Ангелы апокалипсиса - Анатолий Гончар

– Сильно не рискуйте.

– И в мыслях не было. Зафиксируем наличие техники и – ноги в руки.

– А если техники не будет?

В ответ Сергей усмехнулся:

– Куда-то водовозка воду повезла? Повезла. Рюкзаки брать не станем. Если что случится – сразу уходите. Нас не ждите. И к нам тоже на выручку «лететь» не надо. Нет смысла. Либо мы уйдём сами, либо… что толку от того, что поляжем все?

– Так-то оно так, – попробовал возразить Масляков, но, поняв правоту своего заместителя, умолк.

Что такое ползти по пшеничному полю в сорокоградусную жару, может понять только тот, кто ползал.

«Бронежилет, каска, – вспомнив, Ефимов усмехнулся. – Да я бы сдох на первой сотке».

Он тяжело дышал, иногда сплевывал вязкую, полную пыли слюну. За ним на удалении пяти метров полз Агушев, в замыкании тяжело пыхтел Горелов. Больше всего Ефимов опасался внезапного появления беспилотника. Маскировку они сделали себе неплохую, а вот тянувшийся через всё поле след примятой пшеницы мог бы привлечь внимание бдительного оператора. Но думать о плохом не хотелось. Преодолев очередной десяток метров, Сергей остановился, давая себе короткий отдых. Нестерпимо хотелось пить, тело чесалось от многочисленных уколов пшеничной остью. Полежав десяток минут, Ефимов с трудом заставил себя двигаться дальше. Сердце, учащенно стуча, гоняло по жилам перегретую кровь. Все мысли были о воде, остававшейся в полупустой бутылке. Острое желание приложиться к горлышку вытеснялось осознанием того, что эта вода последняя, больше нет. Оставленную в рюкзаке «полторашку» он приберегал на крайний случай, сказав о ней одному только группнику.

До края поля оставалось совсем немного. Сергей планировал, преодолев его, пересечь грунтовку и по реденькой посадке выйти на курган, с которого должен был открываться вид на заинтересовавший разведчиков овраг. Приблизившись к краю поля, Ефимов приподнялся на локтях, увидел, что просёлочная дорога в этом месте оказывается в небольшой ложбинке, и, «была не была», рывком преодолел открытую чёрную полосу. Упав за одиноким деревом, он выждал несколько минут и, не заметив ничего подозрительного, махнул рукой: «Давай!» Рванувший вперёд Агушев, взяв слишком низкий старт, споткнулся, кубарем прокатился по земле и, не решившись подниматься вновь, заполз под небольшой куст. Горелов, решив не рисковать, и вовсе перебрался через дорогу на четвереньках.

«Двадцать минут отдых», – на пальцах показал Ефимов и, дождавшись, когда бойцы расползутся по сторонам, образуя защитный треугольник, достал из «мародёрника» заветную «полторашку». Горячая вода освежила пересохшее горло. Хотелось приложиться к горлышку и не отрываться до тех пор, пока бутылка не опустеет, но Сергей позволил себе сделать лишь несколько маленьких глотков. Взглянул на часы. В тени было хорошо, двигаться дальше не хотелось. Относительная прохлада навевала сон. От навалившейся усталости закрывались веки. Стряхнув подступающую дрёму, Сергей сел, взглянул на часы.

Двадцать минут – слишком мало, чтобы отдохнуть, но вполне достаточно, чтобы потерять всякое желание двигаться дальше. С неимоверным трудом Ефимов поднялся на ноги.

– Чи, – окликнул бойцов и, дождавшись, когда те изготовятся к движению, зашагал вдоль посадки.

Редкие деревья перемежались кустарником, на открытых участках приходилось ползти. Примерно через час разведчики достигли подножия кургана.

– Остаётесь здесь. Смотреть по сторонам. Никому не спать! – приказал Ефимов и по-пластунски начал вползать на пологую вершину.

Место для наблюдения он выбрал чуть в стороне от установленного на кургане тригопункта. Солнце склонилось к горизонту, подул слабый ветерок. Даже без бинокля Ефимов понял: его предположения относительно оврага оправданны. На карте этого не было, но в действительности оказалось – овраг и вся прилегающая к нему местность густо поросли лесом. В пятнадцатикратном увеличении сразу же стала заметна дорога, ведущая в глубину приовражного лесочка. Ещё через несколько минут наблюдения близ опушки удалось разглядеть одиноко стоящую БМП. В правой оконечности среди стволов высунулась блестевшая на солнце антенна связи. Через некоторое время заработал двигатель танка. Решив, что этих наблюдений достаточно, Ефимов вернулся к бойцам. Некоторое время сидел в тени дерева, затем поманил разведчиков к себе.

– Уходим. Доходим до конца посадки. Затем ждём сумерек, – сообщил он им своё решение. Выдвинуться днем и преодолеть поле по-пластунски не хватило бы сил. Бойцы выслушали его решение молча.

До Маслякова и находившихся с ним разведчиков они добрались без приключений.

Уже потом, когда, перейдя линию соприкосновения, спецназовцы подходили к месту забазирования второй части группы, Ефимов подумал о том, что им неимоверно везёт. А везение, как известно, не длится вечно. Но на этот раз всё обошлось.

К месту эвакуации разведчики добрались вымотанные донельзя.

– Вода есть? – это был самый первый вопрос, заданный пришедшими с задачи. Вода была.

– Слишком много сразу не пейте! – предупредил Ефимов. Но куда там! Воды, хоть и тёплой, было вдоволь, и оторваться от нее было невозможно.

Спрыгнувший с брони Кречетов нервно прошёлся туда-сюда вдоль колонны, наконец не выдержал и отрывисто бросил:

– Грузитесь! Потом напьётесь. Поживее! – И уже задумчиво: – Нам ещё пилить и пилить.

– К машине! – в свою очередь, подал команду Ефимов и, дождавшись, когда все усядутся, влез сам, привычно разместившись у самого борта. Машины покатили по бездорожью. Им ещё предстояло забрать с места эвакуации группу Майера, для которой эти дни сложились непросто.

В соответствии с поставленной задачей вторая группа выдвинулась к линии разграничения. После встречи с командиром роты народной милиции и согласования совместных действий разведчики, пользуясь ночной темнотой, выбрались на нейтральную территорию, замаскировались на местности и начали вести наблюдение. НП противника обнаружился на второй день. Находился он в зарослях терновника, на небольшой высотке, и был настолько хорошо замаскирован, что, если бы не безалаберность находившихся на нем «правосеков», выявить его было бы сложно. Но кто-то закурил, и на это тут же обратили внимание. Пристальное наблюдение показало: «наблюдателей» минимум трое. Время от времени они менялись: одна голова исчезала, и на её месте появлялась другая.

– Попасть сможете? – Майер осторожно коснулся плеча залёгшего за винтовкой снайпера.

– Сложно, – отозвался тот. Принятое решение стрелять на этом расстоянии из бесшумной винтовки не позволяло говорить о стопроцентном попадании в едва видимую голову. – Подождём.

И они стали ждать. Шанс представился, когда один из «правосеков», думая, что его не видно в глубине кустов, выбрался «до ветру» из-за маскировочных укрытий. Усевшись на корточки и положив рядом автомат, он закурил сигарету и с наслаждением затянулся.

Лежавший рядом с Прошкиным Юрий прильнул к винтовке. Время шло, Виктор ждал, а выстрела всё не было. «Правосек» не мог оставаться на месте до бесконечности, и старший сержант не выдержал.