - Валерий Николаевич Ковалев

– Да, – запихивая в раскладку гранаты, сказал Витас. – Не думал побывать в таких местах.

– А чего? Мне нравится. Главное тут вроде лето. А у нас зима, – нервно хохотнул Маркуша.

Вечером покормили горячим и проинструктировали. Оказалось, что бросают в Анголу. Там шла война. На нее напали Заир с севера и ЮАР – с юга, которые не признали народно-революционную партию МПЛА, и ввели регулярные войска.

Предупредили, надо быть предельно внимательными. На стороне ЮАР и Заира, кроме регулярных войск принимают участие наемники из Европы и США. А помимо этого замечены английские коммандос из МИ-6*. На стороне революционных сил воюют гэдээровские и советские советники. А еще, что с моря подойдет наша Средиземноморская эскадра и будет высаживаться морская пехота. Флот поддержит огнем. Кроме того ожидаются кубинские войска.

Бои уже шли в пригороде столицы Анголы – Луанде. Задача батальона – отбить аэродром, который уже вроде контролировали «заировцы». Если дела пойдут совсем плохо, обеспечить эвакуацию наших советников и правительства партии МПЛА, во главе с Агостиньо Нето.

Сняли теплые комбезы. Когда по тревоге вылетали из ГДР, было минус четыре по Цельсию. Здесь, под тридцать градусов жары, в Анголе начиналось лето. Сдали, замполиту документы и каждый получил планшетку с картой местности. Перевели часы по местному времени. Ночью с парашютами снова погрузились в самолеты, те вырулили на бетонную полосу, взлетели. Каждый из бойцов ушел в себя, никто не спал, думал о своем.

Рядом с Сашкой зажав пулемет между ног, сидел Якут, с другой стороны клевал носом Бандера. «Ну и нервы» мелькнуло в голове. «У меня натянуты как струны, а он дрыхнет». Напротив устроился Мазай, перехватив взгляд Пчелинцева, подмигнул.

– Все путем, – кивнул в ответ шлемофоном.

Первые минуты приземления Сашка запомнил навсегда. Слепящее солнце в зените, ярко зеленая, незнакомая растительность и крупнокалиберный пулемет, строчивший с фланга. Казалось, все пули в него,

Отстегнув парашют, катнулся в сторону и нырнул в рытвину. Осмотревшись, стал бить короткими очередями по перебегавшим впереди людям в камуфляже. Сквозь грохот стрельбы донеслась команда взводного, – вперед! В атаку!

Завопив «ура-а!» Сашка метнулся к ближайшим. Они стали убегать, догнать оказалось не так просто. Ведя на ходу огонь, настиг одного, хромавшего. Обернувшись, тот дважды выстрелил из пистолета (увернулся), налетев, дал подсечку и саданул по голове в берете, стальным прикладом автомата.

Аэродром отбили легко. Среди десантников имелось всего восемь раненых, погибших, вообще не было. Негров, положили много, взяли семерых пленных, в том числе белых.

Зорин дал приказ окопаться и занять оборону. Отстегнув саперные лопатки, принялись долбить стрелковые ячейки. Спустя полтора часа те были готовы для стрельбы лежа.

– Пчел, у тебя вода есть? – спросил из соседней Гулливер. Родом он был из Одессы, знал массу веселых историй, по национальности еврей. До призыва работал фотографом.

– А свою что, выпил?

– Не. Флягу пробило пулей, вытекла.

– Держи, – перебросил свою.

Громко забулькал горлом, тем же путем вернул обратно, – анекдот хочешь?

– Давай.

– Возвращается Абрам из командировки, заходит в комнату, видит под одеялом его жена и еще кто-то. Мужик встает, одевается и, молча, прошмыгнув мимо Абрама, уходит.

«Сара, кто это?»

«Не знаю, хам какой-то. Ни тебе здрасьте, ни мне до свидания».

Смеяться Сашке не хочется, но надо. Гулливер обидчивый, к тому же «дед» – регочет.

– Тихо, мать вашу! – шикнул с другой стороны Мазай. – Всем наблюдать! Может быть еще атака.

Настороженно озирают местность, она все та же. Пустой, с несколькими ангарами вдали, аэродром, на взлетной полосе сожженный самолет и брошенный бензовоз; трупы перебитых негров, и над всем этим парящие в голубом небе стервятники.

К вечеру на джипе и грузовиках в аэропорту появились кубинцы.

И здесь Сашка получил второй, легкий шок. Впервые увидел женщину в камуфляже, с автоматом в руках. Тонкая талия перетянута ремнем, на высокой груди, портупея. Она была красивой метиской, но, самое удивительное, командовала ротой и ее приказания выполнялись бегом. Все подчиненные были примерно одних лет со спецназовцами – крепкие улыбчивые ребята. Белые и мулаты.

– Старший лейтенант Зорин, – вскинул к козырьку кепи руку взводный.

Шлемофоны сменили на них, под воротниками комбезов синели тельняшки.

– Изабель (белозубо улыбнулась). Буэнос диас.

Начали знакомиться и бойцы. К Сашке подошел смуглый малый, ткнул себя пальцем в грудь,– Мигель.

– Александр, – ткнул в свою. Крепко тряхнули друг другу руки.

Затем смуглый извлек из нагрудного кармана сигару, протянул – регало амиго*. Сашка отдарился пачкой «Примы».

Ночь прошла спокойно, утром полностью сдали аэродром кубинцам.

Роту, где служил Пчелинцев, отвели на отдых в город, остановились в роскошной гостинице. Там имелся бассейн и спортивные корты, территория утопала в цветах. Но больше всего поразили огромные кровати, на одной помещалось целое отделение.

Несколько дней били баклуши, купались в бассейне, загорали и гоняли на травянистой площадке для гольфа мяч. Затем передислоцировались в район города Ндалатандо. Он находился в провинции Северная Кванза на высоте шестьсот семьдесят метров над уровнем моря. Население порядка десяти тысяч, был окружен кофейными плантациями и полями. За ними джунгли.

Там, больше месяца занимались подготовкой спецподразделений для армии МПЛА.

Условия – не особо. Жили в армейских палатках, спали в гамаках. Больше всего проблем было от плохой воды. Многие страдали животами, надоедали различные насекомые, имелось несколько случаев укуса мухи цеце. А еще некоторые ребята, особенно из Сибири, тяжело переносили климат. От жары и влажности распухали конечности, появлялись различные кожные заболевания. Но к концу месяца более- менее обвыкли.

В число обучаемых входили бойцы и младшие командиры народно-освободительной армии, как правило, уже побывавшие в боях, к занятиям привлекались советские военные переводчики.

Здесь ребята из отделения Мазая познакомились с ангольцем Педро Лопесом, говорившим по-русски. Несколько лет назад он закончил в Москве университет Дружбы народов имени Патриса Лумумбы, работал учителем, а с началом революции пошел в армию. Теперь тоже командовал отделением и в перерывах между занятиями много поведал ребятам о своей стране.

До этого об Анголе практически не знали, разве что расположение на карте.

Как оказалось, в 1575 году на ее территорию, входившую в королевство Конго, высадились португальцы, основав там колонию. Поработив местное население, стали грабить – вывозя в Метрополию золото, алмазы и серебро. А еще сотни тысяч рабов. Жители колонии не раз поднимали восстания, но все они жестоко подавлялись.

Это продолжалось до «революции гвоздик» в Португалии в 1974-м, в результате которой Ангола обрела свободу. Однако тут же началась