Ангелы апокалипсиса - Анатолий Гончар

– Почему не стреляешь? – шикнул он на мешкающего снайпера.

– Не могу… – прохрипел тот.

– Что? – Прошкину показалось, что он ослышался или не так понял сказанное.

– Не могу стрелять… в человека не могу…

– Ты дурак? Какой он человек? Он враг. Он сколько таких, как ты, убил? Ты к нему пришёл или он к тебе?

– Не могу… – Юрий, оторвавшись от прицела, мотнул головой.

– Стреляй, говорю! – зашипел Прошкин.

– Мг, гм, – промямлил ополченец.

«Правосек» встал, начал заправлять штаны.

– Стреляй! – Виктор готов был врезать снайперу под рёбра.

– Не могу! – упрямился тот.

«Правосек» развернулся, готовясь уйти в тень укрытия.

– Стреляй, сука!!! – Прошкин со злостью ударил кулаком в землю.

Юрий сглотнул подступивший к горлу комок, прицелился и плавно, как учили, потянул спусковой крючок. Гулко плюхнуло. «Цель» бросило на землю. Один из оставшихся в живых открыл беспорядочный огонь. Другой не спешил хвататься за оружие или бежать на помощь раненому.

– Давай по автоматчику! – Прошкин почувствовал азарт. О том, что второй выстрел может выдать их позицию, как-то не думалось.

– Одна голова, далеко, не попаду… – прохрипел Юрий.

– Да хоть напугаешь! – не унимался старший сержант, и снайпер, прицелившись, вновь нажал спусковой крючок. Выстрелы прекратились. А через десять минут по позициям народной милиции ударили миномёты. Милиционеры не остались в долгу. Попалив в белый свет как в копеечку минут пятнадцать, обе стороны успокоились. До вечера на линии соприкосновения наблюдалась тишина. Вытащить теперь уже наверняка мёртвого «правосека» так никто и не удосужился. А когда стемнело, разведчики покинули свои позиции и, немного погостив у ополченцев, направились в следующую отмеченную для работы точку. Из-за того что местность представляла собой гладкую равнину без каких-либо возвышенностей, с которых бы имелась возможность контролировать подступы, линия разграничения здесь была настоящей линией фронта. С обеих сторон окопы. Повсюду долговременные огневые точки. Всё как на ладони. Перед окопами минные поля. Расстояние в почти полторы тысячи метров позволяло не бояться огня из стрелкового оружия.

– Как тут у вас обстановочка? – с ходу поинтересовался Майер у встретившего их комбата, в чью зону ответственности входил данный участок.

– Наглеют, сволочи, – пожаловался тот, – совсем страх потеряли. Днём морды высовывают.

– Да вы бы их ковырнули разок чем-нибудь.

– А чем? Из миномётов? На одного даже мин жалко. Да с первого раза и не попадёшь, а пока пристреляешься, они по норам разбегутся. А туда не дотянешься. Из СВД пробовали. Да какое там! Патроны только пожгли. Далеко. Крупнокалиберный пулемёт бы нам, да их все на второе направление забрали. Там сейчас самая мясорубка. А у нас тихо.

– Парни немного пошумят, не возражаешь? – Старший лейтенант кивнул на стоявших за спиной снайперов.

– Только рад буду, если этих сволочей достанут. Ты знаешь, кто нам противостоит? – Майер утвердительно кивнул, и комбат продолжил: – Вот именно, те самые. Об их зверствах вся Новороссия говорит. Столько людей сожгли. Яйца бы этим бандерам оторвать, твари! – Комбат украдкой махнул ладонью по лицу. – Сюда их вроде как на отдых отвели… У меня… – На лице уже немолодого человека появилась гримаса страдания. Он замолчал, не в силах продолжать разговор. Только до боли в пальцах сжал цевьё автомата.

До штабного блиндажа они дошли молча.

Никаких специальных позиций разведчики подготавливать не стали. Выбрали незаметное местечко, расчехлили приборы наблюдения и принялись ждать. Юрий взял другую, дальнобойную винтовку. Прошло не так много времени, когда в десятке метров позади вражеского окопа обнаружилась фигура в чёрной форме. Человек сидел в тени дерева. В восьмидесятикратную оптику монокля можно было разглядеть, как он строгает ножом какую-то палку.

– Мочи козла! – сразу же потребовал Прошкин, и на этот раз Юрий не раздумывал. Разве что тщательно прицелился и плавно нажал на спусковой крючок. Громко ухнуло. 12,7-миллиметровая пуля унеслась к цели. Менее чем через полторы секунды в метре от «правосека» взлетел фонтан земли.

– Вот незадача, сбилось! – едва не застонав с досады, снайпер на мгновение задумался, затем его пальцы потянулись к механизму боковых поправок.

«Проще было бы сделать вынос», – подумал Прошкин, но лезть под руку не стал.

В это же время увидевший всплеск свидомый встрепенулся. Вытянув шею, некоторое время настороженно смотрел по сторонам, но, так и не связав воедино всплеск и прилетевший следом звук далёкого одиночного выстрела, встал и, подойдя к месту падения пули, начал ковырять палкой.

– Вот ведь! – увидев, что «объект» переменил местоположение, снайпер выругался, но тут же уверенными движениями вернул исходные установки, прильнул к прицелу и прицелился в пустоту – туда, где только что находился боевик. Мягко потянул спуск. Ощутимо толкнуло в плечо, через полторы секунды ковырявшийся в почве «правосек» рухнул на землю и застыл в неподвижности. Видимо, он при этом издал какой-то звук или его падение заметили, но к нему сразу кинулись на помощь. На этот раз Юрий, словно прочитав мысли Прошкина, стрелял с выносом точки прицеливания. Два выстрела прозвучали один за другим, и ещё два тела распластались на обильно политой кровью земле. Окопы ожили, загрохотало всё, что имелось у «правосеков» в наличии. Но только когда заработали крупнокалиберные пулемёты, снайперы и сопровождавшие их разведчики вынужденно укрылись в окопах. Впрочем, боевое крещение снайперской пары прошло вполне успешно. Задача оказалась выполнена, можно было возвращаться в ПВД (пункт временной дислокации).

Но час спустя пришло распоряжение: командование требовало продолжения работы. А ещё через час ополченцы сообщили о прибытии иностранных специалистов-инструкторов. Почему они решили, что это именно иностранцы, старший лейтенант не спрашивал. Так ли это было важно? Но то, что они действительно специалисты, стало понятно, когда инструкторы появились в поле зрения снайперов. Казалось бы, они всё время находились на виду, появляясь то там, то здесь, но их движения были настолько выверенными, что у Юрия никак не получалось взять мелькающие фигурки на прицел. Когда же он всё-таки рискнул и выстрелил, рядом с ним почти тотчас же пропела чужая пуля.

– Чтоб тебя! – выругался он, констатировав тем самым начало снайперской дуэли.

Неизвестно, кто бы вышел из неё победителем, но не прошло и суток, как вражеские специалисты убыли в неизвестном направлении.

В оставшееся до возвращения в ПВД время спецназовцы успели «обкатать» Павла. Отметился ещё парой точных выстрелов и Юрий.